Доступность ссылки

Санкции за репрессии: как Украина наказывает нарушителей прав человека в Крыму


В Украине правозащитники, политики и чиновники обсуждают, как можно улучшить государственную санкционную политику по отношению к тем, кто причастен к политически мотивированным незаконным преследованиям граждан Украины. Эти вопросы обсуждали 21 ноября в Киеве, на слушаниях в Комитете Верховной Рады Украины по вопросам прав человека, национальных меньшинств и межнациональных отношений.

Какие изменения украинские правозащитники предлагают внести в закон «О санкциях»? Влияют ли санкции на ситуацию с правами человека в Крыму? Страшны ли вообще украинские санкции для России и Крыма? На эти и другие вопросы в эфире Радио Крым.Реалии отвечают украинская правозащитница, представительница Медийной инициативы за права человека Мария Томак, российский политолог Андрей Окара и крымчанин, похищенный ФСБ в 2017 году, Ренат Параламов.

– Эти комитетские слушания созвали именно правозащитники?

Томак: Да, это инициатива нашей организации, Украинского Хельсинского союза по правам человека. Мы начали раскручивать эту тему еще на этапе голодовки Олега Сенцова. Мне кажется, что его действия подтолкнули множество процессов, мир узнал о политзаключенных, которые до того были ему неизвестными. В том числе возник вопрос об эффективности санкций, о необходимых изменениях в украинское законодательство. Для нас эта проблема имеет исключительно практическое измерение. Мы с коллегами в последние годы собирали информацию о людях, причастных к незаконному преследованию наших граждан и к грубым нарушениям прав человека: пытки, отказ от расследования пыток, незаконное лишение свободы и так далее. Наша цель – продвигать идеи наложения санкций на этих лиц на Западе, потому что это самое болезненное для российских чиновников, силовиков, а также для крымских.

Мария Томак
Мария Томак

– Но речь же шла о внутриукраинской санкционной политике.

Томак: Ее проблема в том, что ее в принципе нет. Это порождает трудности с продвижением санкций на Западе. У западных коллег все время возникают вопросы, какова позиция государства по этому поводу, почему Украина не ввела санкции и так далее. Здесь есть очень большие перспективы для сотрудничества гражданского общества и государства. У многих после вчерашних слушаний осталось впечатление, что даже на таком узком участке, как нарушение прав узников Кремля, нет системной политики.

– В чем именно это выражается?

Томак: Нет координирующего органа для государственной санкционной политики, нет мониторинга уже наложенных ограничений, нет ответственности за нарушение санкционного режима. Сейчас вносить кандидатов на введение санкций могут СБУ, Нацбанк и Кабмин, но мы предложили бы расширить этот список Генпрокуратурой, и прокуратурой Автономной Республики Крым, которая собирает всю информацию о нарушениях прав граждан на территории оккупированного полуострова.

– Что все-таки делается в этом направлении?

Томак: Вчера представители Министерства иностранных дел сообщили, что санкции наложены на около 200 человек за нарушение прав граждан Украины в делах узников Кремля. Это дела и на территории Крыма, и на территории России. Но эта работа – не системная. У нас даже нет прописанных в законодательстве критериев о том, кого мы считаем преследуемыми по политическим мотивам.

– Спросим российского политолога: имеют ли украинские санкции какое-либо значение для граждан России, которые причастны к нарушениям прав человека?

Окара: Это сложный вопрос. Чувствительность к санкциям есть как долгосрочная, так и краткосрочная. Они могут влиять здесь и сейчас или в перспективе полгода-год, а есть последствия, которые будут ощущаться в далеком будущем, и оценить это всегда сложнее. Надежда на то, чтобы санкциями повлиять на освобождение отдельных заключенных, мне представляется очень призрачной. Санкции по отношению к отдельным персонам из окружения Путина и против политической элиты – как правило, это ограничения против людей, которые не выезжают из России. Терять им нечего, это все равно что укус комара на фоне собачьего. Я очень сомневаюсь, что эффект от таких санкций может быть действенным.

Андрей Окара
Андрей Окара

– Одним из предполагаемых похитителей крымчанина Рената Параламова в 2017 году оказался бывший сотрудник Службы безопасности Украины, а после аннексии Крыма – офицер ФСБ Андрей Сушко. По факту пыток Параламова Прокуратура АРК возбудила уголовное дело, а в ноябре Андрей Сушко оказался в расширенном санкционном списке США. Ренат, вы довольны этим решением?

Параламов: То, что Андрей Сушко оказался под санкциями, не может не радовать. Люди, творящие бесчинства и нарушающие права других рано или поздно все равно безнаказанными не останутся. Но огорчает тот момент, что очень много других участников репрессивной машины в Крыму не подвергаются никакому преследованию. У некоторых имущество на материковой Украине, и санкций нет. Ведомства друг на друга перекладывают обязательства, и никто конкретно, насколько я понял, не может ответить на вопросы, как быть, что делать и что сделано.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG