Доступность ссылки

Украинское историческое наследие Литвы и Крыма: как Тягин меняет современную Херсонщину


Археологи Светлана Беляева и Наталья Бимбирайте на раскопе Тягинской крепости в Херсонской области, август 2020 года

Неудивительно, что в имперские и советские времена история южноукраинской степи находилась на периферии научного и культурно-образовательного внимания, освещалась предвзято, поверхностно и фрагментарно. Колонизаторы, завоеватели, создатели империй всех времен и народов действуют по одинаковому сценарию. Восхваляют собственное, привнесенное и унижают, умалчивают, уничтожают историческую память местного. В оправдание захватнических целей выставляют себя носителями сверхважной цивилизационной цели, без которой мир якобы деградирует, погибнет, бесследно исчезнет в темноте варварства. Изображают себя защитниками правды, достоинства, испокон веков находившимися на страже исторической справедливости.

Захватчики часто говорят, что пытаются отстоять мир или кого-то спасти. «Освобождение» же народов на практике означало их порабощение. Колониальная идеологическая риторика обычно изображала местное население как неразвитое, невежественное, опасное, конфликтогенное, неспособное к цивилизационному развитию без внешнего вмешательства или патроната. Жизнь автохтонных народов, как правило, изображалась чрезвычайно карикатурными, жалкими тонами.

Так произошло и на территории южной Украины, которая в XVIII веке вошла в состав Российской империи по итогам российско-турецких войн. С тех пор жизнь Великой Степи времен средневековья преподносилась носителями цивилизационной миссии в отрицательной парадигме непрерывных войн, конфронтации, несдержанной жестокости и насилия. Другие невоенные аспекты степной жизни имперскую власть обычно не интересовали. Степному населению традиционно навязывалась роль ретроградов, захватчиков, отсталых народов, чтобы они своими «негативными» чертами оттеняли величие «героев-колонизаторов».

Да, конечно любознательный читатель советского периода мог обратиться к специализированным изданиям, узнать о научных исследованиях Виктора Гошкевича на Нижнем Днепре, обратиться к Семену Мышецкому, Дмитрию Яворницкому, Михаилу Грушевскому, посмотреть результаты археологических исследований той же Тягинки, которые в 1977 году проводили херсонские археологи М.Абикулова и М.Оленкивский. Он мог найти на библиотечных полках мемуары Михалона Литвина (1550 год), посланника польского сейма времен короля Сигизмунда I, где в довольно позитивных тонах изображается жизнь и ментальность крымскотатарского народа. Однако количество такой литературы в общем информационном потоке было мизерным. Она не могла конкурировать с массовой валовой продукцией мощной советской пропагандистской машины, постоянно воспроизводившей искусственно искаженный образ литвина, поляка, монгола, татарина, крымского татарина в крайне враждебном, ужасающем и опасном контексте, формируя предпосылки для накопления в обществе критических масс социальной ненависти и исторической враждебности по отношению к определенным этническим группам населения.

Относительно литовских сюжетов, очень редко, где-нибудь, на страницах немногих специализированных советских изданий нейтральной констатацией упоминалась победа великого князя литовского Ольгерда над Золотой Ордой на Синих водах (современная река Синюха, приток Южного Буга) в 1362 году. В учебной литературе, предлагаемой для исторических факультетов университетов и пединститутов (История СССР с древнейших времен и до 1861 г.: изд. 1974; 1979; История СССР с древнейших времен и до XVIII века: изд. 1975; 1983), в школьных учебниках, популярных очерках (А.К.Касименко История Украинской ССР: К., Наукова думка, 1965, под эгидой Академии наук УССР) места для этой битвы не находилось, будто ее и вообще не было. Так было сделано, поскольку это событие не должно было затмить Куликовскую битву 1380 года. Ничего не должно было мешать советскому человеку гордиться победой московского князя Дмитрия Донского. И он ничего не должен был знать об аналогичных и более ранних военных успехах Ольгерда.

Конечно, и сведения о развитии литовскими князьями системы замков, в том числе, и крепости Тягин на южном рубеже либо игнорировались, либо упоминались поверхностно. Основной сюжет всех учебников и учебных материалов ‒ это народные страдания из-за действий литовских и польских феодалов. Популярный очерк Касименко, в частности, утверждает: «ХIV-ХV века стали тяжелым периодом в жизни украинского народа. Литовское феодальное государство, пользуясь ослаблением Руси, начало постепенно захватывать западные и южные русские земли». Этот шаблон с различными вариациями встречается в советской исторической литературе, от школьных учебников до академических изданий, почти как обязательная ссылка на классиков марксизма ‒ ленинизма.

На месте историчного периода, связанного с деятельностью литовских князей, создавалась фигура молчания

Интересно и также и то, что этот немалый период ‒ ХIV-ХV века – занимает крайне мало места в советских исторических изданиях. За исключением вузовских изданий ‒ от силы, одна или пол страницы общих формулировок о «страданиях» и никакой конкретики в чем они проявлялись. Ведь подтверждать выдвинутый тезис «народных страданий» было нечем, никаких тебе народных восстаний, борьбы или потрясений. Все относительно мирно. На месте историчного периода, связанного с деятельностью литовских князей, создавалась фигура молчания, огромное ретушированное общими высказываниями белое пятно.

Таких примеров манипуляций, формирования негативных образов прошлого в соответствии с заданными властью ориентирами игнорирования, замалчивания в советской литературе немало. Совсем неудивительно, что так было раньше. Однако странно и обидно, что и сегодня на Херсонщине очень мало меняется отношение к отдельным ложных советским шаблонам в толковании прошлого.

Не всегда и отечественные властные элиты уделяют достаточно внимания сюжетам, которые в советское время имели крайне низкий уровень распространения. Декоммунизация быстро прошлась по монументам и улицам Ленина, по названиям населенных пунктов и несколько замедлила продвижение, а иногда, кажется, пасует перед советским схемами, которые до сих пор покоятся в сумерках исторического сознания, в некоторых базовых принципах восприятия прошлого.

Археологические объекты расположены рядом с селом Тягинка Бериславского района Херсонской области на берегу Днепра

Впрочем, мир постепенно меняется. Контуры «белого пятна» сокращаются благодаря мощной творческой активности Херсонской городской общественной организации «Культурный центр Украины ‒ Литва» и работе Южноукраинской средневековой экспедиции во главе со Светланой Беляевой, которая пятый год подряд исследует крепость и городище Тягин ‒ памятник археологии национального значения. Археологические объекты расположены рядом с селом Тягинка Бериславского района Херсонской области на берегу Днепра в 40 км от областного центра.

Аэрофотосъемка крепости Тягин
Аэрофотосъемка крепости Тягин

Крепость и городище Тягин ‒ уникальный объект, имеющий прямое отношение к историческому наследию Великого княжества Литовского времен князя Витовта и его преемников князей литовских, крымскотатарского хана Менгли Гирея, крымских татар, османов, а также начальной эпохи украинского казачества.

Существуют и определенные предположения (пока не подтвержденные) о возможном непродолжительном генуэзском присутствии в Тягинке. На памятнике фиксируются, кроме того, и остатки культур античного и бронзового века. Неисследованный археологический потенциал, скорее всего, не ограничивается упомянутыми культурами.

Вариант графической реконструкции верхней части Тягинской крепости
Вариант графической реконструкции верхней части Тягинской крепости
Крепость была одним из ярких культурных мостов Востока и Запада, оседлой и кочевнической культур, где проходил их непрерывный диалог

Перед нами историческая Тягинка на перекрестке торговых путей от бронзы до позднего средневековья. Она была одним из ярких культурных мостов Востока и Запада, оседлой и кочевнической культур, где проходил их непрерывный диалог. Археологические исследования открывают разнообразие этой насыщенной событиями жизни, развитой городской культуры Великой Степи, разрушая имперско-советскую рецептуру идеологии «дикого поля», пустыни, противостояния, враждебности, непрерывной войны миров, якобы продолжавшейся до появления здесь Российской империи.

Однако даже не очень осведомленные в истории люди хорошо знают, что где-то лет через 140 после прихода империи, в 1918 году на этих землях уже происходил драматический острый военный конфликт, полыхала гражданская война, которая была прямым следствием господства империи. Она породила советский строй, большой террор 1930-х годов и последующие преступления. Для истории 140 лет ‒ это только миг. Историческая плата за этот момент, за привнесенную в Украину «цивилизацию» оказалась ужасно кровавой.

Впрочем, сегодня удивляют не сторонники этой мировоззренческой концепции «Дикого поля». Со временем, благодаря реализации проектов аналогичных Тягинке, их количество будет уменьшаться. Удивляет другое. Тягинка ‒ археологическая жемчужина Херсонщины ‒ сегодня переживает необъяснимый дефицит внимания со стороны органов власти.

Тягинка способна изменить и уже меняет видение исторического травматического прошлого. Она способна наглядно продемонстрировать затерянный мир городской цивилизации степи. Она имеет перспективный туристический потенциал и большое значение с учетом крымской тематики. Неужели, несмотря на все это, она может быть кому-то не интересной?

В текущем году археологические раскопки крепости Тягин осуществлялись исключительно усилием волонтеров и не финансировались государством. Ни один представитель власти областного и районного уровней, исключая председателя сельсовета Тягинки, интереса к раскопкам даже формального не проявил.

Впрочем, несмотря на все, историческая Тягинка постепенно меняет Херсонщину. В текущем году на призыв «Культурного центра Украина ‒ Литва» в раскопках принимали участие волонтеры из Киева, Запорожья, Ивано-Франковска, Мелитополя, Харькова. С Херсона приехала группа археолога Сергея Немцева.

В козацкие времена шли украинцы, как воспевается в думах, «в охотне військо гуляти, під город Тягиню на Черкень долину». Сейчас они собираются там на раскопки. Тягинский исторический пул укрепляется.

Найден уникальный каменный фриз в кладке стены, скорее всего сельджукского происхождения, его ближайшие аналоги фиксируются на Мангупе в Крыму

В этом году председателем правления Херсонской городской общественной организации «Культурный центр Украина ‒ Литва» Натальей Бимбирайте был организован ряд экскурсий на археологический объект. Эти экскурсии проводились «в разгар раскопок», и посетители могли наглядно наблюдать за ходом исследований. Средства с экскурсий использовались для обеспечения потребностей экспедиции. В процессе раскопок «Тягинка ‒ 2020» были исследованы стены башни крепости времен Великого княжества Литовского, которые сохранились высотой 1,75 м. Также найден уникальный каменный фриз в кладке стены, скорее всего сельджукского происхождения, его ближайшие аналоги фиксируются, по определению Светланы Беляевой, на Мангупе в Крыму. Кроме того, собран яркий нумизматический материал.

Каменный фриз стены башни сельджукской работы
Каменный фриз стены башни сельджукской работы

«Мы ходим по деньгам», ‒ отметила в студии Украинского радио Херсон председатель правления Херсонской городской общественной организации «Культурный центр Украина ‒ Литва» Наталья Бимбирайте. И с этим трудно не согласиться. Эти деньги содержатся в туристическом потенциале исторического Тягина.

В современной Тягинке мог бы тоже возвышаться средневековый замок, реконструированный и возведенный по материалам раскопок

Примером для нас может быть и польский городок Казимеж Дольний с населением до 4 тыс. человек. В городе над Вислой возвышается старинная 19-тиметровая башня, построенная еще в XIII веке галицкими князьями Данилом и Львом. Вместе с развалинами древнего замка ее реконструировали и превратили в туристический объект. Ежедневно он встречает многочисленные туристические потоки из Люблина и других городов Польши.

В современной Тягинке при условии завершения археологических исследований мог бы тоже возвышаться средневековый замок, реконструированный и возведенный по материалам раскопок, здесь могли бы быть построены и другие интересные объекты городской инфраструктуры средневекового города, связанные с крымскотатарской культурой.

В августе 2020 года участники раскопок провели первую попытку музеефикации проведенных работ под открытым небом. Камнями с исследованной части памятника на месте раскопок были выложены контуры древнего замкового сооружения. На повестке дня ‒ идея создания в селе Тягинка собственного музея.

Участники археологической экспедиции «Тягин-2020»
Участники археологической экспедиции «Тягин-2020»

Историческое наследие крепости Тягин вмещает украинскую козацкую, крымскотатарскую, литовскую, османскую культурные составляющие. Учитывая остатки античной керамики, здесь нашлось бы место и для презентации древнегреческой культуры.

Исторический Тягин является знаковым и заветным для всей Украины местом, ведь именно с ее именем связано первое письменное известие об украинских козаках. Усилиями общественности и энтузиастов-археологов Тягин меняет историко-культурное пространство Херсонщины. Тягин развивается, ждет вашей поддержки и участия в проекте.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG