Доступность ссылки

«Узбекское гражданство» Энвера Мамутова


Энвер Мамутов

После приговора по бахчисарайскому «​делу Хизб ут-Тахрир», оглашенного в российском​ Ростове-на-Дону, на сайте Северо-Кавказского окружного военного суда появился пресс-релиз, который традиционно перепечатали российские информагентства. Первоначально в нем были данные о месте и годах рождения всех фигурантов, но сейчас в тексте релиза этого нет. Об Энвере Мамутове, Рустеме Абильтарове и Зеври Абсеитове говорилось, что они уроженцы Узбекистана, о Ремзи Меметове – что он уроженец Таджикистана. Упоминания о том, что это жители Крыма, в тексте не было и нет, о том, что это крымские татары, не позволяет писать российское законодательство, а в СМИ – еще и журналистская этика. О гражданстве также не было речи, хотя в материалах дела у каждого есть украинский паспорт (впрочем, как и российский, но о российском гражданстве тоже не указывалось), а в зале суда в день приговора находился и.о. генконсула Украины Тарас Малышевский.

Формально релиз был составлен верно – все фигуранты родились в Узбекистане и Таджикистане, куда их семьи были направлены во время депортации крымских татар. Но информагентства, которые его перепечатали, называли обвиняемых «жителями Узбекистана и Таджикистана» («Интерфакс»), либо «уроженцами ближнего зарубежья» (ТАСС в конце заметки специально добавил, что пресс-секретарь суда «уточнила, что Мамутов, Абильтаров и Абсеитов – уроженцы Узбекистана, а Меметов приехал в Крым из Таджикистана»). Удивительно, но «РИА Новости» в данном случае оказалось более корректным и вовсе не указало о подсудимых ничего. После этого СМИ называли осужденных жителей Бахчисарая либо «уроженцами Узбекистана и Таджикистана», либо вообще жителями зарубежья, например, «Российская газета», «Коммерсант» и несколько других. В узбекских СМИ тоже писали об «уроженце Узбекистана» Энвере Мамутове. «Вести.уз» назвал Мамутова гражданином Узбекистана и «эмиссаром» из Самарканда».

Но самое удивительное, что крымские СМИ дали новостные заметки и сюжеты, и вовсе назвав Мамутова гражданином Узбекистана. Телеканал «Крым24» именно так утверждает в своем телесюжете. То же самое сообщают ГТРК «Крым» и сайт «Новости Крыма». «Примечания», «Крыминформ» и некоторые другие повторяли вслед за ТАСС и пресс-секретарем СКВОС, что фигуранты дела прибыли из Узбекистана и Таджикистана.

Чтобы было понятно, почему вообще возник этот вопрос, – немного о том, как все осужденные по этому делу крымские татары возвращались в Крым. Семья Энвера Мамутова, осужденного на 17 лет, была депортирована в 1944-м, как и все крымскотатарские семьи. Он родился уже в депортации, в 1975 году в Самарканде. Отучился в 12-й школе, переехал в Ташкент и поступил там в строительное училище. Окончил его и на следующий год, в 1992-м, вернулся в Крым. Жил в Бахчисарае, где его задержали в мае 2016 года. Мамутов – гражданин Украины, в материалах дела хранится его украинский паспорт, как и российский, который он был вынужден взять после 2014 года. У Мамутова семеро детей, что к гражданству его отношение не имеет, зато прекрасно характеризует.

Рустем Абильтаров родился в 1979 году в Бекабаде Ташкентской области в депортированной семье. В 1993 году он вместе с родителями и родней вернулся в Крым, где они, две семьи с малолетними детьми и престарелыми родителями, жили в палатке, пока не приобрели участок, где начали строиться. В 20 лет Абильтаров начал строить уже свой дом, работал проектировщиком и оформителем. Задержан был тогда же, в мае 2016-го.

Зеври Абсеитов родился в 1975 году в Ташкентской области в семье депортированных крымских татар, инженеров. Вернулся в Крым в конце 80-х вместе с братом и стал строить дом, чтобы было куда вернуться родителям. Отслужил, окончил медуниверситет в Симферополе, а перед задержанием собирался открыть стоматологический кабинет. Гражданство у него, как и у всех осужденных, – украинское. Российский паспорт тоже в материалах дела.

Ремзи Меметов – единственный из всех родился в Чкаловске в Таджикистане, в депортированной семье. В 1983 году поступил в Омский автодорожный институт, но вернуться в Крым семья смогла только в 1995 году.

Если федеральные СМИ вслед за информагентствами, а те не потрудились уточнить релиз суда, писали об уроженцах Узбекистана и Таджикистана, очевидно, по ошибке, то от крымских СМИ видеть про узбекское гражданство Меметова странно. По «делу Хизб ут-Тахрир» проходит в Крыму 28 человек, в основном крымских татар. Это крымское дело для Украины, ООН и ОБСЕ является политическим. В последней резолюции Генассамблеи ООН о нарушениях прав человека в Крыму прямо говорится об использовании антиэкстремистского и антитеррористического законодательства для подавления инакомыслия на полуострове. В том числе, а, может, и в первую очередь, речь идет о «деле Хизб ут-Тахрир». Не знать этого СМИ, которые после каждой такой резолюции занимаются «отражением информационной атаки» (а попросту врут о положении с правами человека в Крыму), не могут. Как и не знать о гражданстве, украинском или российском, тут уж как будет угодно. И кажется, речь об узбекском гражданстве Меметова велась нарочно, чтобы не было подтверждений тому, о чем шла речь в резолюции. Что преследованию подвергаются крымские татары, что преследование это по религиозному признаку и ведется против нелояльных крымских мусульман. С участием других крымских мусульман, между прочим, лояльных. За день до приговора по всему Крыму прошли дуа – молебны за судьбу обвиняемых и других политзаключенных. А на следующий день от представителей Духовного управления мусульман Крыма, которое возглавляет Эмирали Аблаев, поступили звонки с выговорами местным имамам за то, что не препятствовали проведению дуа. О таком известно в Судаке, в Вольном, в Новостепном и Медведевке Джанкойского района.

Информационное сопровождение операций ФСБ и Центра Э стало с конца этого года в Крыму очевидным фактором. Началось все с обысков у «Свидетелей Иеговы» в Джанкое, где «случайно» оказалась съемочная группа «Крым24». 25 ноября произошел инцидент у берегов Крыма, когда российские пограничники обстреляли и захватили 24 украинских военнослужащих, на избрание меры пресечения прибыли съемочные группы всех крымских, да и федеральных, телеканалов. И если это еще можно было отнести к информационному освещению, то травлю, которую устроили местные СМИ по поводу административного ареста адвоката Эмиля Курбединова, ничем, кроме заказа, объяснить нельзя. «Крым24» выпустил 12 сюжетов о нем, называя «защитником запрещенного «Хизб ут-Тахрир» и связывая с Меджлисом крымскотатарского народа, о котором в рамках административного производства вообще речи не было. «Первый. Крым» показал передачу, посвященную Курбединову – «Адвокат дьявола, Или поменялся местами с клиентом», в которой заммуфтия Айдер Исмаилов назвал все протесты против ареста адвоката «внешними попытками давить на Россию».

Если до недавнего времени крымские СМИ старательно игнорировали любые акции силовиков на полуострове, которые можно назвать политическими, то теперь они проводят информационное сопровождение таких акций. И если принять это как данность, то «узбекское гражданство» Мамутова неудивительно, конечно.

Антон Наумлюк, журналист

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG