Доступность ссылки

Письма крымчан: Самый «крымский» вопрос


В Киеве проукраинские активисты сорвали выступление популярной российской блогерши, ранее незаконно посетившей Крым, потребовав ее ответить на вопрос: «Чей Крым?». Та на вопрос отвечать отказалась и прервала встречу с поклонниками. Объективности ради необходимо заметить, что Александра Митрошина в своем Телеграм-канале впоследствии подчеркнула, что не поддерживает аннексию Крыма.

В Украине периодически возникают скандалы с российскими общественными и политическими деятелями, а также с российскими артистами, которые, даже если публично и не поддерживают аннексию Крыма, тем не менее, с удовольствием его посещают, иногда незаконно заезжая на полуостров буквально перед своим визитом в Украину. В связи с этим стоит обозначить один аспект современной «околокрымской» темы, до сих пор не по заслугам мало освещавшийся.

Для начала неожиданный вопрос: что общего между принадлежностью Крыма и ИГИЛ?

Тем, кто в Украине интересуется публикациями российских СМИ на международную тематику, – да и крымчанам, еще не совсем ассимилировавшимся в российской действительности, – уже давно режет глаз одна малопонятная для нероссийского читателя деталь. Каждое упоминание организации «Исламское государства Ирака и Леванта», сокращенно «ИГИЛ», российские журналисты обязательно сопровождают ремаркой «террористическая организация, запрещенная на территории Российской Федерации». Причем этот ярлык в скобках возникает после аббревиатуры «ИГИЛ» абсолютно во всех публикациях на всех ресурсах, начиная от правительственных изданий и заканчивая сайтом прогрессивной «Новой газеты» и блогами. Мне чем-то это напоминает навязчивое произнесение древнего заклинания, из которого нельзя выкинуть ни слова под угрозой страшной магической кары.

На первый взгляд довольно глупая традиция. Но приходится ее соблюдать. В соответствии со статьей 4 российского закона «О средствах массовой информации», в российских медиа запрещено упоминать организации, признанные в России экстремистскими, «без указания на то, что соответствующее общественное объединение или иная организация ликвидированы или их деятельность запрещена».

Зачем это дополнение? Разве и так непонятно, что ИГИЛ отнюдь не воскресное благотворительное общество, раздающее гуманитарную помощь бездомным? При этом на вопрос, почему все российские журналисты и блогеры свято соблюдают этот сакральный обычай, подкрепленный законом, ответ ясен. Это страх. Глубинный, цементирующий любую мафиозную структуру, страх рядовых членов «семьи» не выполнить пожелание своего «крестного отца». А вот зачем это нужно условному «крестному отцу» России?

Если российский посол в Израиле заявляет, что не считает боевиков ХАМАС террористами, то у российского обывателя может возникнуть справедливый вопрос – а кто же тогда, собственно, эти самые международные террористы, с которыми так беззаветно уже четверть века сражается Россия?

В ответ можно привести пример уже из авиации. Про опознаватель «свой-чужой», установленный на всех боевых самолетах, слышали? Так вот, это дополнение-заклинание к аббревиатуре ИГИЛ и есть такой опознаватель. Если в Москве российские высшие официальные лица ведут переговоры с представителями ХАМАС и «Хезболла», если российский посол в Израиле заявляет, что не считает боевиков этих организаций террористами, то у российского обывателя может возникнуть справедливый вопрос – а кто же тогда, собственно, эти самые международные террористы, с которыми так беззаветно уже четверть века сражается Россия?

А вот он, голубчик – радостно подсовывает читателю российская пресса страшного небритого «игиловца» в чалме. И ведь не перепутаешь – именно приписочка к аббревиатуре и поможет православным отличить злого шахида Исламского государства от бравого моджахеда ХАМАС.

Та же самая приписка-формулировка к названию мирной крымскотатарской релизиозной организации «Хизб ут-Тахрир» помогает создать имидж «борцов с мировым исламским злом» и крымским «правоохранителям», когда подконтрольная Кремлю «независимая» крымская пресса пишет про очередное задержание крымского татарина, обвиненного в принадлежности к «хизбам». И неважно, что «террористичность» этой партии привиделась в ночных кошмарах лишь лубянскому руководству, главное – напомнить крымчанам, что, мол, «террористическая», и, конечно, «запрещенная в Российской Федерации». Чтоб сомнений ни у кого не осталось.

Я к тому, что не грех бы поучиться у российских пропагандистов (себя они называют журналистами) той же чеканности формулировок и последовательности в их подаче. Настойчивость в, так сказать, доведении «линии партии» до масс, которая и приносит российским «акулам пера» необходимый результат. И использованию в украинских реалиях коротких формулировок, – только не придуманных спецслужбами, в отличие от российских, а выстраданных миллионами украинцев, в качестве того же опознавателя «свой-чужой».

Да и для выявления и деморализации российских пропагандистов, заруливающих под видом «голубей мира» в Украину то с концертом, то с лекцией, такие короткие мемы вполне сгодятся. Главное – не забывать и не лениться их использовать. Это как обряд изгнания бесов: экзорцист заставляет больного проговорить заклинание, и несчастный, если он одержим нечистой силой, начинает корчиться. Соответственно, если проукраински настроенного человека спросить «чей Крым?», он спокойно ответит, язык, чай, не отсохнет. А вот если заезжий гастролер не сможет на этот вопрос ответ сходу выговорить – тогда выходов два. Или он, хоть со второй попытки, но соглашается с мнением украинцев, или пусть уезжает.

И для нас такое повторение пройденного, доставшегося Украине большой кровью, лишним не будет.

Максим Кобза, крымчанин

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG