Доступность ссылки

«Мы не должны воевать с Украиной!» Ветераны России – против военной эскалации


Боец ВСУ в зоне разведения сил и средств, вблизи КПВВ «Золотое» на Луганщине, 10 июня 2019 года. Иллюстрационное фото

После того как в начале апреля стало известно о стягивании большого контингента российских войск к границе с Украиной, два россиянина, ветерана войны в Афганистане, Николай Прокудин и Сергей Гуляев, написали обращение, названное "Ветераны за мир, свободу и демократию". В нем они призывают "не допустить войны с Украиной" и выходить на марши мира, чтобы "выступить против эскалации военных приготовлений России". 22 апреля было объявлено, что российские войска начали возвращать в постоянные пункты дислокации. Но если от границы с Украиной в районе Донбасса войска и отведут, значительные военные силы России останутся в Крыму. Также на полгода для украинских военных кораблей и судов перекрыт Керченский пролив, а значит, и доступ к Азовскому морю. Украина считает это продолжением гибридной агрессии России, эскалацией конфликта на море.

"У войны может быть лишь одно оправдание – когда на твою родину напали и ты вынужден взять в руки оружие и идти убивать. Воевать за деньги, обслуживая нефтяные интересы "пригожиных" в Сирии, в ЦАР, служить "пушечным мясом" в Украине, прикрывая провалы политики и поднимая рейтинг вождя, – это не ошибка, это страшнее! Это бред, глупость и преступление против своей страны, против своей истории, против свободы и демократии", – пишут авторы обращения.

Одни из них, Николай Прокудин, в Афганистане служил разведчиком, написал о военном опыте несколько книг. Сергей Гуляев в Афганистане служил в 1983–85 годах после окончания Львовского военного училища. "Постреливали там, наши колонны, неоднократно", – ответил он на вопрос о том, что пережил на войне. В тексте обращения Прокудин и Гуляев пишут о боевых действиях так: "Мы реально служили в войсках, участвовали в боевых действиях – в Афганистане, других горячих точках и не понаслышке знаем, что такое война. Это кровь, гной, грязь, слезы, боль и трагедии, раны и похоронки, разрушенные судьбы и мечты". Именно это определение войны и стало одной из причин, почему ветераны выступили с призывами к миру и против эскалации войны в Донбассе.

Под текстом их обращения можно подписаться, так как оно в том числе размещено на сайте change.org. Сергей Гуляев сейчас является заместителем председателя Кронштадтской организации союза инвалидов и ветеранов Афганистана и Чечни (СИВАЧ). Он подробно рассказывает, почему появилось обращение "Ветераны за мир, свободу и демократию".

– Почему вы решили выступить с мирным обращением в ответ на сообщения о концентрации большого контингента российских войск у границ с Украиной?

– Мы обращаемся к своим коллегам, друзьям, соратникам. В первую очередь к своим друзьям – ветеранам боевых действий, участникам конфликтов на Кавказе, в Сирии, чтобы именно они в первую очередь задумались, что нас может ожидать в ближайшее время. Толчком к этому обращению послужила информация из одной из наших афганских организаций. Одному из моих коллег позвонили из так называемого Союза добровольцев Донбасса и предложили поработать "за ленточкой", в Украине, в качестве добровольца, обещали зарплату в 2 тысячи долларов. Мне такую информацию передали, и я понял, что приготовления, которые сейчас идут на границе с Украиной, неспроста, опять затевается какая-то провокация с целью нападения, эскалации конфликта в Донбассе… возможно, и более горячей фазы, полномасштабной войны с Украиной. И естественно, в кругу друзей-ветеранов, афганцев, мы обсудили эту ситуацию. Мы знаем, что Россия подливает керосина в огонь сепаратизма Донбасса, подпитывает и оружием, и деньгами, и добровольцами, и даже военной помощью, а в 2014–15 годах там находились наши войска. Мы понимаем, что сейчас это может развиться в серьезный конфликт, в серьезную войну, которая с обеих сторон может иметь десятки тысяч жертв. В Украине идет война с 2014 года, страна воюет семь лет, более 13 тысяч человек погибли. За 10 лет в Афганистане весь Советский Союз потерял около 14 тысяч человек. Это жуткая трагедия, и эту трагедию подпитывает наша страна. Мы не должны прятать голову в песок, что там идет гражданская война, мы тут ни при чем, мы тут с краю. Мы совершенно очевидно причем. Если бы Россия не помогала Донбассу, я думаю, там давно было бы так же прекрасно, как и в Днепре, в Запорожье, в Харькове, где немало русских людей, где живет не меньшее количество русскоязычных и русских по происхождению, чем в Донбассе, в Луганской и Донецкой областях. И в этих городах все в порядке. Я это знаю, так как был там в 2017–18 годах. Я тогда проехал от Одессы до Днепра и видел, что происходит.

Сергей Гуляев
Сергей Гуляев

Все это сказки пропаганды, что фашисты в Донбассе уничтожают, распинают маленьких мальчиков, это оголтелая пропаганда ненависти против Украины. Эта страна худо-бедно развивается, там нормальный живой парламент, в котором есть место для дискуссий, есть оппозиционные партии.

Понимая это, Россия сейчас может ввязаться в авантюру, которая нужна Путину не для решения геополитических задач, побед и прочее, а просто потому, что ему сейчас нужно отвлечь внимание. В разведке это называется так: отвлечение внимания на непригодный предмет. То есть мы сейчас уйдем от отравления Навального, от его посадки, мы уйдем от провалов эфэсбэшников, которые что-то взрывали в Чехии, отравили Скрипалей. Нужно перевести стрелки с дворца в Геленджике, отвести внимание от своих друзей, их коррупционных схем… Чтобы народ об этом не думал, давайте будем говорить о войне, и война все спишет. А грозит эта война тысячами возможных жертв. Путину нужно, с одной стороны, отвлечь внимание народа России от провалов в экономике, в социальной политике. А с другой стороны, чтобы во внешней политике все бегали и носились вокруг него, успокаивали, понимая, что в руках у него красная кнопка, ядерная, и неизвестно еще, чего от него ожидать. Все европейские лидеры, Байден звонят ему: не надо начинать войну, давайте прекратим войну, – и Путин снова в центре мирового внимания, опять с отрицательным знаком, как Саддам Хусейн или Муаммар Каддафи. Других резонов нападать у нас нет. У нас нет никаких геополитических выгод, нет причин для развязывания войны с Украиной.

– В обращении вы сравниваете ситуацию, которая сложилась с Украиной, особенно ситуацию в Донбассе, "с авантюрами Советского Союза в Афганистане, Анголе, Эфиопии, в Мозамбике". В чем эти ситуации похожи?

Нам как стране придется еще долго искупать свою вину перед Украиной

– Я помню, был молодым лейтенантом, пришел прямо из училища и сразу попал на войну. Естественно, у нас была такая пропаганда: мы выполняем интернациональный долг в Афганистане, если бы не мы, здесь были бы американцы, они поставили бы у границ нашей страны свои базы, ракеты разместили бы и прочее, поэтому мы защищаем от угроз нашу страну. Это во-первых, а во-вторых, выполняем по просьбе правительства Афганистана интернациональный долг, боремся с бандами, за которыми стоят Пакистан и Америка, которые хотят свергнуть народное правительство Афганистана… И мы вкатили туда огромные человеческие ресурсы, извлекли из нашей экономики миллиарды рублей на эту войну, мы попали под санкции, мы стали, что называется, империей зла. И это все, конечно, подорвало экономику СССР и в итоге привело к развалу страны. Поэтому мы говорим, что авантюра, которую затевает Путин, может быть с такими же последствиями для России.

Мы ничего не выиграем в этой войне, мы не можем победить Украину не потому, что у нее слабее оружие или еще что-то, а просто не может быть победы над практически своим народом. Мы еще 20, 30 лет назад были единым народом. То есть это будет не так, как предрекает Жириновский, что мы завтра будем в Киеве, на Крещатике есть торт "Рошен". Это не будет легкая прогулка. Это будет братоубийственная война. Хотя украинцы, я знаю, плохо относятся к этому слову, когда оно звучит из уст русских, но у меня реально там есть братья, у меня есть братья по оружию, друзья-афганцы, с которыми я поддерживаю отношения, к которым я приезжал уже после начала войны в 2014 году.

– Да, вы в обращении употребляете такие слова, которые у некоторых граждан Украины вызывают другую реакцию, чем ту, которую вы, может быть, ожидаете. Вы говорите, что не нужно ссорить славянские народы с единой многовековой историей, говорите о братоубийственной бойне… Почему вы используете терминологию, которую в том числе используют многие из тех, кто выступает не с мирными инициативами, а призывает, что называется, идти на Киев?

– Потому что это правда. Мы реально жили три столетия в одном государстве, и эти родственные, кровные, дружественные связи существуют. Не говоря уже о массовой миграции в Украину из России и в Россию из Украины. Мы три века жили в одном государстве, мой отец похоронен в Днепре, у меня два единокровных брата по отцу живут в Украине. Я русский человек, они украинцы, но я что, грешу против правды? Так оно и есть, мы два очень близких соседа, два близких народа, говорящие, может быть, на разных языках, с разным культурным и национальным менталитетом, но тем не менее мы родственные народы, и мы славянские народы.

– То есть вы считаете, что эти термины можно использовать не только для пропаганды, но и как слова для призывов к миру?

Это не воля народа, а воля проворовавшихся вождей

– Любой мир лучше драки. Совершенно очевидно, что мы должны добиваться нормальных дружественных отношений с нашим ближайшим соседом. У нас до 2014 года была масса общих интересов, экономических связей… 25 лет два независимых народа развивались вполне нормально, мы ездили друг к другу без загранпаспортов, без виз, мы торговали с Украиной, отдыхали в Крыму, общались, встречались со своими друзьями, и все было нормально. И так должно быть нормально у соседей. Худой мир лучше доброй ссоры, а уж войны тем более. После Путина России придется снова выстраивать отношения с нашим ближайшим соседом, и нам придется еще долго искупать свою вину перед Украиной – нам как стране. Я лично не чувствую себя виноватым, я в 2014 году выходил на Марши против войны и в Петербурге, и в Москве. Помню, 1 марта, когда объявили о том, что сенат дал разрешение на ведение военных действий в Украине, на Манежной площади собрались порядка 10 тысяч человек. Я был в это время в Москве и тоже вышел, возмущенный тем, что мы можем начать войну с Украиной. Я выходил на Марши мира в Петербурге. И я считаю, что нам придется в любом случае налаживать потом добрые, нормальные отношения, извиняться, искупать каким-то образом нашу вину. Потому что совершенно очевидно, что это не воля народа, а воля проворовавшихся вождей, которые в угоду своим амбициям пытаются прикрыть свои огрехи, коррупцию и беспредел, который творится внутри нашей страны.

– Вы завершаете ваше обращение призывом к мирным акциям протеста. То есть, с вашей точки зрения, необходимо начать массовое мирное антивоенное движение в России?

Это беда, и ее нельзя превозносить

– Да, безусловно. Я надеюсь, что мы тут сможем совместить… Меня упрекнули, что "вы за своего друга Алексея Навального так не выступаете, а за украинцев топите", но я выступаю и за Алексея Навального. Потому что выступить против войны, безусловно, такое же важное дело, как спасение жизни Алексея Навального.

– Вы являетесь ветераном нескольких войн, но выступаете в вашем обращении за мир. С людьми, прошедшими войну, у обычного человека ассоциируются люди, которые готовы всегда встать в строй. Для вас война имеет другое лицо?

– Люди, которые воевали, не могут быть за войну. Фронтовики, кстати говоря, не любили рассказывать про войну, не любили пафос войны. Война – это кровь, грязь, слезы, трагедия. Это беда, и ее нельзя превозносить. Мы не должны воевать с Украиной! Некому ответить, даже церковь игнорирует эту тему. Если парламент в стране игнорирует, региональные парламенты не реагируют на возможную катастрофу, возможную войну, кто-то должен поднять голос в защиту мира.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG