Евгений Гайворонский: «Мне сказали: либо ты начинаешь работать на Аксенова, либо будешь уничтожен»

Евгений Гайворонский
Евгений Гайворонский

20 декабря 2019 года подконтрольный России Ялтинский городской суд принял решение о «принудительном выдворении» Евгения Гайворонского «с территории России». После этого его вывезли в Краснодарский край соседней России. До этого 12 ноября 2019 года подконтрольный России горсуд Ялты решил признать незаконными документы, по которым Гайворонскому выдали паспорт гражданина России. 1 января Евгений Гайворонский был выдворен с территории России, по его словам, с запретом на въезд на территорию этой страны. Сейчас он находится на материковой части Украины. Гайворонский прибыл в Киев на поезде из Бахмута.

Как выдворяли

– Евгений, 20 декабря было принято решение о вашем принудительном выдворении, и только 1 числа вы приехали в Киев. Где вы все это время находились?

– Я думаю, меня побоялись вывозить из Крыма через Чонгар и захотели вывезти именно с территории России...​ Это были мрачные десять дней. С самого начала было понятно, что будет беспредел и расправа, потому что суда еще не было, а уже стояла их «скотовозка», чтобы меня везти как опасного преступника. Всю ночь везли в наручниках в багажнике, потом поселили в это учреждение – Центр временного содержания иностранных граждан, Краснодарский край, Гулькевичский район, село Новоукраинское. Это депортационная тюрьма с жуткими условиями. Там день считается за два, как в СИЗО. Чистое белье мне не выдали. Зубную щетку мне дали через пять дней, зубную пасту я просил у других заключенных.

– Почему вы там так долго находились?

– Я там находился, потому что было указание из Крыма – устроить расправу. Позвонили из Крыма начальнику барака, сказали забрать у меня телефон. Его раз в день на 20 минут давали, так что я мог связываться с Тарасом Малышевским, – консулом, который очень помог, – с Игорем Эйдманом, Антоном Турпаловым. Мы надеялись только на чудо.

Мне говорили: ты будешь там гнить полгода, мы доведем тебя до нечеловеческого состояния, потом отправим тебя в Донбасс в подвалы, потому что нам приходиться отпускать Асеева и нам нужны будут журналисты в «обменный фонд»
Евгений Гайворонский

Потом и я все-таки попал в список на выдворение в Украину, причем на территорию именно подконтрольную Киеву. Так получилось, что люди, которые этот список составляли, они особо не знали, кто я, и не знали планов крымских милиционеров. Крымские мне говорили: ты будешь там гнить полгода, мы доведем тебя до нечеловеческого состояния, потом отправим тебя в Донбасс в подвалы, потому что нам приходиться отпускать Асеева и нам нужны будут журналисты в «обменный фонд».

– Вы говорили, что с вами во время перевозки находились люди, которых вывозили из России на неподконтрольную Киеву территорию Украины. Как они решают, кого куда вывозить?

– Они спрашивают: куда тебя везти – в Украину, которая под Киевом, которая нормальная, или в так называемые «ЛНР» и «ДНР».

– Вас спрашивали?

– Меня сначала спросили, когда не знали, кто я такой. Я говорю: в Украину, мне сказали: хорошо. А потом уже начали происходить события, что телефон забирали и прочее, поэтому не знаю, как и что. Может, была какая-то смена, которая не особо понимала, что со мной к чему, плюс новогодняя неразбериха помогла.

– Когда вы оказались на материковой части Украины?

– В полночь. Меня везли вместе с боевиками, они меня немного пинали. И кричали: «звоните в ФСБ, он ненавидит Путина, он ненавидит Россию, из-за таких, как он, мы до сих пор до Киева не дошли, давайте его просто убьем на территории ЛНР». Это, конечно, были очень страшные четыре часа, пока их выдворяли в ЛНР, а я сидел в газели и ждал. Слава Богу, довезли до границы с нормальной Украиной.

За что выставили из Крыма

– Вопрос, ответ на который важно услышать нашим радиослушателям. За что вас выдворили из Крыма?

– Все началась 6 марта прошлого года, когда автоматчики в масках перевернули мне всю квартиру, все из нее вынесли. И мне сказали: либо ты сейчас едешь к Аксенову, и начинаешь на него работать, потому что нам важно показать, что даже лидеры протеста готовы дружить с Аксеновым, либо будешь уничтожен – ты, твоя сестра и твоя мать. Я ему на камеру ответил матерно в адрес Аксенова. После этого жесть началась. Они начали выставлять меня наркоманом, подделывать анализы.

Летом уже были другие события. Генерал Туманов, тот самый, который задерживал Ходорковского, приезжал в Крым расследовать факты по Сергею Аксенову и Андрею Ростенко. И Туманов мне сам говорил, что и на Аксенова, и на Ростенко там «конкретная статья», тотальный беспредел.

– Это о какого времени событиях идет речь?

– Уже после начала оккупации. После начала оккупации цивилизация и правовое поле из Крыма исчезли, фактически начался феодализм, в рамках которого Аксенов просто отжимал себе собственность, в том числе на Южном берегу Крыма. А Ростенко был его правой рукой. Я дал (для Туманова – КР) кучу показаний, передал кучу документов.

– Каких документов?

– Документы, доказывающие воровство земли, изменения разрешенного использования, доказывающие, что уничтожаются заповедники, лесные зоны, что рейдерские захваты собственности происходят.

– Откуда вы взяли эти документы?

Мне документы и из Совета министров Крыма выносили, из администрации Ялты выносили, откуда только не выносили
Евгений Гайворонский

– В Крыму все как жабы с гадюками: там есть разные кланы, которые признают Аксенова, но друг друга пожирают. Идет война компроматов. Я кучу этих скандалов раскрыл. И чем больше я их раскрывал и публиковал в «Примечаниях», тем больше мне передавали документы. Тем более, я ни разу никому не сказал, кто и откуда мне дал документы. Мне их и из [российского] Совета министров Крыма выносили, из администрации Ялты выносили, откуда только не выносили.

– Этим документам дали какой-то ход?

– Им не дали ход. Аксенов договорился с Генпрокуратурой. Закрыли дело против Ростенко. Туманов в бешенстве был, что он самого Ходорковского закрыл, а тут его, получается, переломили через колено.

Путь от «КрымНаш» до «Крым – это Украина»

– Давайте послушаем вместе с вами. Евгений Гайворонский в репортаже телеканала НТВ в июне 2014 года, если я правильно помню, так называемый День России: «Настоящий русский дух! Настоящая атмосфера счастья! Сегодня очень торжественный день, которого я ждал 23 года». Вы действительно ждали этот день 23 года?

– Я этого дня не ждал 23 года. Я незадолго до этого приехал в Ялту как дауншифтер. С чистого листа начинал жизнь в Ялте. И я подумал, что прикольно было бы выступить в телевизоре. И сегодня я всем готов сказать, что это мое выступление является доказательством того, что Россия применила против крымчан психотропные технологии. Я лично видел большие черные машины с надписью «спецсвязь ФСБ», на крышах которых стояли черные большие трансляторы. И этот ролик на НТВ является доказательством грубого ментального геноцида против Крыма.

– Если поверить в эту теорию, то скажите, почему тогда с вами произошло такое превращение? В 2014 году вы говорите, что ждали этого момента 23 года, в 2019 году вы говорите, что Крым – это Украина, даете интервью о том, что многие крымчане ждут прихода Украину. Что произошло?

Я не Россию в 2014 году приветствовал, тогда все окружающие верили, что возвращается некий «СССР 2.0», в котором не будет минусов первого Советского Союза, а будут только плюсы
Евгений Гайворонский

– Я же родился и жил в Донецке, хотя я с детства мечтал уехать в Ялту. В Донецке очень сильны пережитки советского менталитета. Там людям внушается, что при Союзе был рай на земле, а сейчас все разрушили. И я даже не Россию в 2014 году приветствовал, тогда все окружающие верили, что возвращается некий «СССР 2.0», в котором не будет минусов первого Советского Союза, а будут только плюсы. А за Россию в чистом виде, я думаю, даже бы тогда многие не подписались бы. Они реально думали, что под брендом «Россия» будет Советский Союз.

Дальше – я работал в общественной организации, через меня прошли тысячи людей, тысячи жалоб, я тысячам бабушек помогал составлять обращения в органы власти. И с этими обращениями начал нарастать когнитивный диссонанс. Допустим, в июне-июле мы отправляем какие-то жалобы от людей. К концу года приходят отписки из администрации президента России, которая эти жалобы отправляют тем, на кого люди жалуются. И ко мне приходят и говорят: там, наверное, у Путина злые агенты сидят, они ему мешают наши письма читать, как же так, это же Путин, он сказал всем помочь и что крымчане ничего не потеряют.

И такая уже пошла обратная связь в 2014 году, что людям не решают их проблемы вообще. И для меня это уже тогда прозвучало как тревожные звоночки...

– ...Читаю материал, 22 марта 2019 года севастопольский сайт «Примечания» опубликовал текст «Патриот Гайворонский, которого мы потеряли». В тексте говорится, что «больше Евгений Гайворонский на сайте «Примечания» не публикуется, с 18 марта 2019 года сотрудничество с ялтинским автором официально прекращено, о чем редактор интернет-издания Виктор Ядуха сообщил в Facebook». Говорится также, что вы, как автор, присылали «в редакцию материалы на злободневные и остросоциальные темы из жизни Ялты, которые часто помогали обратившимся к нему найти справедливость. Одновременно он вел довольно активную жизнь в социальных сетях. Несмотря на то, что тональность некоторых его постов и комментариев, содержащих критику властных и околовластных кругов Крыма, не отвечала взглядам и убеждениям остальных сотрудников «Примечаний», мы не считали возможным вмешиваться в частную жизнь независимого автора». Что же такого произошло 18 марта 2019 года, что они прекратили публиковать ваши материалы?

– Задолго до этого я все понял. Но если бы я сделал заявление «Крым – это Украина» в 2018 году, мне просто отбили бы голову, и не было бы кучи статей, расследований и интересных вещей. А 18 марта 2019 года я, зная, что Путин, это больное на голову злобное существо, в Крыму, решил ему испортить праздник. Я написал пост в Facebook «Крым – это Украина», а потом на телеканале ATR, понимая, что крымскотатарская тема для Путина – достаточно болезненная, сделал заявление, что Крым нужно спасать от России, что Путин – это преступник. Вложил всю душу, чтобы максимально испортить Путину его пребывание в Крыму на пятую годовщину аннексии.

Зарабатывать на дефиците правды

– У вас кто-то остался в Крыму? Друзья, знакомые в Крыму, с кем вы поддерживаете контакты? Или все эти люди отвернулись от вас?

– Осталось очень мало друзей и знакомых. Но я даже рад. Потому что ситуация показала, кто мои настоящие друзья. Кто мне в такой ситуации помогал, а кто стал переходить на другую сторону улицы. Допустим, бывший мэр одного из поселков должен мне 100 тысяч рублей за определенные услуги в соцсетях. И он мне прямо сказал: «ты на Россию гонишь, ты этих денег никогда не получишь». И такого плана ситуации были в других моментах.

– Что за услуги в соцсетях? Реклама? Черный пиар?

– Просто писать как есть, не молчать о деятельности того же Челпанова, чье место, пока он был мэром Ялты, рассчитывали занять другие люди, ориентированные больше на Германа Грефа. Ялта – это очень серьезный клубок интересов.

Евгений Гайворонский
Евгений Гайворонский

– Вы работали как журналист в «Комсомольской правде», писали для «Примечаний». А что еще вы писали за деньги? Ялта не дешевый город для жизни.

– Ялта – недешевый город. Но, опять же, в Ялте – дефицит правды и людей, которые не боятся называть вещи своими именами. Я выехал на этом. Я участвовал в хозяйственных спорах – когда одна группировка пытается снести, лишить свободы или отогнать от кормушки другую группировку.

– Вы имеете ввиду на уровне города?

– На уровне республики тоже. В этом ничего противозаконного или противного в моей душе нету. Я получал доступ к уникальным документам и публиковал из со своей аналитикой. В тех же «Примечаниях» и в Facebook. И я достаточно себя уважаю и считаю, что любой труд должен быть оплачен.

– Вам платили за публикацию этих документов?

– Да. Какую-то часть я писал сам от себя, потому что я так вижу. И даже опубликование этих документов, в принципе, ничему не противоречило. Мало того, что правду рассказал, так еще и заработал. Почему бы и нет?

– Вы не боялись, что документы, которые вам показывают, могут быть сфальсифицированы? Что они специально сделаны, чтобы сбить с должности того же Челпанова?

– Так как я работал в общественной организации, через мои руки прошло очень много документов. Я детально знаю, как выглядят документы, как они составляются и как они работают. Я к этому подходил серьезно. У меня было достаточно знакомых, которых я использовал как независимых экспертов. Сфотографировал документ, отправил и спрашиваю. Мне человек комментирует и говорит, правильный ли это документ. Может, вам покажется удивительным, но мне ни разу не присылали «левых» документов.

– По вашему мнению, это все были оригиналы или копии с оригиналов?

– Да.

– Это финансовые или земельные документы, как я понимаю.

– Земельные в основном.

– О каких территориях и денежных эквивалентах идет речь?

– Допустим, Ростенко, друг Аксенова, по оценкам разных экспертов, заработал 30 миллионов долларов. И, по имеющимся разведданным, он отдал в Москве 20 миллионов долларов, чтобы поспособствовать своему освобождению. Там грандиозные суммы и грандиозные земли. Я держал в руках документы, по которым для фирмы «Аккар» – это севастопольская фирма, которая финансировала Черноморский флот много лет и даже готовила аннексию, – им отдали дачу Тессели – в Форосе красивейшее место, занизили цену на 2,2 миллиарда рублей. И это все замяли.

Все российские паспорта в Крыму – «левые»

– 12 ноября 2019 года подконтрольный России горсуд Ялты решил признать незаконными документы, по которым вам выдали паспорт гражданина России. Когда вам вообще его выдали?

– Мне выдали в 2015 году. Через суд. В Крыму работают фирмы, которые поставили на поток подготовку к выдаче документов. Это была такая коррупционная кормушка в Крыму.

– Вы изначально знали, что?..

– Я не платил деньги.

– Но вы знали, что эта схема даже по российским правилам криминальная?

– В 2014 году я был еще чистой душой и ничего особо не знал. Я позже стал понимать, что, в принципе, все российские паспорта в Крыму – «левые».

Раньше в Крыму была цивилизация, а сейчас ее нет

– По вашему мнению, общественные настроения в Крыму сильно изменились с 2014 года? Что больше всего повлияло?

Россия и Крым оккупированный – это хищническая вселенная. Все друг друга поедают постоянно, нет каких-то правил, нет правового поля
Евгений Гайворонский

– Настроения кардинально поменялись. А повлияло то, что люди реально жили, была цивилизация. А сейчас этого всего нету. Да, какой-то узкий круг людей, близких к клану Аксенова – они живут. Остальные люди не живут. Даже те, у которых есть деньги, тоже нормально не живут. Потому что Россия и Крым оккупированный – это хищническая вселенная. Они друг друга поедают постоянно, нет каких-то правил, нет правового поля. Ты можешь сегодня иметь две виллы, кучу барышень и пять Range Rover. А завтра найдется тот, кому понравятся твои барышни и твой Range Rover, приедут маски-шоу с ФСБ и тебя упакуют. Это влияет на всех.

Есть в Крыму такой боевик Александр Слепинин, который живет в Гурзуфе, он есть в Миротворце, он чуть не умер...

– Почему вы его называете боевиком?

– Потому что он мне сам рассказывал, что с 2009 года ФСБ финансирует деятельность в Крыму, и что они ездили в Украину и совершали диверсии против Украины. Что они верно служат уже десять лет России, а им не дали ни постов, ни бюджетных кормушек, они даже землю переоформить не могут. У них такая обида, что они воевали, а ничего им не обломилось.

Они верно служат уже десять лет России, а им не дали ни постов, ни бюджетных кормушек, они даже землю переоформить не могут. У них такая обида, что они воевали, а ничего им не обломилось
Евгений Гайворонский

И этот же Слепинин, агент ФСБ, 11 или 12 марта позвал меня в гости. Я приехал, сидят у него два персонажа. Показывают удостоверения: сотрудники контрразведки ФСБ по Краснодарскому краю. Начали говорить: у тебя единственный шанс выжить, это лечь под нас, потому что мы не можем тебе вернуть отнятое милиционерами Аксенова, но мы можем сохранить тебе жизнь.

И они же мне рассказали удивительные вещи о закрытых опросах: что большая часть населения в Крыму жестко против России и за Украину, просто им атмосфера страха мешает высказываться. Уничтожен же весь бизнес, земли, которые получали при Украине. Россия хоть один земельный участок кому-то дала за время оккупации? Нет. Кроме тех, кто связан с Аксеновым, и кто за большую взятку себе его приобрел. И эти все факторы создают недовольство. Они мне сказали, что в ФСБ очень давно меня читают, и позволяли работать, даже с оскорблениями Путина и прочим, потому что, во-первых, информация интересная. А во-вторых, потому что я создавал иллюзию, что в России работают законы. Люди читали статьи, а в них написано, что украли то и то, нарушили такие законы. И люди выпускали пар, читая мои статьи.

– Почему такой «свисток» убрали из Крыма?

– Они меня звали обратно писать. Но я принципиально больше ни одного слова для российских СМИ и в российских интересах не напишу. Пускай этот котел без «свистка» снесет максимально жестко и беспощадно.

Крым.Реалии готовы предоставить возможность высказаться всем лицам, упомянутым в этом интервью, в том числе представителям российской власти Крыма.

​
XS
SM
MD
LG