Доступность ссылки

Ни дня без своего народа. Жизнь и борьба Зампиры Асановой


Ветеран Национального движения крымских татар Зампира Асанова

Продолжение, начало читайте здесь.

В 1968 году Зампира Асанова много времени находилась в Москве. Она не только подписала резонансное обращение Будапештскому совещанию коммунистов и рабочих партий, но и постоянно общалась с московскими диссидентами.

В 1968 году Мустафа Джемилев приехал в столицу после своего первого срока заключения в качестве делегата Национального движения. И, как он вспоминает: «Зампира познакомила меня со многими московскими диссидентами».

Ныне уже покойный диссидент Виктор Красин так вспоминал это время и то, как на Запад просочились первые материалы о крымскотатарской проблеме: «С осени 1968 года и до конца декабря 1969-го, когда меня арестовали, я регулярно передавал диссидентские материалы американским корреспондентам, с тремя из которых я встречался постоянно. Это были Генри Камм из «Нью Йорк Таймс», Фрэнк Старр из «Чикаго Трибюн» и Тони Коллинз из «Ассошиэйтед Пресс». Я наткнулся на такой странный для меня феномен: материалы о крымскотатарском движении они брать не хотели. Все они говорили одно и тоже: американскую общественность не интересуют религиозные и национальные движения в СССР. В Америке интересуются правозащитным движением, потребовавшим от советского правительства соблюдения гражданских свобод и бросившим ему впервые за полвека беспрецедентный вызов. Величайшие симпатии на Западе вызывают те люди, которые, не боясь арестов, борются в СССР за гласность, за справедливый суд и другие гражданские свободы. Я спорил с ними, доказывая, что крымские татары имеют такое же право на гласность, как и мы, указывая также на то, что в СССР любое движение, не важно – религиозное или национальное – приобретает неизбежно политическую окраску. Наконец, Генри Камм согласился взять материалы о крымских татарах, и они появились в «Нью Йорк Таймс».

Это была большая статьями с фотографиями, в том числе с известной фотографией разгона Чирчикской манифестации, в которой принимали участие тысячи крымских татар.

«С тех пор материалы о крымских татарах брали у меня без возражений… Зампира Асанова, которая вместе с Ролланом Кадыевым была представителем крымских татар в Москве в 1968 году, когда я принес ей упомянутый номер «Нью Йорк Таймс», даже заплакала, по-видимому, и от обиды, что их так долго замалчивали», – вспоминает Красин.

Позже он познакомил Мустафу Джемилева с корреспондентом «Чикаго Трибюн» Фрэнком Старром, и тот начал сам передавать журналисту материалы о крымскотатарском движении. Так состоялся своеобразный информационный прорыв на Запад, когда о крымскотатарской проблеме стало известно и за рубежом, – и это, без сомнения, стало одной из важных вех в истории Национального движения.

Зампира Асанова в одной из своих поездок к соотечественникам
Зампира Асанова в одной из своих поездок к соотечественникам

Еще одно знаменательное событие состоялось 6 июня 1969 года. В центре Москвы, на площади Маяковского, состоялась демонстрация крымских татар, в которой приняли участие Энвер Аметов, Зампира Асанова, Решат Джемилев, Айдер Зейтуллаев, Ибраим Холапов и дочь правозащитника Петра Якира Ирина. В 12 часов 15 минут около памятника Маяковскому они развернули свои лозунги: «Да здравствует ленинская национальная политика», «Коммунисты, верните Крым крымским татарам», «Прекратить гонения на крымских татар», «Свободу генералу Григоренко!».

Через несколько минут они были задержаны и доставлены в милицию. Участникам демонстрации удалось избежать ареста, по-видимому, из-за проходившего Международного совещания коммунистов, однако впоследствии власти «припомнили» всем им участие в дерзкой и смелой акции.

Ветеран национального движения Лютфи Бекиров был в числе тех немногих крымских татар, кто поселился в Крыму в 1968 году. Он рассказывает о том, как провожали на родину первые после депортации крымскотатарские семьи: «Проводы в Крым проходили очень торжественно. Ко мне в Бекабад приехали активисты движения из всех регионов, в том числе Зампира Асанова, Айше Сеитмуратова. Все выступали, желали нам счастливой жизни в Крыму и говорили о том, что скоро на родину вернется весь крымскотатарский народ. Тогда я и познакомился с Зампирой».

Проводы семьи Бекировых в Крым
Проводы семьи Бекировых в Крым
Мы ездили с ней по Крыму, встречались с соотечественниками, которых не прописывали много лет на родине
Лютфи Бекиров

Знакомство переросло в дружбу чуть позже, когда Лютфи Бекиров уже в Крыму организовывал вместе со своими соратниками инициативную группу. Он рассказывает: «Зампира часто приезжала в Крым, жила у нас. Мы ездили с ней по Крыму, встречались с соотечественниками, которых не прописывали много лет на родине. В Крыму тогда было около 250 крымскотатарских семей. Также часто обсуждали с Зампирой вопрос о восстановлении нашей национальной автономии».

«Мы все любили и уважали эту женщину, которая так активно боролась за восстановление наших прав», – заключает Лютфи агъа.

Активисты Национального движения Зампира Асанова и Лютфи Бекиров
Активисты Национального движения Зампира Асанова и Лютфи Бекиров

В 1985 году Зампира Асанова вернулась в Крым. Начиная с 1989 года, она работала в Симферопольской больнице, однако из-за участия в похоронах академика Андрея Сахарова у нее возникли проблемы на работе, и она вынуждена была уволиться.

Асанова никогда не выдвигала свою кандидатуру на выборах в представительные органы народа. Но при этом всегда была в первых рядах движения – ее авторитет был таков, что она не нуждалась ни в должностях, ни в регалиях.

Ее отношение к людям, особенно к участникам Национального движения, определялось наличием у них таких качеств, как искренность, честность и профессионализм
Рефат Чубаров

«Как правило, люди, полностью отдающие себя служению поставленной цели, бывают очень требовательны и к окружающим. В случае с Зампира абла, мы можем говорить о том, что ее отношение к людям, особенно к участникам Национального движения, определялось наличием у них таких качеств, как искренность, честность и профессионализм. Зампира абла очень симпатизировала людям с образованием, научной степенью, признанным в своей сфере профессионалам. Но если человек, удостоенный ее внимания, давал повод усомниться в его честности и искренности, она не позволяла таким людям войти в ее окружение», – рассказывает председатель Меджлиса крымскотатарского народа Рефат Чубаров.

Будучи очень требовательной по отношению к себе, она трогательно нежно, по-матерински опекала соратников младше себя.

Неутомимая Зампира Асанова не пропускала ни одно значимое событие в жизни своего народа
Неутомимая Зампира Асанова не пропускала ни одно значимое событие в жизни своего народа

Рефат Чубаров вспоминает такой случай: «В сентябре 1990 года я выехал поездом из Симферополя в Ленинград, где должен был присоединиться к направлявшемуся из Москвы Вильдану Шемьи-заде с целью участия в одном из мероприятий Народного фронта Ленинграда. Не успел я занять свое место в плацкартном вагоне и задуматься о том, как я выдержу дорогу до Ленинграда без съестных припасов (те, кто помнит 90-е годы, поймут, о чем это я…) как со стороны перрона постучали в окно вагона. Отодвинув занавеску, я увидел Зампиру абла с большим пакетом в руках. Когда я вышел из вагона, она протянула мне пакет и сказала, что еда домашняя, а яблоки из ее сада.

На мое изумление, откуда она узнала о моей поездке, тем более о номере поезда и вагоне, она меня мягко отчитала: «Это хорошо, что я вчера услышала, что ты должен выехать в Ленинград. Зная, насколько вы, молодые, бываете безалаберными, решила приготовить домашней еды в дорогу и положить крымские яблочки. Что касается поезда, то он сегодня один, прямой до Ленинграда, а проводники подсказали, в какой вагон сел худой брюнет с длинной бородой. Что не съешь, поделишься с Вильданом».

Должен признаться, такой вкусной бурмы (крымскотатарское блюдо – авт.), которую приготовила Зампира абла, я более не встречал. Как понимаете, Вильдану я ничего не довез».

Рефат Чубаров
Рефат Чубаров

Асанова всегда с огромным уважением отзывалась о тех людях, кто в сложные времена оказывал помощь Национальному движению. Она была одним из инициаторов установления памятника генералу Петру Григоренко в Симферополе; в ноябре 2006 года приняла участие в праздновании 30-летия Украинской Хельсинкской группы. В последние годы она сильно болела, но всегда была со своими единомышленниками.

Зампира Асанова (в центре) с Гульнарой Бекировой и ученым Юрием Билухой
Зампира Асанова (в центре) с Гульнарой Бекировой и ученым Юрием Билухой

Лидер крымскотатарского народа Мустафа Джемилев вспоминает: «Она иногда заходила ко мне в кабинет в Меджлисе. Вспоминала события, людей из истории Национального движения. Я не мог подолгу разговаривать, было много работы… Она говорила: «Умру, будешь меня вспоминать»…

Зампира Асанова умерла 16 января 2014 года. Проводить в последний путь ее пришли сотни соотечественников, для которых она была и остается примером того, как бороться и любить свою единственную родину – Крым.

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

  • Изображение 16x9

    Гульнара Бекирова

    Историк, кандидат политических наук. До 2014 года работала в Крыму на крымскотатарском телеканале ATR и преподавала в Крымском инженерно-педагогическом университете. С ноября 2014 года – автор исторической колонки «Страницы крымской истории» на Крым.Реалии. Автор и ведущая программы «Тарих седасы» («Голос истории») на телеканале ATR, член Украинского ПЕН-центра. Автор десяти книг, сценарист шести документальных фильмов, множества статей и публикаций в украинских и зарубежных СМИ. Лауреат Международной премии им. Бекир Чобан-заде, финалист книжного рейтинга «Книжка року-2017».  Заместитель председателя Специальной комиссии Курултая по изучению геноцида крымскотатарского народа.          

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG