Доступность ссылки

Правосудие по-российски: три года за «массовые акции примерно двух человек»


Ильдар Дадин

Сегодня мы говорим об истории российского активиста Ильдара Дадина, которого приговорили к 3 годам колонии за участие в мирных пикетах. Для крымчан может показаться странным, что за открытое высказывание своей позиции последовало уголовное наказание – мы привыкли к тому, что в этом случае при нарушении закона предполагается административная ответственность. С какой целью лишили свободы Ильдара Дадина, опасаться ли крымчанам уголовной статьи за неоднократное нарушение правил проведения публичного мероприятия – об этом говорим с невестой Ильдара Дадина, журналисткой Анастасией Зотовой, и российским активистом Марком Гальпериным.

Радио Крым.Реалии/ Лишение свободы за участие в мирных акциях протеста
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:21:47 0:00

Ильдара Дадина задержали в январе 2015 года якобы за административное нарушение. Он был одним из 16 человек, которых доставили в отделение полиции после акции в поддержку братьев Навальных на Манежной площади в Москве. После 15 суток административного ареста суд переквалифицировал дело Ильдара в уголовное – недавнее измение в российском Уголовном кодексе предполагает лишение свободы за неоднократные нарушения при проведении митингов и акций. У Ильдара Дадина к тому времени было 2 задержания, их законность сомнительна – активист стоял в одиночных пикетах, право на которые гарантировано российской Конституцией и никакому согласованию не подлежит. В итоге обвинение просило 2 года лишения свободы, суд дал 3 года.

С нами на связи невеста Ильдара Дадина, журналистка Анастасия Зотова.

– Анастасия, расскажите нам, за что сейчас страдает Ильдар Дадин, что такого страшного он сделал?

Зотова: Вы позвонили в очень интересный момент – я прямо сейчас нахожусь в СИЗО-4, стою в очереди в окошечко, чтобы получить свидание с Ильдаром. Ильдар получил 3 года колонии общего режима за то, что просто выходил с одиночными пикетами, не запрещенными законами Российской Федерации.

– Я правильно понимаю, что Конституция России гарантирует право выйти с одиночным пикетом?

Конституция России гарантирует право на свободу мирных собраний, и, более того, одиночные пикеты не требуют никакого согласования
Анастасия Зотова

Зотова: Да, Конституция России гарантирует право на свободу мирных собраний, и, более того, одиночные пикеты не требуют никакого согласования, то есть любой человек в любое время, практически в любом месте, может выйти с этим одиночным пикетом. Ильдара задерживали и фальсифицировали протоколы – написали, что он выходил на массовые акции в количестве – цитирую – «примерно двух человек». То есть один человек или, может, полтора, полицейские не сосчитали. И вот за несколько таких инцидентов можно посадить в тюрьму на довольно длительный срок. Более того, в Москве недавно произошел интересный инцидент: группа оппозиционных активистов пошла с девушками в парк попить вина, полюбоваться закатом. Их тоже задержали якобы за проведение массового мероприятия. То есть, по сути, любого человека, который даже пойдет в парк с девушкой попить вина, могут задержать три раза и посадить на срок до 5 лет.

– Массовые акции с участием примерно двух человек – это, конечно, поразительно. То есть получается, что больше одного желательно не собираться, как бы чего не случилось?

Зотова: Не только больше одного. Дело в том, что, даже если вы один выходите на одиночный пикет, вас задерживают и пишут, что вы были вдвоем, втроем, вчетвером – зависит от фантазии полицейских. Во время судебного следствия к делу были приобщены видеозаписи, на которых четко видно, что Ильдар стоял с плакатом один, не было никакого второго человека – или половинки человека. При этом суд почему-то не обратил на это внимания и больше поверил полицейским, которые выдумывали какого-то непонятного второго человека.

– Все мы прекрасно понимаем, что случилось: административное нарушение было внесено в Уголовный кодекс, и теперь за него можно получить реальный срок. Анастасия, скажите нам: в условиях современной России о чем это говорит? Будет ли применяться этот инструмент дальше? Ильдара посадили – и каких-то бунтов не случилось, люди, наверное, начали это проглатывать.

Зотова: Первые три дела были заведены примерно год назад, позднее еще было заведено дело на Ирину Калмыкову, многодетную мать, и в течение более чем полугода больше таких дел не было. Но это не потому, что люди перестали выходить на какие-то акции протеста. Например, сейчас в поддержку Ильдара каждый день около Госдумы проходят одиночные пикеты. Просто больше людей не задерживают, таких дел не открывают. Видимо, нужно было арестовать, посадить в тюрьму одного человека, чтобы посмотреть, окажет ли это какое-то влияние, испугаются ли люди, будут еще выходить или не будут. Дело в том, что, например, в Москве сейчас массовые акции попросту не согласовывают. Я уже с начала декабря пытаюсь провести митинг в поддержку Ильдара, против статьи 212, и мне вот уже больше месяца не согласовывают митинг, ссылаясь на то, что «в Москве Новый год». Вчера разговаривала с мэрией, и мне снова сказали, что на 16 число митинг не согласуют, потому что Новый год. То есть 16 января у нас праздники продолжаются. В условиях, когда митинг невозможно согласовать, люди выходят на одиночные пикеты. Соответственно, этот закон был принят, чтобы люди испугались и перестали выходить в том числе и на одиночные пикеты.

– Но ведь вы не согласны с этим приговором – 3 года колонии? Решение обжаловано, насколько я понимаю?

Зотова: Да, адвокаты обжаловали решение, но, когда будет апелляция, пока неизвестно.

– Анастасия, возможно, нескромный вопрос: когда у вас с Ильдаром состоится свадьба, и не чинят ли вам препятствий?

Зотова: Как таковых препятствий не чинят, потому что судья сразу дала разрешение, хотя, наверное, могла бы и не давать. Приняли документы в СИЗО. Первый раз я передавала через адвокатов, в СИЗО их потеряли. Мне сказали, что передавать через адвоката было не очень правильно, тогда я передала через начальство. Начальство уже передало Ильдару, потом приняли у Ильдара его заявление о браке. Сейчас начальство колонии должно передать эти документы мне. Когда это произойдет, пока неизвестно. Зависит от начальства колонии. Когда мне передадут эти документы, тогда у нас будет свадьба.

– Анастасия, а почему именно в такой период? Может быть, есть смысл дождаться, когда будет обжаловано решение?

Ни я, ни адвокаты, ни сам Ильдар особо не рассчитываем на какое-то благосклонное отношение Мосгорсуда, потому что не затем же его сажали, чтобы теперь через два месяца отпустить
Анастасия Зотова

Зотова: Ни я, ни адвокаты, ни сам Ильдар особо не рассчитываем на какое-то благосклонное отношение Мосгорсуда, потому что не затем же его сажали, чтобы теперь через два месяца отпустить. Мне кажется, максимум – смягчат приговор до двух лет лишения свободы, как и просил прокурор. Но чтобы отпустить – вряд ли. Скорее всего, Ильдару придется пережить и этап в колонию, отсидеть в колонии, а в колонию меня уже просто не будут пускать, если я не буду его родственницей, законной женой. Я даже удивилась, что мне судья дала разрешение на свидания сейчас, пока я не являюсь женой, потому что обычно так не поступают, говорят: «Сначала расписывайтесь, а потом свидания».

– Ильдар Дадин не единственный человек, которому угрожает такое наказание за вменяемое административное нарушение, есть еще некоторое количество активистов. Общаетесь ли вы с ними, прорабатываете инструменты защиты?

Зотова: В принципе, дела были заведены на четырех человек, и сейчас дело Марка Гальперина не дошло до суда. Близки к приговору деда Ирины Калмыковой и Владимира Ионова. Владимир Ионов уже уехал из России, Ирину Калмыкову суд сейчас ищет, то есть непонятно, находится ли она до сих пор на территории России. То есть следующий, кому может грозить наказание – Марк Гальперин, но материалы по его делу даже не переданы в суд. Марк никуда уезжать не собирается, он об этом многократно говорил. А, что касается других людей – да, могут быть заведены дела на других активистов, которые выходят с одиночными пикетами, но вот уже более полугода такие дела не заводятся. То есть теоретически это может случиться, но пока – нет, не знаю, почему.

– Давайте послушаем адвоката Ильдара Дадина Ксению Костромину, которая в интервью радио «Крым.Реалии» назвала уголовное дело своего подзащитного «пробным шаром»: «Если российское общество проглотит лишение свободы за участие в акциях протеста, эта статья будет массово применяться как репрессивная».

Костромина: «Если человек более двух раз в течение 180 дней нарушил положения этих норм закона, то, соответственно, это автоматически позволяет привлечь его к уголовной ответственности по статье 212.1. На мой взгляд, эта статья совершенно отвратительно написана, потому как на самом деле обвинению даже не надо ничего доказывать. Фактически человек, который привлекается по этой статье, заведомо считается виновным, поскольку обвинению достаточно принести в суд по три судебных постановления о том, что человек совершил административное правонарушение, подпадающее под определенное требование, и все, суду тут и делать особо нечего. Почему Ильдар Дадин попался первым – я не знаю. Видимо, достаточно активный человек, поскольку события последнего времени показывают, что протестная активность есть, и привлекают к административной ответственности все время одних и тех же людей, наиболее активных, и среди них был Ильдар Дадин. Естественно, Ильдар мечтает об обращении в Европейский суд, которое я ему, естественно, пообещала. Просто в свете тенденций последнего времени эффективность обращения в Европейский суд несколько утратила актуальность».

Статья 212, пункт 1, по которой осужден Ильдар Дадин, появилась в Уголовном кодексе России в 2014 году. Я приведу цитату одного из ее авторов, депутата Госдумы, «единоросса» Александра Сидякина, из интервью порталу «Медуза». «Этого товарища Дадина я на незаконные митинги за руку не приводил. Он умышленно на это шел, понимал, осознавал, провоцировал. Судья наверняка ознакомилась с характеристиками этого человека, учла отягчающие и смягчающие обстоятельства, другие факторы, Чем-то же она руководствовалась. Но Дадин уже неоднократно нарушал закон, значит, с формальной точки зрения является субъектом этого преступления», – заявил автор законопроекта, член партии «Единая Россия» Александр Сидякин.

Анастасия, как вы можете прокомментировать такое заявление от автора этого новшества в Уголовном кодексе?

То есть человека, который бы больше уважал законодательство Российской Федерации, чем Ильдар Дадин, я просто не могу назвать
Анастасия Зотова

Зотова: Я читала высказывание Сидякина полностью, там было сказано много гадостей про Ильдара – что он не уважает закон и законодательную систему и чуть ли не такой же, как представители «Исламского государства». Наверное, мне как журналисту не очень хорошо высказывать слишком резкие оценивающие суждения, но, по моему мнению, Александр Сидякин просто подлец, потому что сказать об Ильдаре, что он не уважает законодательную систему – это просто какой-то нонсенс. Ильдар чуть ли не наизусть знает Конституцию и закон о полиции, сейчас, сидя в СИЗО, изучает (зная его трудолюбие, может быть, заучивает наизусть) Уголовный кодекс и Уголовно-исполнительный кодекс. Когда он выходил на одиночные пикеты, к нему подходили полицейские и пытались его задержать. Ильдар им цитировал закон «О полиции», говоря, что они совершают незаконное задержание, цитировал Конституцию. В суде есть аудиозаписи всех заседаний – там Ильдар всем полицейским цитировал Конституцию, говорил о том, что они не могут лжесвидетельствовать, спрашивал, знают ли они закон «О полиции», устраивал им такие «экзамены». То есть человека, который бы больше уважал законодательство Российской Федерации, чем Ильдар Дадин, я просто не могу назвать. Этот человек выходил на мирные акции протеста, которые разрешены 31 статьей Конституции. Ильдар Дадин знал, что, по законодательству России, Конституция России имеет примат над всеми остальными законами. Если какой-либо закон нарушает Конституцию, то сила его ничтожна. В принципе, который запрещает выходить на акции без согласования, ничтожен, и его необязательно выполнять. Но даже при этом Ильдар Дадин не устраивал массовых акций протеста, он выходил на одиночные пикеты, которые разрешены даже этим драконовским законом. Я могу сказать, что закон Ильдар нарушил только один раз в своей жизни, когда перешел дорогу на красный свет, и был за это оштрафован.

– У нас на связи Марк Гальперин, над которым сейчас тоже нависла достаточно серьезная угроза. Марк, расскажите, пожалуйста, какой у вас сейчас статус, возможно ли повторение с вами истории, которая произошла с Ильдаром Дадиным?

Гальперин: Да, у меня та же статья 212.1, и сейчас, на мой взгляд, власть набирает количество дополнительных эпизодов, хотя у меня и так есть 5, этого достаточно. Буквально за декабрь-январь дважды меня арестовали, дважды вменили дополнительные эпизоды. К чему-то они готовятся.

– Способно ли российское гражданское общество что-либо противопоставить такому ужесточению?

Гальперин: Идем сверху, что называется. На выборах мэра Москвы за Навального проголосовала треть москвичей. Треть москвичей – это было 600 тысяч человек. Если бы все пришли на выборы, то это несколько миллионов из 12 миллионов человек. В принципе, потенциал есть. Конечно, люди сидят на диване и пока ничего не делают. Но пресловутые 90 % (голосов в поддержку мэра Сергея Собянина – КР) – это все-таки накрученный показатель. Второй показатель – в протесте 2011-2012 года люди реально выходили на улицы, порядка 150 тысяч людей было на декабрьских и январских манифестациях. И сейчас мы видим такое ядро, 3 тысячи человек в Москве, которое постоянно борется, несмотря ни на что, выходит на те или иные акции.

Мы будем следить за этой борьбой. Я бы хотел напомнить крымчанам, что даже за участие в согласованной акции протеста и одиночном пикете вас могут забрать в отделение полиции. Перед эфиром мы связывались с известным в Крыму казаком Анатолием Маретой, которого уже оштрафовали на 10 тысяч рублей за участие в несанкционированной акции в поддержку действий Путина. Берегите себя.

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG