Доступность ссылки

Кому в Крыму стало лучше жить?


Крым

Что хорошего произошло в Крыму за последние два года и кому там стало жить лучше? Об этом говорим с главой общественной организации «Чистый берег. Крым» Владимиром Гарначуком и крымским политологом, переехавшим на материковую Украину, Александром Старишем.

Радио Крым.Реалии/ Кому в «российском Крыму» жить хорошо
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:21:46 0:00

Причиной темы эфира стали письма и звонки радиослушатиелей. Они были очень разными: и жалобы на нелегкую жизнь, и обвинения в том, что мы предвзято подаем информацию. Но мы ничего не приукрашиваем и не драматизируем, поэтому прямо сейчас послушаем фрагменты ваших звонков.

КРЫМЧАНЕ ГОВОРЯТ

Сразу оно было неплохо, казалось бы. Цены были намного ниже… Но сейчас очень тяжело. Цены растут ежедневно, ежечасно. Идешь в магазин – тысяча рублей, а идешь с торбочкой маленькой.

Чтобы вы хоть иногда, хоть как-то говорили и о другой стороне медали. Ну нельзя так, понимаете. Вас очень мало слушают в Крыму – им даже не интересно. Несколько месяцев назад я спрашивал – ну да, иногда послушиваем. А сейчас – ну все в одну сторону. Человек сейчас живет в мире – это самое главное.

Многие пенсионеры в Евпатории выходят на рынок торговать, продавать имущество. Хоть какие-то копейки зарабатывать, чтоб выжить. Они обещали золотые горы нам, мол, будем, как в Арабских Эмиратах… Где это? Цены большие, на тысячу рублей ничего не купишь.

Оттого, что в небе летают вертолеты, самолеты России, Крым не страдает. Наоборот – нас самолеты России оберегают. Так что не надо нести всякую чушь. Меньше болтайте! Это вы – изгнанники, это вы – неудачники. Вас гнали из России, вас гнали из Крыма, и вы теперь несете тюльку из Киева.

Прекращайте свою глупую пропаганду американскую. Даже смешно слушать, что вы там несете. Я просто иногда попадаю на вас, и просто противна однобокость ваша.

Вот такие у нас разные радиослушатели. А сейчас предлагаю послушать комментарий депутата подконтрольного России парламента Крыма Сергея Шувайникова о том, что положительного произошло на полуострове.

Сергей Шувайников
Сергей Шувайников

Сергей Шувайников: Положительное – это политическая перспектива, политическая стабильность. Положительное – это стабильность в межнациональных отношениях. Это то, что сегодня социальная защита для наших пенсионеров гарантирована государством, и нет никаких перекосов. Положительно то, что удается решать сложнейшие проблемы с участием государственной и федеральной власти: это и блекаут энергетической независимости, и транспорт… Строительство дорог, строительство моста через Керченский пролив. Положительное – то, что у людей при всех недоработках, недостатках, которые сейчас существуют, есть позитив, они оптимистично настроены на будущее. Положительно то, что мы верим, что в любой момент в тяжелейшей ситуации нам поможет руководство России.

С нами на связи глава общественной организации «Чистый берег. Крым», активист Владимир Гарначук и Александр Стариш – политолог, который переехал на материковую часть Украины. Владимир, первый вопрос к вам: Сергей Шувайников сказал, что главное, что у людей есть позитив. По вашему мнению, есть ли он? И что вообще хорошего произошло за два года?

Владимир Гарначук
Владимир Гарначук

Гарначук: В принципе, я согласен с Сергеем в том, что в Крыму сейчас установилась стабильность, но мне очень печально видеть, что эта стабильность постепенно превращается в застой брежневского оттенка. И здесь как раз важно говорить о том, что чиновники, получившие власть в Крыму, фактически стали плевать на крымчан. Это выливается в виде публичных протестов против происходящего в Крыму. Люди задают вопрос: если в Украине была коррупция, разграбление прибрежных земель, закрывали доступ к пляжам, к морю, то что изменилось сейчас? Если мы посмотрим без эмоций, то я вам отвечу – ничего не изменилось. Поэтому это вызывает, конечно, недовольство людей. И они, конечно, задают эти вопросы сначала местным чиновникам, которые делают вид, что ничего происходит. Потом идут на более высокий уровень, и когда уже приходят письма, например, в администрацию президента, оттуда они опять спускаются на региональный уровень, но мер никаких не принимается, то это, конечно, раздражает. Из положительного – люди чувствуют себя дома, это подавляющее число крымчан ощущает. Но недоумение вызывает у людей кадровая политика, которая проводится федеральными властями в Крыму – это неоспоримый факт.

Что должно произойти с кадровой политикой, по вашему мнению? Должен изменится принцип формирования власти? В чем конкретно проблема?

Проблема в консервативной политике президента, которая очень неохотно расстается с назначенцами, которые стали у руля крымской власти
Владимир Гарначук

Гарначук: Проблема в консервативной политике президента, которая очень неохотно расстается с назначенцами, которые стали у руля крымской власти. Это, конечно, господин Меняйло, господин Аксенов, Константинов и Белавенцев – основные фигуранты, которые зависят от воли президента. И как раз ощущение этих людей, что их в любой ситуации прикроют, конечно, порождает проблемы. Когда люди понимают, что у них нет конкуренции, они не отвечают перед крымчанами… Они же прямо говорят, что у них есть руководитель, и перед ним они отвечают. Но извините, пожалуйста, а перед крымчанами отвечать что, не надо? Я считаю, что причина именно в этом – что федеральная власть пустила ситуацию на самотек, боясь, что ее обвинят в том, что неэффективные управленцы в Крыму развалили дело. Украина, я так понимаю, тоже очень внимательно следит за происходящим в Крыму… Но ничего не происходит, к сожалению, никаких кадровых изменений. Те люди, которые были, сменили значки с «Партии регионов» на «Единую Россию», портреты Януковича на стене поменяли на Путина – вот и все изменения, которые произошли в Крыму.

Как вы думаете, почему именно так произошло? Почему не очистили власть, как этого ожидали крымчане?

Гарначук: Я наблюдал это все изнутри, когда это происходило. Это было одним из основных запросов людей – полная смена региональной власти. Все прекрасно понимают, что эти товарищи ничего не умеют делать кроме того, как воровать. Этого не произошло по одной простой причине: на момент перехода Крыма в Россию федеральные власти просто-напросто боялись бунта региональной элиты. Поэтому была выбрана консервативная модель – грубо говоря, меняем вашу лояльность на посты в новой власти. Но теперь-то бунт региональной элиты, наверное, не страшен.

Почему сейчас это не меняется?

Гарначук: Надо смотреть в динамике событий. На момент вхождения в Россию была очень неустойчивая ситуация, и очень боялись как раз противодействия и саботажа со стороны региональной элиты. На тот момент не было такой милитаризации, правоохранительная система превратилась в кисель… Помните, что происходило на Украине на Майдане и на Донбассе – органы были деморализованы настолько, что не могли выполнять свой функционал. То же самое было в Крыму, не надо об этом забывать. Да, сейчас более жесткая вертикаль, но при этом, еще раз говорю, президент просто не хочет менять руководителей. Многие должны были уйти со своих постов, но их держат, потому что считается, что они имеют заслуги перед Россией в виде возврата Крыма.

Александр, а как вы думаете, что хорошего произошло в Крыму? И что вы можете сказать о проблеме несменяемости власти в Крыму, о которой говорил Владимир? Как она может разрешиться?

Александр Стариш
Александр Стариш

Стариш: Я думаю, что с действующим президентом России едва ли эта «элита» изменится. Почему? Потому что была конкретная договоренность между конкретными людьми, которые незадолго до этого принимали присягу на верность Украине и потом вдруг, фактически, совершили предательство. Именно на таких и была сделана ставка Кремля. Поэтому ожидаемой ротации… Я вообще не очень понимаю, кто этой ротации ожидал? Может быть, небольшая прослойка местной интеллигенции, потому что основная масса населения вообще была не в курсе – они все узнавали постфактум. Понятие «демократические выборы» и нынешний московский режим не очень между собой сообщаются. Фактически 15-16 лет у власти один и тот же человек, правит одна партия. Они не настроены на смену ни региональных, ни национальных элит.

И все-таки, главный вопрос нашего эфира: что хорошего произошло в Крыму за последние два года?

Стариш: Я думаю, что вопрос не очень корректный. Что брать за систему координат, за точку отсчета?

Качество жизни. Стало крымчанам лучше жить?

Стариш: Если брать подушевой доход, то, может быть, стало и светлее. Но если брать основные ценности – свободу личности, гражданина, общества, то тут даже обсуждать нечего, в этом плане Украина намного дальше ушла от России…

Мы видели, что недавно происходило в Алуште – задержание депутата и участников встречи. Не помню, чтобы такое раньше было. А в целом, это же не только подушевой доход, это еще и медицинское обслуживание...

Почему в Крыму так много сталинистов? Да потому что они сами из этой системы, эти пенсионеры. Они в ней выросли, сформировались, в ней же и ушли на пенсию. У них уже выросли дети и внуки, поэтому эти идеи разделяют очень многие
Александр Стариш

Стариш: Если брать денежное довольствие и если учесть специфику Крыма – больше трети населения – пенсионеры, причем речь идет не о рядовых пенсионерах типа учителей, инженеров, дворников. Это была советская номенклатура, то есть все силовые ведомства во главе с руководящей КПСС. Почему в Крыму так много сталинистов? Да потому что они сами из этой системы, эти пенсионеры. Они в ней выросли, сформировались, в ней же и ушли на пенсию. У них уже выросли дети и внуки, поэтому эти идеи разделяют очень многие, к сожалению. Многие исповедуют именно тоталитарную систему управления, их все устраивает. Они как раз ждали этой самой жесткой руки, уповая, что она наведет порядок среди крымских чиновников-коррупционеров. Но оказалось, что ничего не меняется, ведь механизм изменений состоит в свободе выбора. А этой свободы Кремль даль не может никак, даже в России.

А сейчас предлагаю послушать мнение другого политолога – Андрей Самброса. Он остается на территории полуострова. Мы спросили у него, что же положительного произошло в Крыму за последние два года.

Андрей Самброс: Началась реализация нескольких инфраструктурных проектов. Если рассматривать российский политический проект Крыма, то их можно оценивать, конечно, в коллективном свете. В первую очередь нужно сказать о реализации электрического моста и о том, что начались мероприятия федеральной целевой программы. Это связано с реализацией ремонтных работ, многочисленных реконструкций в учебных заведениях, больницах…

Кому стало жить хорошо, а кому стало жить плохо? Силовики и военные стали себя чувствовать гораздо лучше, бюджетники – частично или временно, сейчас сложно об этом судить. Для предпринимателей жизнь однозначно усложнилась, но не в финансовом измерении, а в том, что им пришлось переходить на совершенно другие рельсы, в первую очередь – законодательные, и привыкать работать в новой стране. Кому еще стало хуже жить? Наверное, всем, кто так или иначе участвовал в политической жизни Украины в Крыму, кто как-то связывал свое будущее с так называемыми свободными профессиями, которые требуют открытости границ, кто хотел реализовать свой продукт в сфере информационных услуг и так далее.

Все собеседники говорят о том, что свободы в Крыму стало меньше. Оправдывается ли здесь выражение, что без свободы слова и обещанной колбасы дешевой не будет? Владимир, как вы думаете?

Гарначук: Я думаю, что экономика и свобода очень взаимосвязаны в современных обществах. Мы не говорим об архаичных обществах, где был монарх, который решал все вопросы. Но в современном обществе свобода является необходимым элементом для реализации прав личности и бизнеса в первую очередь. В России я с этим наблюдаю большие проблемы. Мы видим, что затыкается рот любой оппозиции, которая задает вопрос о том, каким образом распределяются деньги и ресурсы страны, почему они появляются в карманах элиты, и при этом нет никаких расследований. Крым является лакмусовой бумагой, а проблемы, которые были при Украине, сейчас стали намного более выпуклыми. К тому же чиновники, которые не привыкли работать в российском правовом поле, да еще и с низкой квалификацией, просто не могут и не умеют работать с российским законодательством. Поэтому свобода здесь обязательно нужна, она позволяет проводить не отрицательный отбор, а нормальный естественный отбор кадров. Только такой путь, мне кажется, приведет к успеху.

Александр, а вам как кажется, возможно ли благосостояние общества без гарантированных свобод?

Стариш: Я думаю, коллега из Крыма дал очень четкий в этом плане ответ. Конечно, это напрямую взаимосвязанные феномены, и ожидать тут каких-то улучшений просто оснований никаких нет. Единственное, что я хочу в этой ситуации подчеркнуть: когда кандидат экономических наук, лидер России принимал решение об оккупации Крыма, он как-то то ли сознательно, то ли его эксперты подвели, но он выпустил из поля зрения тот факт, что Россия – это очень жесткая тоталитарная система в плане управления государством, она на момент оккупации очень зависела от импорта продуктов. Поэтому не ожидали санкций якобы, но эта недалекость аналитиков, которые помогали главнокомандующему принять такое решение, принесла сейчас вот такие плоды… Я постоянно общаюсь с крымчанами, буквально пару дней назад встречались с человеком, который приехал из Крыма. И он говорит, что процентов 75-80 людей, которые приходят на рынок, спрашивают: чье производство? Сперва ищут украинское, потом белорусское, а потом уже российское...

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG