Доступность ссылки

В карцер за родной язык: новые испытания для симферопольских мусульман


Фигуранта «дела симферопольских мусульман» Теймура Абдуллаева отправили в карцер симферопольского СИЗО. Как утверждает сам заключенный, его наказали за то, что он попытался отправить письмо семье на крымскотатарском языке. Родственники и защита крымчанина считают, что подобные меры являются нарушением законодательства и дискриминацией.

Теймур Абдуллаев утверждает, что 22 марта его отправили в карцер на пять дней. В самом симферопольском СИЗО он находится почти полгода: 12 октября 2016 года бойцы ОМОНа и ФСБ ворвались с обыском в дом Абдуллаева, расположенный в симферопольском селе Строгоновка, после чего увезли его.

Теймур Абдуллаев
Теймур Абдуллаев

Следователи подозревают его в участии в организации «Хизб ут-Тахрир», которая в России признана террористической. Тогда по этому делу также арестовали родного брата Теймура – Узеира Абдуллаева, их соседа Айдера Салединова и жителей микрорайона Каменка Эмиля Джамаденова и Рустема Исмаилова. Крымскотатарские активисты называют эту группу фигурантов «дела крымских мусульман» «симферопольской пятеркой».

Теймур и Узеир – профессиональные спортсмены, и до ареста работали тренерами по боевым искусствам в симферопольских спортивных клубах. Оба они родились в Азербайджане, а в Крым переехали в 1996 году.

Фотографии из семейного архива Абдуллаевых. Теймур и Алиме в кимоно, мужчина показывает супруге основы борьбы
Фотографии из семейного архива Абдуллаевых. Теймур и Алиме в кимоно, мужчина показывает супруге основы борьбы

Без связи с внешним миром

О причинах помещения Теймура Абдуллаева стало известно 24 марта. В этот день в Верховном суде Крыма, подконтрольном России, должна была рассматриваться апелляционная жалоба «симферопольской пятерки» на продление ареста. Само заседание не состоялось. Двое фигурантов дела подали ходатайство на перенос рассмотрения апелляции, поскольку к ним не смогли приехать адвокаты.

«Во-первых, все ребята были оповещены не вовремя. Им буквально в этот же день вручили повестки о судебном заседании. Во-вторых, двоих адвокатов по соглашению не было, были адвокаты по назначению. Ребята не захотели работать с этими адвокатами, и сказали, что требуют адвокатов, с которыми у них заключены соглашения», – сказал адвокат Эмиль Курбединов, который представляет интересы Теймура Абдуллаева.​

В карцер за письмо родным на крымскотатарском языке (видео)
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:01:23 0:00

Рассмотрение апелляционной жалобы перенесли на 27 марта. Защита низко оценивает шансы на ее удовлетворение: по их мнению, симферопольских мусульман оставят под стражей с вероятностью 99,9 процента.

До начала заседания 24 марта Теймуру Абдуллаеву по видеосвязи из СИЗО удалось рассказать адвокату о помещении в карцер. По его словам, он оказался в одиночной камере, так как у него нашли письмо семье, написаное на крымскотатарском языке.

Они сказали, что письма должны быть только на русском языке
Эмиль Курбединов

«Теймур наполовину азербайджанец, наполовину крымский татарин, и написал письмо на двух родных языках. Они нашли его при обыске, забрали. Он потребовал его обратно, на что они сказали, что он не имеет права писать не на русском языке – письма должны быть только на русском. И потом все это переросло в карцер, куда его поместили на пять суток», – рассказал адвокат Эмиль Курбединов.

По его словам, карцер в симферопольском СИЗО – это небольшое помещение площадью два квадратных метра. В нем находится кровать на цепях, которая с 6-ти утра до 22-х часов поднимается тюремщиками так, что заключенный не может ее опустить и пользоваться. Соответственно, весь день ему приходится проводить стоя или сидя на корточках. «Одиночка» находится на нижних этажах, где, по словам Курбединова, сыро и холодно, а пол – бетонный.

В карцере ты просто стоишь в комнате «два на два», у тебя нет абсолютно никакой связи с внешним миром
Эмиль Курбединов

«В карцере ты просто стоишь в комнате «два на два», у тебя нет абсолютно никакой связи с внешним миром. Ты не можешь ни прилечь, ни присесть, тебе не передают книги, полностью отрезают от информации. Это, конечно, очень тяжело именно психологически, не говоря о том, что заболеть там – это две минуты», – сказал Курбединов.

Адвокат говорит, что намерен обжаловать решение о помещении его подопечного в карцер. Он уже подал запрос в руководство СИЗО, в котором просит разъяснить, на основании чего Теймура Абдуллаева отправили в одиночную камеру. Однако Курбединов сомневается, что в ответе ему укажут настоящую причину. Адвокат предполагает, что администрация сошлется на какое-либо другое нарушение правил поведения арестантов.

«Я уверен, что все было так, как рассказал Абдуллаев. За свою практику я часто сталкиваюсь с подобными инцидентами. Когда мы присутствуем на допросах, я начинаю разговаривать со своими подзащитными на крымскотатарском языке, но меня жестко пресекают, и говорят, чтобы мы общались только на русском. Связывают это с безопасностью – чтобы мы не говорили о побеге. То есть такие бредовые надуманные основания!» – заявил адвокат.

Адвокат Эмиль Курбединов
Адвокат Эмиль Курбединов

Общение с женой на языке жестов

Супруга Теймура – Алиме Абдуллаева – возмущена и обеспокоена тем, что ее мужа поместили в карцер.

«Почему нельзя писать на своем родном языке? Тем более, он писал семье – родным, близким. Знаете, у меня в голове не укладывается, что за это человека можно в карцер посадить. Что, получается, и общение запрещено на родном языке?» – сказала Алиме.

Алиме Абдуллаева держит на руках дочь Асму
Алиме Абдуллаева держит на руках дочь Асму

По ее словам, за полгода, которые Теймур провел под арестом, от него не пришло ни одного письма. Следователь трижды отказывал Алиме в праве на свидание с супругой, и недавно она направила письмо с просьбой о встрече в четвертый в четвертый раз. Полноценно пообщаться им не удается даже в суде, когда Абдуллаева привозят в зал заседаний.

Мне не разрешают подойти к «клетке», чтобы поговорить с ним. Нам приходится общаться только жестами
Алиме Абдуллаева

«Мне не разрешают подойти к «клетке», чтобы поговорить с ним. Нам приходится общаться только жестами. Я ему показываю, что у нас дома все нормально. Жестами я у него в прошлый раз спросила, нигде ли у него не болит – потому что он похудел. Он тоже жестами показал, что у него все нормально. Вот такой у нас с ним был разговор», – сказала Алиме.

У остальных фигурантов дела похожая ситуация: они также практически лишены возможности поддерживать связь с родственниками. Например, брату Теймура – Узеиру Абдуллаеву – не дают увидеться с детьми, которые, по словам его супруги, очень скучают по отцу.

«На прошлое заседание я взяла с собой детей в надежде на то, что судья пустит их. Но, естественно, их не пустили. В перерыве они хотели зайти посмотреть на отца. Конвоиры их выгоняли. И когда дочка хотела дотянуться к отцу через решетку, конвоир ударил ее по руке», – рассказала жена Узеира, Фера Абдуллаева.

Фера Абдуллаева и ее восьмилетняя дочь Тасним
Фера Абдуллаева и ее восьмилетняя дочь Тасним

Помещение в карцер – это не единственный случай, когда российские силовики применяют давление по отношению к «симферопольской пятерке». Теймур Абдуллаев жаловался на то, что к ним применяют насилие во время доставки на следственные действия. В своем заявлении он написал, что бойцы спецотряда ФСБ закидывали их в автобус, там закрывали лицо шапкой, так что ничего не было видно, заковывали в наручники и помещали под сидениями. По словам адвоката Эмиля Курбединова, в ответ на жалобы на подобное обращение Теймур получил «отписки», в которых говорилось, что нарушения не выявлены.

Еще два фигуранта «дела симферопольских мусульман» – Рустем Исмаилов и Айдер Салединов – успели побывать в психиатрической больнице. Их поместили туда для прохождения принудительной экспертизы. Защита «симферопольской пятерки» заявляет, что на это следователи ФСБ также не имели никаких законных оснований.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG