Доступность ссылки

Специально для Крым.Реалии

Первая волна публикаций и выступлений не последних в Украине публичных персон о том, что целесообразно бы отказаться («на длительный срок», «надолго») от Крыма и на этой основе выстраивать нормальные отношения с Россией прокатилась на рубеже 2016/17 годов. Тогда ей навстречу поднялась куда более мощная волна возмущенных голосов тех, для кого даже «временный» отказ от украинского суверенитета над Крымским полуостровом недопустим априори, тем более, что, как хорошо известно, нет ничего более постоянного, чем что-то «временное». Классический пример: в октябре 1917 года большевики взяли власть в России «временно», «до созыва Учредительного собрания». А когда это собрание было в конце концов созвано, то большевики разогнали его и больше никогда не вспоминали о «временном» характере своего правления...

Казалось бы, все точки над «і» расставлены, нецелесообразность и опасность даже «временного» отказа Украины от Крыма доказана, дискуссия закончена. Однако в последнее время в СМИ вновь зазвучали знакомые нотки. Причем в несколько более изысканном «идейно-теоретическом» обрамлении. Мол, Крым в его нынешнем социально-экономическом положении, в которое он попал вследствие оккупации, станет «тяжелым бременем» на шее украинского государства в случае установления контроля над полуостровом, и этот «груз» сделает невозможным успех реформ и рост украинской экономики. Поэтому стоит «избавиться от этого бремени», использовав ресурсы на повышение уровня благосостояния рядовых украинцев. В дополнение, нормализация отношений с Россией после признания принадлежности последней Крыма также сработает на подъем этого благосостояния. Есть и другой вариант: мол, стоит передать Крымский полуостров в той или иной форме под международный контроль. Мол, пусть живет и развивается под протекторатом нескольких черноморских и нечерноморских государств, если в нем будут гарантированы определенные права украинского государства и его граждан.

Я далек от того, чтобы считать всех тех, кто выражает такие и похожие на такие идеи, «агентами Путина» и «пятой колонной». Нет сомнения, что часть этих публичных лиц искренне считает, что заботится об интересах украинского народа. Только вот странность: эта «истинная забота» удивительным образом совпала по времени с громкими заявлениями некоторых украинских журналистов и нардепов с четко выраженной политической ориентацией относительно того, что «пора заканчивать гражданскую войну на Донбассе». И некоторые аргументы откровенных коллаборационистов совпадали с аргументами «истинных болельщиков за судьбу украинцев»: мол, следует как можно скорее признать реалии, помириться с Л/ДНР, признать их особый статус как внутри Украины, так и на международной арене ‒ и сосредоточиться на подъеме благосостояния рядовых граждан. Конечно, немедленно «помирившись с Россией». Потому что без дружбы и тесного сотрудничества с последней Украине мало не покажется...

Поэтому, прежде всего именно этот аргумент, который может найти широкий общественный отклик, ‒ о резком росте благосостояния рядовых украинцев вследствие «отказа от крымского бремени» ‒ и обусловливает потребность во всестороннем анализе плюсов и минусов такого шага, идею необходимости которого уже невозможно игнорировать, ведь она брошена в информационное пространство Украины.

Автор этих строк не претендует на полноту такого анализа, однако все же попытается хотя бы эскизно очертить главное, прежде всего, о том, что может считаться плюсом или выглядеть таковым в чьих-то глазах.

О том, что Украина, отказавшись от Крыма, освобождается от расходов на его восстановление после ухода оккупантов, я уже писал. А расходы эти будут очень и очень большими ‒ десятки миллиардов долларов. И далеко не сразу вложенные средства начнут давать экономическую отдачу. Кроме того, при отказе от Крыма не нужно будет восстанавливать военно-морские базы в Севастополе, Донузлаве и других точках, военные аэродромы, танкодромы, полигоны, города и тому подобное. Это тоже многомиллиардные расходы. Экономия? Да. Можно будет охотно тратить эти средства на развитие украинской инфраструктуры, на инвестиционные проекты, на повышение социальных стандартов... Тем более, что в обмен на «отказ от Крыма», в какой бы форме он ни был, можно содрать с Путина определенную денежную компенсацию ‒ в 2014 году он предлагал, если не ошибаюсь, «аж» миллиард долларов, но, если поторговаться, то можно получить и больше, чтобы хоть как-то компенсировать потерянное в Крыму имущество «живыми» деньгами. Ну, а если еще и учесть возможности для деятельности бизнесменов Украины на полуострове, если поставлять туда воду по мировым ценам, если добиться возвращения хотя бы какой-то части объектов отдыха и, главное, если снять преграды в межгосударственной торговле между Украиной и Россией ‒ насколько это ускорит экономический рост, не так ли?

А к тому же (об этом не говорится вслух, но подразумевается) «отказ от крымского бремени» ‒ это и отказ от заботы о крымских татарах, на что тоже нужны средства ‒ и сейчас, и (особенно) в перспективе. Пусть эти деньги ищут в Евросоюзе, Турции или еще где-то ‒ Украина сделала все, что могла, а теперь умывает руки, оставляя лишь моральную поддержку крымчан...

Отказ Украины от Крыма стал бы чрезвычайно опасным прецедентом, подтолкнув влиятельные реваншистские силы в других странах к предъявлению территориальных претензий и попыткам откровенной аннексии чужих территорий

Но все эти и другие выгоды перечеркиваются по меньшей мере тремя негативными факторами. Первый. Украина «избавлением от бремени» легитимизировала бы последствия первой в Европе после предыдущей мировой войны вооруженной аннексии чужой территории. Напомню, даже «большая Сербия» Милошевича в 1990-х годах не решилась аннексировать захваченные сербскими «зелеными человечками» части территории Хорватии и Боснии и Герцеговины, так же, как и Россия ‒ ни при Ельцине, ни при Путине ‒ не включила в свой состав полностью подконтрольные ей Абхазию и Южную Осетию. В этом смысле Крым стал бы чрезвычайно опасным прецедентом, подтолкнув влиятельные реваншистские силы в других странах к предъявлению территориальных претензий и попыткам откровенной аннексии чужих территорий. В условиях нынешнего кризиса Евросоюза и отсутствия действительно эффективных механизмов безопасности это могло бы иметь трагические последствия, в том числе и для Украины, поскольку желающих «откусить» кусок ее территории хватает не только на Востоке, но и на Западе.

Второй фактор ‒ потеря доверия со стороны западных партнеров, которые, хотя и не слишком охотно (потому что невыгодно в экономическом смысле), но наложили на Россию санкции и каждый раз продолжают их на следующий период. Нечего и говорить, к каким собственно катастрофическим последствиям для украинской экономики может привести потеря такого доверия, и без того не слишком большого в силу очень высокого уровня коррупции в Украине и неэффективности ее властных структур. На Западе, возможно, были бы рады уже отказаться от санкций, но там прекрасно понимают вес первого фактора. Если же Украина добровольно «сдаст» Крымский полуостров, то на Западе потихоньку выругаются, свернут санкции и начнут искать другие механизмы сдерживания российских аппетитов, которые непременно вырастут, ведь Путин в глазах 90% подданных и в своих собственных будет выглядеть суперменом, который победил всех. И, кстати, если Путину через какое-то время захочется присоединить еще Одессу и Харьков, что сможет противопоставить этому украинское государство, которое по собственной воле лишилось союзников и партнеров?

Следствием отказа от Крыма станет практически полная потеря действующей властью общественной поддержки, радикализация части патриотического лагеря, который поведет борьбу не столько против российской агрессии на востоке Украины, сколько против центральной власти в Киеве

Наконец, третий фактор ‒ деморализация. Нужно ли пространно объяснять, что означал бы «отказ от крымского бремени» для миллионов и миллионов патриотически настроенных украинских граждан? И особенно ‒ для граждан крымскотатарского происхождения, которые вынуждены были в прошлые годы выехать из Крыма? Если же прибегнуть к описанию в виде нескольких слов, то эти слова будут такими: разочарование и расслоение патриотического лагеря, подъем и мобилизация лагеря сторонников Путина в Украине. При любых обстоятельствах следствием станет практически полная потеря действующей властью общественной поддержки, радикализация части патриотического лагеря, который поведет борьбу не столько против российской агрессии на востоке Украины, сколько против центральной власти в Киеве, консолидация капитулянтов, коллаборационистов и откровенной «пятой колонны» с реальными шансами на победу как на парламентских, так и на президентских выборах, не говоря уже о завоевании большинства городских и областных советов юга и востока Украины ‒ с большой вероятностью новой попытки создания «Новороссии» или даже начала формирования только что провозглашенной «Малороссии». А это ‒ война, масштабы которой непременно оказываются куда больше нынешних. Нечего и говорить, какими станут ее последствия для украинской экономики и благосостояния населения...

Формула «Крым с Украиной, Крым в Украине» является одновременно полноценной и полноправной формулой украинской независимости

Получается, что в политике и экономике чисто тактические выгоды оказываются мнимыми, если они не основываются на стратегических расчетах, и именно стратегия ведет за собой тактику, а не наоборот. Что же касается Крыма, то формула «Крым с Украиной, Крым в Украине» является одновременно полноценной и полноправной формулой украинской независимости.

Сергей Грабовский, кандидат философских наук, член Ассоциации украинских писателей

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG