После аннексии в Крыму пропали без вести 44 гражданина Украины. По словам украинских правозащитников, к исчезновению 38 из них имеют отношение нынешние власти полуострова. 17 пропавших освободили, двоих осудили, а еще шестерых нашли мертвыми. Большинство исчезнувших – крымские татары. Правозащитники подчеркивают, что по факту исчезновения украинских граждан прокуратура Крыма открыла 4 уголовных производства, а Национальная полиция Украины – 42.
Координатор Крымской контактной группы по правам человека Абдурешит Джеппаров отмечает, что даже в условиях молчания российских СМИ и бездействия следователей исчезновения людей вызывают интерес крымчан.
– Буквально на днях в одном из магазинов Симферополя ко мне подошел продавец-крымский татарин и стал расспрашивать про исчезновения. Эта проблема, конечно, для людей актуальна, они интересуются. Пусть после исчезновения Эрвина Ибрагимова прошло больше года, а в случае с другими ребятами – еще больше, интерес к их судьбам остается. При этом добиться чего-то от российских силовиков, которые должны расследовать эти случаи, не получается никак. С тех пор, как пропали мой сын и племянник, прошло уже три года. Мы обращались во все инстанции, но дело не продвинулось ни на шаг. Нам очень помогают российские правозащитники, у которых есть огромный опыт поиска людей на Кавказе.
Исчезнувшие: антология пропавших активистов в Крыму (фотогалерея)
При том Абдурешит Джеппаров считает, что в аннексированном Крыму до сих пор сохраняется опасность насильственных похищений.
Когда одни похищения сходят с рук, обязательно последуют новые. Нужна максимальная огласка, в том числе посты в соцсетяхАбдурешит Джеппаров
– Если кто-то думает, что можно тихо пересидеть, никуда не обращаться, не привлекать к себе внимание российских властей – это не так. Когда одни похищения сходят с рук из-за молчания, то обязательно последуют новые. Есть одна семья в Крыму, которую преследовали сотрудники ФСБ. Люди долго никуда не сообщали, надеялись, что от них отстанут. Но это произошло только после того, как семья обратилась к правозащитникам. По своему опыту я знаю, что нужна максимальная огласка, в том числе посты в соцсетях. Работа российской полиции меняется на глазах, когда они чувствуют публичность.
#Где_Эрвин: акция к годовщине похищения крымчанина Ибрагимова (фотогалерея)
Начальник отдела расследований прокуратуры АР Крым Максим Прокопов заявляет, что россияне ответят за преступления в Крыму.
По фактам убийств и похищений в Крыму есть 29 уголовных производств и 38 потерпевшихМаксим Прокопов
– То, что наши сотрудники не могут физически работать на территории аннексированного Крыма, не мешает нам открывать и вести дела по преступлениям России на полуострове. По фактам убийств и похищений есть 29 уголовных производств и 38 потерпевших. Это 115-я статья Уголовного кодекса Украины, то есть «умышленное убийство» – его предполагают во всех случаях исчезновения людей, пока не доказано обратное. При этом мы не можем никак сотрудничать с российскими следователями, так как Украина принципиально не признает юрисдикцию России в Крыму.
Член Крымской правозащитной группы Александр Седов подчеркивает, что действенным может быть только международное осуждение действий России в Крыму.
Украина должна постоянно озвучивать имена пропавших и ответственных – и подавать эти списки в международные организацииАлександр Седов
– Украина должна постоянно озвучивать имена пропавших и – предположительно – ответственных за исчезновение, подавать эти списки в международные организации. Российские силовики в Крыму не заинтересованы в поиске исчезнувших, поскольку за ряд случаев, по нашему мнению, несет ответственность так называемая «крымская самооборона». Эти люди максимум проходят по делам как свидетели, которые видели пропавших без вести последними, но отрицают свою причастность – а следователи и рады им верить. Помочь тут может только давление на Россию извне.
(Над текстовой версией материала работал Владислав Ленцев)
