Доступность ссылки

Крымское ханство. Сожжение Бахчисарая


(Продолжение, предыдущая часть здесь)

Истории Крымского ханства не повезло дважды: в Российской империи ее писали преимущественно в черных красках, а в Советском Союзе вообще попытались забыть. Да и жители современной Украины, чего скрывать, по большей части находятся в плену российских мифов и заблуждений о крымских татарах. Чтобы хоть немного исправить ситуацию, Крым.Реалии подготовили цикл публикаций о прошлом Крымского ханства и его взаимоотношениях с Украиной.

Возвращение запорожских казаков из пределов Крымского ханства обратно в подданство России, на чем мы закончили наш предыдущий разговор, стало прологом в очередной русско-турецкой войне, протекавшей с 1735 по 1739 год. И в ее ходе произошло событие, о котором столетиями мечтали в Москве и Петербурге – в 1736 году фельдмаршал Бурхард Миних вошел в Крым и взял Бахчисарай. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этой кампании – почему Миниху удалось то, чего не смог ни один из его предшественников, и насколько ощутимым стал этот удар для самого Крыма?

Да, в 1736 году произошло весьма знаковое событие: русские войска впервые в истории смогли проникнуть на территорию Крымского полуострова, и не просто проникнуть, но и дотла разорить эту территорию. Говоря о причинах такой их неожиданной эффективности, следует учесть, что дело происходило в 1730-ых годах – то есть, уже после петровских реформ, когда Россия полностью реорганизовала свою армию по европейскому образцу, когда на средних и высших командных уровнях этой армии уже стояли европейские командиры – как, например, командующий крымским походом 1736 года, немец из знатного баварского рода, Бурхард Кристоф Миних, или, к примеру, руководитель следующего похода на Крым, шотландец Питер Лейси, более известный как Петр Ласси.

Неспособность дореформенной русской армии вести наступательные действия в отношении Крыма ярко проявилась на примере провальных походов Василия Голицына 1687 и 1689 годов. Но теперь, после Петра I, вооружившись передовым опытом европейской военной науки и воспользовавшись услугами опытных европейских кадров, армия Российской империи стала несравнимо более грозным и опасным противником для Крымского ханства, чем когда бы то ни было ранее.

Вооружившись передовым опытом европейской военной науки и воспользовавшись услугами опытных европейских кадров, армия Российской империи стала несравнимо более грозным и опасным противником для Крымского ханства

И если на старте, в XV веке, военные силы Крыма и Московии были где-то примерно на одном уровне (если даже не с превосходством Крыма), то к концу XVI века в этой гонке вооружений уже начали проявляться первые признаки превосходства русских – как, например, в обороне Москвы 1594 года, уже тогда весьма активно русские задействовали, снова-таки, европейское огнестрельное оружие. В XVII веке этот разрыв между уровнем вооружений и организации войск двух стран постепенно становился все более очевиден, и лишь уникальное географическое расположение Крыма все еще служило, как встарь, его защитой от серьезных поползновений со стороны Московского царства. Но теперь, в XVIII веке, уровень военной мощи Крымского ханства и Российской империи стал попросту несопоставим. И единственной силой в регионе, способною сражаться с русскими на равных, теперь осталась лишь Турция.

И, соответственно, отныне безопасность Крыма стала целиком и полностью зависеть от того, насколько Турция готова воевать с Россией ради защиты Крыма. Эта зависимость отчетливо проявилась в событиях 1736-39 годов.

Когда в 1735 году Россия решила возобновить наступление на юг, временно приостановленное неудачей Прутского похода Петра I, то первая ее атака на Крым под началом генерала Леонтьева не принесла успеха. Тогда-то на следующий год вместо Леонтьева к делу и привлекли Миниха – командира умелого и опытного.

В 1736 году Миних повел с собой на Крым большую армию числом около 60 тысяч человек. И хотя хан Каплан I Герай мог выставить против нее даже большие по численности силы, имелась существенная разница: Миних имел в своем распоряжении мощную артиллерию, тогда как у хана собственной артиллерии не было, ее мог предоставить только османский султан. А султан как раз и не спешил помогать хану, потому что крайне не желал ввязываться в войну с Петербургом и хотел любой ценой сохранить с Россией мир.

Миних имел в своем распоряжении мощную артиллерию, тогда как у хана собственной артиллерии не было, ее мог предоставить только османский султан. А султан как раз и не спешил помогать хану

Разумеется, в Стамбуле звучали разные взгляды по этому вопросу, и, конечно, там во множестве имелись сторонники немедленной помощи Крыму – как, например, командующий османским флотом, личный друг хана, готовый немедленно оказать Каплану I Гераю помощь. Но, наряду с друзьями, хан имел там и недоброжелателей – как, например, тогдашний визирь, который относился к Каплану I Гераю неприязненно и рассчитывал, что противостояние хана с русскими даст, наконец-то, удобный повод, чтобы сместить неугодного крымского правителя с престола. Похоже, визирь просто не рассчитал, что эта вылазка русских войск закончится не просто мелкой стычкой, как это всегда бывало раньше, а повлечет за собой катастрофические последствия для полуострова.

Так или иначе, но османской помощи в Крым не поступило, о чем стамбульское правительство официально и известило хана, рекомендовав ему отразить противника собственными силами.

А без турецкой огневой поддержки крымскому войску оставалось лишь беспомощно отступать перед надвигающейся армией Миниха, лишь отстреливаясь издали из ружей и луков, что, разумеется, не могло нанести противнику существенного урона. А население крымских городов и сел, лежавших на пути русской армии, перед наступлением неприятеля бросало свои дома и разбегалось.

В итоге армия Миниха без особого труда заняла Перекопскую крепость, беспрепятственно вошла в заранее покинутый жителями Гезлев, нынешнюю Евпаторию, и зажгла город. Затем Миних направился к Бахчисараю. Хану, его придворным и жителям города пришлось спешно эвакуироваться из столицы, и армия Миниха, заняв Бахчисарай, предала и этот город огню; причем в этом пожаре практически целиком сгорел Ханский дворец.

Затем российские войска успели разорить и город Ак-Месджит (нынешний Симферополь), но на этом их продвижение по Крыму застопорилось из-за трудностей в снабжении войска пропитанием, а также из-за вспыхнувшей среди солдат эпидемии холеры. Небоевые потери среди войска стали нарастать, и Миних, оценив ситуацию, развернулся обратно и ушел из Крыма.

Иными словами, вопреки своим первоначальным планам, надолго удержаться в Крыму он все-таки не смог.

Восстановление Крымского ханства после неожиданного разгрома русскими войсками продолжалось целых двадцать лет

Что можно сказать о последствиях похода Миниха для Крымского ханства… В результате этого похода западная часть страны была разорена целиком. Крым совершенно не был готов к подобному повороту событий, потому что давно забыл, что это такое – испытывать иностранное вторжение. Ведь последнее подобное вторжение имело место аж за два с лишним века до Миниха, в 1523 году, когда полуостров был разорен ордами заволжских Мангытов и хаджи-тарханского хана. Потому неудивительно, что после двухсот лет покоя страна оказалась совершенно неготовой к нашествию чужеземцев.

Крымские крепости – как например, Гезлевская – были в очень плохом, ветхом состоянии. А Бахчисарай, беспечно построенный в спокойные годы на открытой местности, и вовсе не имел никаких защитных укреплений. И потери были ужасны по масштабам. А восстановление страны после этого неожиданного разгрома продолжалось целых двадцать лет.

Собственно, сами по себе разрушения, постигшие тогда Крым, вовсе не были чем-то невиданным и неслыханным в истории Восточной Европы. В конце концов, ведь не только россияне сожгли Бахчисарай, но и крымцы за 165 лет до того сожгли Москву. Да и полное опустошение обширных сельских территорий – если для Крыма XVIII века это стало невероятным, немыслимым событием, то ведь, к примеру, для Подолья, Галичины или Волыни в XVII веке, такие разорения – из-за все тех же крымцев – были явлением вполне обычным и даже весьма нередким.

Однако, при всей сопоставимости разрушений, их последствия сказались на Крымском ханстве ощутимо сильнее, чем подобные же разрушения сказывались на жизни его соседей. И причиной этому была разница в самих масштабах страны по сравнению с ее соседями.

Вспомните, раньше, обсуждая ордынскую угрозу Крыму, мы заостряли внимание на крайней уязвимости полуострова для внешних вторжений именно из-за его малой территории и густоты заселения, вследствие чего набеги даже сравнительно небольших кочевых армий в конце XV века были способны наносить стране опустошительный ущерб.

Вот, подобный же фактор сыграл свою роль и теперь, в XVIII столетии. Если сравнивать в абсолютных цифрах, то разорению со стороны российской армии в Крыму подверглись территории, значительно уступавшие по площади тем территориям, которые сама крымская армия в XVI и XVII веке с успехом опустошала на украинских территориях.

Однако для Крыма, в отличие от Украины, эта опустошенная россиянами территория составила целых полстраны. А кроме того, на следующий год за разорением западной половины страны, последовало разорение и восточной. И вот в этих обстоятельствах Крымскому ханству пришлось так туго, как, пожалуй, не приходилось еще никогда в его истории.

Продолжение следует.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG