Доступность ссылки

«В пыточных условиях СИЗО». Почему затягивают суды в делах гражданских журналистов из Крыма


Нариман Мемедеминов в суде, октябрь 2019 года

Крымскому блогеру, гражданскому журналисту Нариману Мемедеминову пятый месяц не назначают дату рассмотрения апелляционной жалобы на приговор. Об этом сообщили адвокаты крымчанина. Южный окружной военный суд российского Ростова-на-Дону в октябре прошлого года приговорил Мемедеминова к 2 годам и 6 месяцам лишения свободы в колонии-поселении.

Российские силовики обвиняли гражданского журналиста в участии в запрещенной в России организации «Хизб-ут-Тахрир». Поводом для преследования стали два ролика на YouTube, сделанные еще до 2014 года. Обвинение было предъявлено по части 2 статьи 205 Уголовного кодекса России ​–​ «публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, совершенные с использованием сети Интернет​». Российский правозащитный центр «Мемориал» признал Наримана Мемедеминова полтизаключенным. О том, что происходит сейчас и о других крымчанах, которые фигурируют в «деле Хизб-ут-Тахрир», шла речь в эфире Радио Крым.Реалии.

Крымский юрист, адвокат Наримана Мемедеминова Эдем Семедляев рассказал Крым.Реалии, чего именно хочет добиться его подзащитный от российских судебных органов.

Мы связываем задержки с тем, что они дают возможность держать Наримана в нечеловеческих, пыточных условиях СИЗО
Эдем Семедляев

– Южный окружной военный суд до сих пор не выполнил некоторые процессуальные моменты, а именно – не разрешил ходатайства Наримана: не вручил протокол заседания, не ознакомил с материалами уголовного дела. После приговора он попросил дать доступ к тем томам, которые были сформированы уже в процессе суда. Нариман также написал заявление об ознакомлении с аудиозаписью суда, чтобы иметь возможность более полно подготовиться к апелляционной жалобе. Чтобы передать все материалы в Верховный суд России, Южный окружной военный суд должен разрешить эти ходатайства и ознакомить Наримана со всеми этими материалами. И еще не известно, сколько будет тянуть Верховный суд. Мы связываем эти задержки с тем, что они дают возможность держать Наримана в следственном изоляторе, в этих нечеловеческих, пыточных условиях. Колония-поселение намного мягче.

Эдем Семедляев указывает на то, что затягивание процесса ознакомления с делом и содержание в СИЗО исключают возможность условно-досрочного освобождения Наримана Мемедеминова.

Его вынуждают забрать апелляционную жалобу, но он решил идти до конца и доказывать свою невиновность
Эдем Семедляев

– По имеющемуся приговору он уже давно имеет право на условно-досрочное освобождение, однако пока приговор не вступит в законную силу, такое заявление подать нельзя. Нариману остается сидеть полгода, два года он уже находится в СИЗО. Его вынуждают забрать апелляционную жалобу, но он решил идти до конца и доказывать свою невиновность. Иначе это будет означать, что Нариман согласился с приговором и он не сможет в дальнейшем обращаться в Европейский суд по правам человека. Так что мы будем обращаться в Южный окружной военный суд с ходатайством об ускорении процесса передачи документов в Верховный суд.

В похожей ситуации оказались трое фигурантов второго симферопольского «дела Хизб ут-Тахрир» Руслан Сулейманов, Эрфан Османов и Сейран Муртаза – двое из них были гражданскими журналистами. Их уже 11 месяцев удерживают в СИЗО Ростова и Таганрога, причем за это время, по сообщению адвокатов, следователи ФСБ не провели с ними ни одного следственного действия. Крымская юристка, адвокат Руслана Сулейманова Лиля Гемеджи убеждена, что это злоупотребление со стороны суда и следствия.

На мой взгляд, это явное злоупотребление правом наших подзащитных на быстрое разбирательство
Лиля Гемеджи

– Я бы провела здесь грань. В деле Наримана Мемедеминова решение суда уже есть, но приговор еще не вступил в законную силу, и потому его не могут отправить в колонию. А в деле второй симферопольской группы, в том числе, моего подзащитного, следствие еще идет, и их удерживают в ужасных условиях, не проводя ни одного следственного действия. При этом каждые два месяца на заседаниях по поводу продления меры пресечения следователь предоставляет судье одни и те же обоснования, чтобы держать их под стражей: якобы в отношении арестованных предусмотрены масштабные, продолжительные следственные действия, и они обязательно должны находиться под стражей, чтобы вовремя в них участвовать, а еще у них тяжкая статья. На мой взгляд, это явное злоупотребление правом наших подзащитных на быстрое разбирательство.

Лиля Гемеджи отмечает, что защита каждый раз обжалует это длительное содержание под стражей, детально прописывая все нарушения, которые, по ее мнению, допустило следствие.

Арестован уже не один гражданский журналист, который давал объективную картину событий в Крыму
Лиля Гемеджи

– Все это – со ссылкой на российское уголовное право, на международное, но, к большому сожалению, суды не дают должной оценки и игнорируют все доводы стороны защиты. Нам не ясно, как ситуация будет развиваться дальше: будут ли наши подзащитные этапированы в Симферополь или же следственные действия будут проводиться в Ростове? Фактически эта группа не имеет никакого отношения к террористическим актам и организациям, их преследуют исключительно за гражданскую позицию. Арестован уже не один гражданский журналист, который давал объективную картину событий в Крыму, эти дела надуманные, и, следовательно, обвинению очень тяжело собирать так называемые факты, чтобы сформировать уголовное дело.

Российская правозащитница Александра Крыленкова утверждает, что суды в России часто используют затягивание или ускорение процедур, исходя из политических или иных посторонних мотивов.

Российские суды действуют из соображений, никак не связанных с правом
Александра Крыленкова

– Российские суды действуют из соображений, никак не связанных с правом. Скорость рассмотрения любых заявлений и жалоб совершенно очевидно не связана ни с процессуальными сроками, ни с законами, ни с какими-либо другими логическими аргументами. Например, когда московским судам надо было срочно рассмотреть дела о митингах, то все эти апелляции проходили за несколько дней. Потом политическая парадигма изменилась, все стало рассматриваться медленно, и там точно так же несколько человек до сих пор застряли с апелляциями в Москве. Иногда они рассматривают быстрее, чтобы, например, перед длинными новогодними праздниками отправить человека в колонию, либо же, напротив, долго не рассматривают, чтобы он подольше там посидел. Так что предположения Эдема Семедляева вполне оправданы. Может, в колонии-поселении нет места для Наримана Мемедеминова или еще что-то.

Дело Наримана Мемедеминова

Нариман Мемедеминов – крымскотатарский блогер, гражданский журналист. До ареста Мемедеминов сотрудничал с рядом украинских СМИ, в том числе с Крым.Реалии.

Российские силовики задержали его в конце марта 2018 года. Мемедеминову предъявили обвинение по ч.2 ст. 205 Уголовного кодекса России (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, совершенные с использованием сети Интернет)​. В октябре 2019 года российский суд приговорил его к двум с половиной годам заключения в колонии-поселении. Мемедеминов своей вины не признал.

Претензии у российских силовиков вызвал видеоблог на YouTube, который Мемедеминов вел с 2013 по 2015 годы. В нем размещены несколько десятков видеороликов с комментариями политических событий и тем, призывами придерживаться норм ислама и мнениями о российских государственных праздниках: Дне защитника отечества, Международном женском дне, Дне защиты детей и другим.

Прокуратура АРК 23 марта 2018 года внесла в Единый реестр досудебных расследований сведения по признакам уголовных преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 146 (незаконное лишение свободы или похищение человека), ч. 2 ст. 162 (нарушение неприкосновенности жилища) Уголовного кодекса Украины.

Российский правозащитный центр «Мемориал» в 2018 году признал Мемедеминова политзаключенным.

21 сентября 2020 года он освободился из российской колонии-поселения в Ростовской области России. Он отбыл весь срок заключения и вернулся в Крым.

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG