Доступность ссылки

Сервер Чубукчиев: «Перед депортацией ходили по домам и вели учет крымскотатарских семей»


Депортация крымских татар. Иллюстрация

18-20 мая 1944 года в ходе спецоперации НКВД-НКГБ из Крыма в Среднюю Азию, Сибирь и Урал были депортированы все крымские татары (по официальным данным – 194 111 человек). В 2004-2011 годах Специальная комиссия Курултая проводила общенародную акцию «Унутма» («Помни»), во время которой собрала около 950 воспоминаний очевидцев депортации. Крым.Реалии публикуют свидетельства из этих архивов.

Я, Сервер Чубукчиев, крымский татарин (1937 г.р.) – уроженец города Бахчисарая Крымской АССР.

Я являюсь свидетелем тотальной депортации крымскотатарского народа в 1944 году, осуществленной сталинским режимом бывшего СССР.

Я, Сервер Чубукчиев, родился 6 апреля 1937 года в Бахчисарае. Во время депортации наша семья состояла из четырех человек: бабушка Фера Асанова (1874 г.р.), мама Сайде Чубукчиева (1914 г.р.), я, Сервер Чубукчиев, брат Дилявер Чубукчиев.

До депортации мы проживали в Бахчисарае по улице Розы Люксембург. В то время, когда наш отец Билял Чубукчи защищал Советский Союз, его семью – беззащитных мать, жену и детей – депортировали из Крымской АССР. Мама говорила, что перед тем, как депортировать, ходили по домам и вели учет крымскотатарских семей. Вместе с нами были выселены все крымские татары, в том числе бабушка по отцу Эсма Чубукчиева, мать отца Зейнеб Чубукчиева, двоюродные сестры отца Майре Ниметлаева и Зилиха Ниметлаева, двоюродный брат отца Айдер Кайбуллов.

Отец Билял Чубукчи (1910 г.р.) был на фронте, его младший брат Сулейман Чубукчи (1924 г.р.) был призван в трудовую армию.

18 мая 1944 года, в 4 часа утра, стук в двери: вставайте, собирайтесь, вас выселяют, вам на сборы 15 минут. При выселении нашей семьи физическая сила не применялись, но по отношению к дяде по матери Эмир-Усеину Ниетшаеву применялась. У него маленькая дочь была больной. Когда ему объявили о выселении, и он сказал, что дочь болеет и никуда не поедет, его избили.

При выселении нам ничего брать не разрешили. И что могли мы взять? Бабушке 70 лет, мы с братом – дети, а мама врасплох попала, нас одеть и вещи собрать не смогла.

Нас погрузили в грузовые машины и повезли на железнодорожный вокзал Бахчисарая. Солдаты были с оружием, конвоировали. На вокзале нас погрузили в товарные вагоны, они были битком загружены людьми.

В пути следования скончалась дочь дяди Эмир-Усеина Ниетшаева, которую оставили в степи у железной дороги, дядя все время вспоминал ее и плакал.

Поезд на станциях останавливался ненадолго, а в разъездах – дольше.

Дата начала депортации – 18 мая 1944 года, дата прибытия к месту назначения – 3 или 4 июня 1944 года.

Нас встретили сотрудники НКВД, они посемейно брали на учет, а коммунальное хозяйство посемейно на телегах расселяло

Мы прибыли в Ферганскую область, город Маргилан. Район назывался Шелкокомбинат. Нас высадили под палящим солнцем на открытом месте. Нас встретили сотрудники НКВД, они посемейно брали на учет, а коммунальное хозяйство посемейно на телегах расселяло. Местные жители первоначально побаивались и остерегались, потому что перед нашим приездом о нас очень плохо говорили.

Сначала нас повезли в подвалы, наша семья пробыла там трое суток, на четвертые сутки нас перевезли в один барак и дали одну комнату в 13 кв. м., окна и двери были. На зиму давали уголь понемногу. Вода была – колодец, которым пользовались все. Продукты давали: тыкву, пшеницу, шалгам, он наподобие редьки, но его обычно клали в суп. Бабушка и мы с братом были на иждивении матери, она работала на шелковом комбинате по 8-10 часов в три смены, получала мизерную зарплату. От матери понаслышке знаю, что за пять минут опоздания на работу очень строго наказывали.

В местах спецпоселения все взрослые от 16 лет и выше ходили ежемесячно в комендатуру на подпись, обязываясь, что никуда отлучаться не будут без разрешения комендатуры. За нарушение – 20 лет каторги.

Отец Билял Чубукчи с фронта не вернулся, а его брат Сулейман Чубукчи был в трудармии

Бабушка по матери Фера Асанова умерла по болезни 29 ноября 1947 года, а бабушка по отцу умерла от голода в 1947 году в городе Беговат УзССР.

Отец Билял Чубукчи с фронта не вернулся, а его брат Сулейман Чубукчи был в трудармии. По его рассказу, он работал на лесоповале в Горьковской области, в Воркуте добывал уголь, был на рыбной ловле где-то в Охотском море и был в Гурьеве (Казахстан) на строительстве химзавода. Он вернулся к нам в Маргилан в середине 1950-х.

Я в 17 лет поступил в 1954 году на работу учеником столяра в Маргиланское СМУ и продолжал учебу в вечерней школе №2.

До 1956 года нас, крымских татар, в армию не брали. После указа 1956 года начали брать на службу в армию. В 1957 году я был призван в армию. После окончания службы, то есть демобилизации в 1960 году, я продолжил учебу и закончил 10 классов. По окончании школы я поступил в Андижанский строительный техникум на заочное отделение в 1963 году. в 1966 году закончил и перешел на работу техником-строителем, проработав более 10 лет.

В Крым вернулся в 1988 году и 10 марта 1988-го был прописан в Первомайском районе, в селе Черново (совхоз им. Свердлова), где и проживаю в настоящее время.

(Воспоминание от 20 октября 2009 года)

К публикации подготовил Эльведин Чубаров, крымский историк, заместитель председателя Специальной комиссии Курултая по изучению геноцида крымскотатарского народа и преодолению его последствий

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG