Доступность ссылки

«Евросоюз – не тюрьма народов». Экс-президент Латвии – о пятнадцати годах в ЕС и бегстве от «русского мира»


Вайра Вике-Фрейберга восемь лет была президентом Латвии – с 1999 по 2007 год. Именно при ней страна вступила в НАТО и Евросоюз (в 2004 году на референдуме о вступлении за присоединение к ЕС проголосовали 67% жителей Латвии). Также она оборвала многие связи с Россией, но укрепила их с западным миром.

В 1944 году семья будущего президента Латвии бежала в Германию от советских войск, а когда Вайре исполнилось 16 лет, ее родители переселились в Канаду. Там Вайра ​Вике-Фрейберга стала психологом, преподавала в университете, а в 1997 году вернулась на родину, чтобы заняться политикой.

Телеканал "Настоящее Время" расспросил бывшего президента:

  • как присоединение Латвии к ЕС стало личным проектом всей ее жизни,
  • что бы произошло с Латвией, если бы она осталась частью "русского мира",
  • и сможет ли Украина однажды присоединиться к ЕС.

"Я понимала, что закон о языке надо отправлять обратно в Сейм и исправлять"

– В этом году исполняется 15 лет с момента вступления Латвии в Евросоюз. Скажите, что тогда, во время подготовки этого процесса, было для вас самым сложным?

– Для меня самым сложным был момент, когда я только стала президентом. Я тогда получила сообщение, что Европейский союз, хоть и с большой осторожностью, но начинает большое расширение. Но были выдвинуты очень строгие требования к тем, кто хочет вступить в ЕС.

В Латвии только что произошли изменения в законе о языке. Из Брюсселя поступила критика этого закона. Для меня это была очень напряженная ситуация

Одно из требований было связано с положением национальных меньшинств в стране. В Латвии только что произошли изменения в законе о языке (закон ввел латышский в качестве единственного государственного языка и приравнял русский фактически к иностранному, обязав чиновников, военных и работников разных сфер владеть латышским и использовать его в работе – НВ).

Из Брюсселя поступила критика этого закона. В то время у президента было семь дней на то, чтобы вернуть закон обратно в парламент, если президент был не готов его подписать. Для меня это была очень напряженная ситуация. Я только-только вступила в должность, у меня еще не было своей команды. Я понимала, что это очень важное решение, что этот закон надо отправлять обратно в Сейм, надо исправлять. И я в этот момент могу стать очень непопулярным президентом.

К тому моменту прошло восемь месяцев, как я репатриировалась в Латвию, и я, как директор Латвийского института, следила за всеми дебатами по поводу этого закона. Юристы мне помогли все правильно сформулировать. И это было моим первым заданием: рискуя своей популярностью, учесть требования Евросоюза, которые нам все равно пришлось бы выполнить, если мы не хотели остаться за бортом. А этого я точно не хотела – чтобы Латвия осталась за бортом Европы. Тогда для меня Евросоюз был очень успешным проектом! Если бы ЕС расширился, принял наших соседей, а мы бы смотрели на все это со стороны... Сама мысль, что мы могли бы отстать, мне это казалось ужасным!

"Сейчас мы отстаём от Литвы и Эстонии, и этому нет оправдания"

– Вы сказали, Евросоюз был успешным проектом. Сейчас ваше отношение к ЕС изменилось?

Я видела, какой была Европа за железным занавесом, в Латвии. И какая она на Западе. Эта была огромная разница!

– Евросоюз тогда мы воспринимали как нечто абсолютно идеальное. Ничего подобного в мире не было и нет. Есть федерации, конфедерации, альянсы и прочее, но такая уния как Евросоюз – это что-то новое и уникальное.

Мне лично ЕС как проект всегда был близок, потому что в своем детстве я видела разрушенную Европу, какой она была. Видела проигравшую войну и уничтоженную Германию, какой она была. И как потом, спустя 25 лет, благодаря новому мышлению выглядела Европа, когда я вернулась туда из Канады. Я увидела, как прогрессировала Европа. У меня был личный опыт – я видела Европу до и после Евросоюза, и их нельзя было сравнивать. Я видела, какой была Европа за железным занавесом, в Латвии. И какая она на Западе. Эта была огромная разница! Моим самым заветным желанием было, чтобы Латвия стала частью этого проекта.

– Что, на ваш взгляд, Латвия получила за эти 15 лет от ЕС?

– Латвия собралась с силами и провела очень много болезненных реформ, даже тогда, когда в народе у этих реформ не было большой поддержки. Были сомнения, были дебаты, были споры. Был политический интерес нас остановить, были силы, которые пытались затормозить наше движение в Европу.

Будем честны: после 50 лет коммунизма Латвия была настолько отсталой! Вся Восточная Европа сильно отстала от Западной Европы

Сейчас мы можем сравнить ситуацию в Украине и ситуацию в Латвии. Мне с самого начала было страшно, что нечто подобное, что произошло в Украине, может произойти и у нас. Меня очень пугала мысль, что может случится с Латвией, если она не станет частью европейского проекта. Ведь этот проект начался сразу после войны с идеей о том, что хватит проливать кровь на этом маленьком континенте за ресурсы и территории – ведь можно все объединить и развиваться всем вместе. Это была главная мысль.

Будем честны: после 50 лет коммунизма Латвия была настолько отсталой! Вся Восточная Европа сильно отстала от Западной Европы. Я видела присоединение к ЕС как возможность акселерации, ускорения после 50 лет стагнации, изоляции, страха. Когда человек не может говорить то, что думает. Сейчас если Брюссель что-то решил, мы можем кричать в ответ. Но, знаете, было время, когда в сторону Москвы никакие крики не допускались.

Поэтому проект Евросоюза мне идеологически казался очень привлекательным. И так я его воспринимаю до сих пор. Тогда нам казалось, что мы быстро наверстаем упущенное, но это было невозможно. 50 лет – это 50 лет. Мы до сих пор отстаем от первых шести стран ЕС. Но меня больше беспокоит то, что мы отстаём и от тех, с кем вместе двигались вперед. Когда-то мы могли соревноваться с эстонцами и литовцами, но сейчас мы отстаём. И этому нет оправдания!

"Украинцы отчасти продали свою душу за российский газ"

– Что вы думаете о дальнейшем расширении ЕС? Могут ли к союзу присоединиться Грузия, Украина и другие страны?

– Одни страны хотят этого, а другие не очень. Например, Сербия, насколько я понимаю, чувствует духовную связь с Россией. И если бы у нее была возможность, она бы стала частью России.

А Украина, на мой взгляд, – это пример того, как страна не была готова приложить усилия, сжать зубы и идти в сторону Западной Европы.

В свое время у меня был разговор с президентом Кучмой. Он прямо сказал: мы находимся посередине, и настолько тесно связаны с Москвой, что не можем резко перерезать эту связь

В свое время на саммите в Ялте у меня был разговор с президентом Кучмой. Он мне прямо сказал: мы находимся посередине, и мы настолько тесно связаны с Москвой, что мы не можем резко перерезать эту связь. Да, мы будем медленно двигаться в сторону Запада, понимаем, что это будущее. Но от дружбы с Россией есть своя польза – торговля, нефть и газ. Они продают нам дешевле, мы продаём дороже. Мы зарабатываем. Хотя, конечно, там в основном украинские олигархи зарабатывают. По сути, их подкупили этой экономической выгодой.

Пусть простят меня мои друзья украинцы, но мне кажется, отчасти они продали свою душу за этот газ. У нас, в Латвии, к счастью, не было таких соблазнов. Мы просто сжали зубы и гребли вперед изо всех сил. Слава богу, что мы этого сделали. Представляете, где бы мы были сейчас, если бы все случилось по-другому? У меня волосы встают дыбом от одной мысли об этом.

"Необязательно быть вечно в Евросоюзе"

– Что вы думаете по поводу брекзита? Великобритания хочет выйти из Евросоюза. Как вы думаете, ее примеру могут последовать другие страны?

Евросоюз – не тюрьма народов! Необязательно вечно быть в этом союзе. Если кто-то решил, что ему в одиночку будет лучше, можно уйти

– В любой момент могут последовать. Пятнадцать лет назад в Латвии нужно было провести референдум, чтобы стать частью Евросоюза. В то время я ездила по всей стране и рассказывала жителям о том, что ЕС – это замечательный союз, такой клуб, в который все хотят вступить. Знаете, как про брак говорят? Что те, кто еще не вступил, мечтают об этом, а те, кто вступил, мечтают его расторгнуть.

Теперь уже нельзя говорить про Евросоюз, что из этого клуба никто не хочет выйти. Но по сути это добровольная модель сотрудничества разных стран. И если в какой-то момент какая-то страна решила, что хочет вернуть независимость, честь, славу и величие времен Королевы Виктории, когда Англия была огромной империей, и считает, что Европа только зажимает этот процесс и тянет назад, – бог с ними. Хорошо! В любой момент из союза можно выйти, это не тюрьма. Я еще раз хочу подчеркнуть это: Евросоюз – не тюрьма народов! Необязательно вечно быть в этом союзе. Есть 50-я статья (она описывает процесс выхода из ЕС – НВ). Если кто-то решил, что ему в одиночку будет лучше, можно уйти, ради бога.

– Скоро в Латвии пройдут выборы в Европарламент. В этом году в Латвии предвыборная кампания ведется очень активно, раньше такого не было. Но есть определенные опасения, что на выборы в Латвии могут повлиять извне, как это было на выборах президента США в 2016 году или во время референдума по брекзиту. Вы считаете, возможна ли попытка повлиять на выборы сейчас?

– Повлиять можно всегда, и люди, к сожалению, легко поддаются влиянию. Но мой ответ один. Дорогие сограждане! Этот будет красивый майский день, подумайте о красивом будущем для Латвии. Не оставайтесь в стороне, пока другие сидят в Брюсселе и принимают решения о нашем будущем.

Число наших депутатов пропорционально количеству жителей. До этого момента они очень активно работали. Может быть, не всегда в правильном направлении, но это демократия. И я должна сказать, что никто за нас ничего не решит. Мы сами должны выполнять свой гражданский долг и голосовать за депутатов, которые готовы в Европарламенте представлять Латвию и интересы Латвии, а не чьи-то еще.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG