Доступность ссылки

«Идеальный вариант» для ФСБ: в Крыму фигурантам «дел Хизб ут-Тахрир» отказывают в свиданиях


Жены фигурантов «дела Хизб ут-Тахрир» подают жалобы в канцелярию суда. Симферополь, 8 декабря 2017 года

За пять лет аннексии Крыма российские силовики арестовали около 30 крымских мусульман (большинство из них – крымские татары) по обвинению в причастности к запрещенной в соседней России организации «Хизб ут-Тахрир». Эти уголовные преследования становятся испытанием не только для фигурантов, но и их родных. Женам, дочерям и матерям приходится годами добиваться свиданий с близкими в СИЗО, хотя такое право им положено по закону. Крымские адвокаты утверждают, что такие факты не случайны, и рассматривают их как попытки давления на семьи, которые поддерживают своих арестованных родственников.

Фигурантами «дел Хизб ут-Тахрир», как правило, становятся верующие мусульмане, соблюдающие религиозные каноны и обычаи. В большинстве своем это крымские татары, но есть и представители других национальностей, которые исповедуют ислам. Часто это многодетные отцы, единственные кормильцы в своих семьях. Очередная волна задержаний прошла в Крыму 27 марта. Задержаны по подозрению в связях с «Хизб ут-Тахрир» еще 20 крымчан. В ближайшее время им определят меру пресечения.

25 обысков – 20 арестов. ФСБ против крымских татар (видео)
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:05:43 0:00

Аресты фигурантов таких дел приводят к тому, что эти люди остаются изолированными не только от общества, но и от своих ближайших родственников. Уголовно-процессуальный кодекс России дает право арестованным на два свидания в месяц длительностью три часа каждое. Но на практике в Крыму эта норма не соблюдается. Родным фигурантов «дел Хизб ут-Тахрир» приходится годами обивать пороги российских ведомств, чтобы получить хотя бы одно такое свидание. Чаще всего ожидание свидания затягивается на 1,5-2 года. Надежды увидеть родных в судах во время определения меры пресечения тоже чаще всего напрасны: эти заседания проходят в закрытом режиме и часто без присутствия обвиняемых.

«Свидание не представляется возможным»

Добиться свидания с мужем в марте пыталась Алие Эмирусеинова – супруга жителя Красногвардейского района Рустема Эмирусеинова, который был задержан и арестован 14 февраля по обвинению в причастности к «Хизб ут-Тахрир» (ч. 1 ст. 205.5 УК России). Эмирусеинову грозит от 15 до 20 лет лишения свободы и крупный штраф. Уже полтора месяца он находится в заключении в симферопольском СИЗО.

Алие Эмирусеинова обратилась к следователю с просьбой предоставить ей свидание с мужем. Но получила отказ.

«В настоящее время проводятся следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление всех обстоятельств совершенных преступлений, а также установление иных лиц, возможно, причастных к указанной противоправной деятельности. В этой связи следствие обоснованно полагает, что предоставление свиданий обвиняемому может повлечь за собой передачу информации близким родственникам, которая впоследствии может стать доступной для иных лиц, в отношении которых, возможно, будут производиться следственные и иные процессуальные действия. Учитывая изложенное, в настоящее время не представляется возможным предоставить вам свидание с обвиняемым Эмирусеиновым Р. Р.», – говорится в документе за подписью старшего следователя-криминалиста крымского управления ФСБ России Ивана Романца.

С такой же формулировкой в свидании с сыном отказали Эмине Абдулганиевой – матери еще одного фигуранта красногвардейской группы «дела Хизб ут-Тахрир» Эскендера Абдулганиева. Он – самый младший из задержанных, ему 21 год.

Эмине Абдулганиевой на просьбу предоставить свидание с сыном в ФСБ тот же следователь-криминалист Иван Романец дал такой же ответ, как и Алие Эмирусеиновой.

Я хочу, чтобы мой сын знал, что я всегда буду рядом с ним. Я очень люблю его и жду
Эмине Абдулганиева

«5 марта я подала заявление на свидание с сыном, но 14 марта получила отказ. Мотивируют они тем, что якобы я могу передать какую-то информацию каким-то людям. С Эскендером я не виделась с 14 февраля. Я надеялась на встречу с сыном, но после отказа буду обжаловать это заявление. Я хочу, чтобы мой сын знал, что я всегда буду рядом с ним. Я очень люблю его и жду», – заявила она общественной инициативе «Крымская солидарность».

Не смогли пока увидеть супруга и сына родные активиста «Крымской солидарности» Сервера Мустафаева, которого арестовали в мае прошлого года. Попытки его жены Майе Мустафаевой добиться свидания успехом тоже не увенчались.

Схожие ситуации – у родственников других фигурантов «дел Хизб ут-Тахрир». Например, жена фигуранта бахчисарайского «дела Хизб ут-Тахрир» Марлена Асанова на протяжении полутора лет, что его удерживают в СИЗО, не получила ни одного официального разрешения на свидание с супругом. За это время она 16 раз обращалась по этому поводу в ФСБ, но ей всякий раз отказывали.

«Следствие склоняет семьи к даче необходимых показаний»

Крымский адвокат Назим Шейхмамбетов называет необоснованными формулировки, на основании которых родственникам фигурантов «дел Хизб ут-Тахрир» отказывают в свиданиях.

Дела по «Хизб ут-Тахрир» в Крыму – это дела с явным политическим креном, и в этом все причины происходящего
Назим Шейхмамбетов

«Это, по сути, копипаст нормы УПК России, которая предусматривает, что следователь, отказывая в свидании, должен привести в обоснование, что, например, была попытка у супруги или родителей что-то рассказать или передать фигуранту уголовного дела какие-то материалы или сведения по его делу. Эти примеры должны быть фактическими, а не просто абстрактными. Но в Крыму на практике такого нет. Поэтому то, что они (следователи ФСБ – КР) пишут – это не обоснование. Но поскольку ФСБ – это неприкасаемый орган в России, что бы они ни написали, это все проходит и через суды, и через прокуратуру. Дела по «Хизб ут-Тахрир» в Крыму – это дела с явным политическим креном, и в этом все причины происходящего», – пояснил он Крым.Реалии.

По этим же причинам, говорит адвокат, за последние два месяца подконтрольные России крымские суды отказались обжаловать четыре таких отказа ФСБ в предоставлении свиданий с фигурантами «дел Хизб ут-Тахрир».

Сомнительными, по мнению адвоката, являются и опасения следователей ФСБ, связанные с возможностью передачи на свиданиях какой-либо информации, опасной для следствия.

Согласно процедуре, во время свиданий в симферопольском СИЗО люди общаются через стекло с помощью переговорной системы, которая прослушивается администрацией. Передача записок или писем тоже невозможна, поскольку между людьми нет прямого контакта. Что и как в таких условиях могут передать друг другу родственники, непонятно.

Учитывая эти обстоятельства, Назим Шейхмамбетов расценивает подобные отказы в свиданиях как попытку давления на фигурантов «дел Хизб ут-Тахрир» и членов их семей.

К счастью, за пять лет у нас не было случаев, когда семья оговаривала своего арестованного супруга или сына
Назим Шейхмамбетов

«Несмотря на то, что свидания предусмотрены законом, следователь не дает их, тем самым оказывая давление на самих фигурантов дела и на его семью. Мне известно, что следствие предпринимает попытки склонить и семьи к даче необходимых показаний. Но, к счастью, за пять лет у нас не было случаев, когда семья оговаривала своего арестованного супруга или сына. И сами фигуранты этих дел, несмотря на колоссальное давление, не принимают огульных обвинений в свой адрес и не оговаривают себя», – говорит адвокат.

Коллега Шейхмамбетова – крымский адвокат Эдем Семедляев – эту позицию разделяет. По его словам, признательные показания обвиняемых являются «идеальным вариантом» для следователей, и они «делают все, чтобы ослабить людей и заставить их признаться в том, чего они не совершали».

Как дождаться встреч

Эдем Семедляев говорит, что вероятность получения свиданий с фигурантами «дел Хизб ут-Тахрир» есть, но не ранее, чем после передачи дела в суд. Так, например, ранее смогли увидеться с родными фигуранты ялтинской группы «дела Хизб ут-Тахрир» Эмир-Усеин Куку и Вадим Сирук. Им позволили увидеться только перед этапированием в российский Ростов-на-Дону в конце 2017 года.

Мать фигуранта этой группы по «делу Хизб ут-Тахрир» Арсена Джеппарова увидела его уже в СИЗО Ростова-на-Дону. Арзы Умерова рассказала, что до этого не видела сына восемь месяцев.

«Для меня было такое счастье увидеть своего сына, поговорить с ним. Ранее я его видела один раз на суде, но нам не разрешали поговорить. Я благодарна Аллаху, что увидела сына. Он передал всем большой селям и сказал, что всех обнимает», – рассказала она.

Я благодарна Аллаху, что увидела сына. Он передал всем большой селям и сказал, что всех обнимает
Арзы Умерова

Но для таких свиданий родным фигурантов «дел Хизб ут-Тахрир» приходится преодолевать дополнительные трудности: добираться до Ростова-на-Дону, жить там как минимум сутки, чтобы сначала оформить разрешение на свидание, а затем дожидаться очереди и возвращаться обратно в Крым. В таких обстоятельствах эти встречи требуют дополнительных финансовых, физических и моральных затрат.

Крымские адвокаты утверждают, что в других категориях уголовных дел в Крыму настолько частых отказов в свиданиях не происходит. Обвиняемые даже по тяжким статьям могут видеться с родными в крымском СИЗО. И в этом обстоятельстве они видят еще одно подтверждение политизированности процессов, связанных с «делами Хизб ут-Тахрир» в Крыму.

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG