Доступность ссылки

Жены, матери и борцы: история Лианы Джемаденовой


Лиана Джемаденова

Сегодня из-за приговоров подконтрольных России судов в Крыму без отцов остались больше сотни детей. Некоторые не увидят папу на линейке в школе, отец не придет на утренник, он не поддержит дочь в день свадьбы, баба (в переводе с крымскотатарского – папа – КР) не сможет обнять сына-победителя спортивных соревнований. Некоторые из этих детей не видели своих отцов с рождения. Их папы – заключенные, которых правозащитники считают политическими.

Мама объединяет семью, она заботится о детях за двоих, ведет хозяйство. А теперь мама – еще и борец.

Крым.Реалии публикуют истории жен фигурантов крымских политических дел. В этом выпуске речь пойдет о Лиане Джемаденовой (историю Мумине Салиевой читайте здесь).


«Отпустите моего папу»

Самая младшая из троих детей в семье Джемаденовых – Асия – видела папу только в суде, девочка родилась через девять дней после его задержания. Уже три года семья живет без мужа и отца.

Эмиля Джемаденова сотрудники ФСБ России задержали в 2016 году. Его обвинили в участии в «Хизб ут-Тахрир» и осудили на 12 лет заключения. Он отвергает обвинения в терроризме, а семья считает, что их преследуют по религиозным мотивам.

«Мы были обычной семьей, которая растила, воспитывала детей, работали, если необходимо было, занимались общественной деятельностью – помощь или организация детских праздников. Придерживались своей религии – пятикратный намаз, пост, совершили паломничество, и все», – рассказывает супруга заключенного Лиана Джемаденова.

После ареста дети могли видеть отца в коридоре суда или через забор. Однажды они собрались вместе, встали под зданием суда и хором кричали: «Отпустите!»

«Я понимаю, насколько ему тяжело было это все слышать. Ну представьте, сидя в машине, двери и окна открыты, а мальчишки кричат: «Отпустите моего папу!» – вспоминает Лиана.

По ее словам, она замечает слежку, рассказывает, как за их домом наблюдают неизвестные.

«Какой-то совершенно посторонний фонариком в камеру светил. Мы позавчера разглядели образ в капюшоне, спортивный костюм, не знаю, белый или серый, и фонарик», – рассказывает Лиана.

Фигуранты симферопольского «дела Хизб ут-Тахрир» в зале суда, Россия, апрель 2019 года
Фигуранты симферопольского «дела Хизб ут-Тахрир» в зале суда, Россия, апрель 2019 года

Женщина признается, что без мужа трудно. Однако, по словам Лианы, она ощущает моральную поддержку.

«Соседи стали трепетно относиться. У нас тут есть соседка, они христиане, у нее трое сыновей. Когда я однажды возвращаюсь домой, подошла соседка и говорит мне: «Как там ваш муж?» Я говорю: «Все так же, пока без изменений». А она: «Крепитесь, держитесь, это самое главное, мы тоже будем молиться за вашу семью и за вашего мужа», – вспоминает Лиана.

Продолжение следует...

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG