Этот материал был впервые опубликован в октябре 2017 года, когда количество детей в семьях крымских политзаключенных впервые достигло 100. За прошедшие 2,5 года численность таких детей увеличилась 2 раза после серии массовых арестов крымских татар, проведенных российскими силовиками в Крыму (см. справку в конце статьи).
На прошлой неделе в Крыму арестовали еще шестерых крымских татар, подозреваемых в участии в организации «Хизб ут-Тахрир». На свободе у них осталось 27 несовершеннолетних дочек и сыновей. По данным благотворительного фонда «Бизим балалар», сейчас отцовской опеки лишены 100 крымскотатарских детей, родители которых были арестованы по политическим мотивам. Корреспондент Крым.Реалии выяснял, как живут такие семьи.
11 февраля 2016 года в поселке Кореиз вооруженные российские силовики ворвались с обыском к правозащитнику Эмир-Усеину Куку. Они выломали двери, перерыли все вещи и увезли хозяина дома с собой. Все это происходило на глазах у восьмилетнего сына Эмир-Усеина Бекира и пятилетней дочки Сафие.
Правозащитнику предъявили подозрения в участии в организации «Хизб ут-Тахрир», признанной в России террористической. На следующий день, 12 февраля, его арестовали. Он по сей день находится в СИЗО.
13 февраля его сыну Бекиру исполнилось 9. Мальчик до сих пор вспоминает этот день как самый грустный День рождения в своей жизни.
«С тех пор дети стали тревожно спать, постоянно просыпаются. Нервная система у детей пошатнулась. Они стали настороженными, неуравновешенными. Знаете, у нас когда во дворе собака залает или раздастся стук – мы все бежим к окну. Особенно если это ранним утром, у нас уже рефлекс выработался», – рассказала жена Эмир-Усеина Мерьем Куку.
В ожидании отца: как живет семья фигуранта «дела Хизб ут-Тахрир» Эмир-Усеина Куку (фотогалерея)
Поначалу Бекир и Сафие, по словам их матери, слабо представляли, что случилось с их отцом и почему их с ним разлучили. Мерьем говорит, что первое время, когда дети выезжали в Симферополь на суд к отцу, они радовались и считали, что едут забирать его домой.
«Но когда прошло примерно полгода, они уже перестали говорить, что папу вернут. Они поняли, что мы едем на суд просто увидеться с папой. Повзрослели дети. Когда я смотрю новости, просматриваю видео – они рядом, они все видят. Взрослеют дети не по годам. Конечно, не понимают полностью политическую ситуацию в Крыму, но понимают, что большая несправедливость произошла», – рассказала Мерьем.
Детская сотня
Ситуация, в которой оказалась семья Эмир-Усеина Куку, не уникальна для современного Крыма. С 2015 по 2016 годы в связи с обвинениями в участии в «Хизб ут-Тахрир» под арестом оказались 19 мусульман из разных частей полуострова. Почти у всех на свободе остались малолетние дети.
3 октября 2017 года в Симферополе задержали четверых крымских татар по подозрению в участии в «Таблиги Джамаат» – еще одной организации, которая в России признана террористической.
А на прошлой неделе в Бахчисарае прошла очередная серия обысков и арестов по «делу Хизб ут-Тахрир». 12 октября в СИЗО отправили еще шестерых крымчан: Тимура Ибрагимова, Марлена (Сулеймана) Асанова, Мемета Белялова, Сейрана Салиева, Сервера Зекирьяева и Эрнеса Аметова.
По информации журналистки и общественницы Лили Буджуровой, без опеки отцов по состоянию на октябрь 2017 года остались 100 детей заключенных крымских татар (которых правозащитники считают политзаключенными и узниками совести).
«Страшно произносить это, но наших детей теперь ровно 100. Еще 10 дней назад, после ареста Рената Сулейманова и Арсена Кубединова, список общественной инициативы «Бизим балалар», поддерживающей с помощью народа детей крымских заключенных-мусульман, пополнился до 73. Теперь к ним прибавилось еще 27 детей, у которых отняли отцов... Эти крохи не виноваты в том, что живут на территории, где быть мусульманином – это значит считаться террористом. Причем, просто так, ведь в Крыму, слава Аллаху, не было ни одного теракта», – написала журналистка тогда на своей странице в Facebook.
Дети заключенных крымских татар по разному воспринимают временную утрату отцов. Например, у фигуранта симферопольского «дела Хизб ут-Тахрир» Рустема Исмаилова на свободе остались дочка и двое сыновей – и все они по особенному переживают арест папы.
«У старшей дочери больше осознания. Психологически это на нее повлияло сильно. Ей в ноябре будет 8 лет. Она понимает, где он. Одно время она всего и всех боялась. Боялась темноты, незнакомых людей. Постоянно спрашивала про отца и, конечно, плакала. Естественно, мы ее поддерживали, сейчас ей легче, но все равно она очень скучает за отцом», – рассказала супруга Рустема Фатма Исмаилова.
По ее словам, остальные двое детей пережили исчезновение отца не так тяжело. Средний сын, тоже постоянно спрашивает об отце, но не испытывает таких страданий, как старшая сестра.
«Младшему сейчас 3 года и 4 месяца. Мне кажется, он и не помнит папу. Потому что он начал путать дедушку с отцом. Для него это как один человек, он его забывает», – поделилась переживаниями Фатма.
Наказание за благотворительность
«Детская сотня» и их матери не остались наедине со своей бедой. Им оказывает помощь благотворительный фонд «Бизим балалар» (в пер. с крымскотатарского – «Наши дети» – КР). Он был создан весной 2016 года по инициативе Лили Буджуровой. Журналистка обратилась к соотечественникам и единоверцам с призывом создать инициативную группу для помощи детям, которые на время лишились отцов.
«Крымские татары никогда не оставляли в беде ребенка. Для нашего народа нет чужих детей. Теперь они все – НАШИ ДЕТИ. И наш общий национальный долг, наш долг мусульман – помочь им вырасти и встать на ноги, пока их отцы лишены такой возможности», – заявила тогда Буджурова.
На обращение журналистки отреагировали не только желающие оказать поддержку, но и подконтрольная России прокуратура Крыма. Представители ведомства явились домой к Буджуровой и вручили ей «Предостережение о недопустимости нарушения законодательства о противодействии экстремистской деятельности». В нем говорилось, что обращение журналистки является попыткой «пропаганды и агитации, направленной на возбуждение национальной или религиозной ненависти и вражды».
Несмотря на давление, Лиля Буджурова не бросила свое начинание, и вскоре благотворительный фонд был сформирован. Активную роль в его создании также играла бывший гендиректор телеканала ATR Эльзара Ислямова.
Автором предостережения, которое Лиля Буджурова получила в 2016 году, был зампрокурора Симферополя Александр Шкитов. По иронии судьбы, в начале этого месяца его со скандалом уволили и лишили российского паспорта.
Радость сквозь печаль
Сейчас у фонда «Бизим балалар» несколько направлений работы. Во-первых, его представители оказывают материальную помощь. На каждого из 100 детей, лишившихся отцовской опеки, фонд ежемесячно выделяет по 5 тысяч рублей.
«Помимо этого, неравнодушные люди приходят в семьи и помогают. Может, нужно сделать какой-то ремонт, может, нужны какие-то вещи. Когда был праздник Курбан-байрам, очень много мяса им несли и других продуктов. Помогают все – кто чем может», – рассказали корреспонденту Крым.Реалии в фонде.
Семья политзаключенного Абдуллаева пригласила крымчан на ифтар (Фотогалерея)
Второе направление работы «Бизим балалар» – это организация культурно-массовых мероприятий для детей заключенных. По отзывам жен узников, подобные встречи важны для их дочерей и сыновей с точки зрения психологической поддержки
«Наши дети немного ожили, поняли, что они не одни. Когда были праздники, организованные «Бизим балалар», собирались все дети арестованных, все мамы. Это, конечно, такая радость неполноценная, сквозь печаль. Но зато дети видят, что они не одни, что есть такие же детки без папы. Это детям помогает понять, что они не брошенные, что это такая ситуация просто. Надеемся, временная», – рассказала супруга Эмир-Усеина Куку Мерьем.
Аннексированное детство: как живет семья фигуранта «дела Хизб ут-Тахрир» (фотогалерея)
Еще одно направление работы «Бизим балалар» – это организация психологической помощи для детей. По словам представителей фонда, благодаря консультациям со специалистом у малышей уходит тревога и агрессия, повышаются успехи в школе.
Руководители «Бизим балалар» утверждают, что все средства собирают за счет пожертвований неравнодушных крымчан.
Сейчас возвращения отцов ожидают 100 детей, но скоро их количество увеличится до 101. У бахчисарайца Сервера Зекирьяева, арестованного 12 октября, на свободе остались 12 сыновей и дочек, и сейчас его его супруга ждет 13-го ребенка.
Малолетние дети есть не только у крымскотатарских узников, но и крымчан других национальностей (арест которых связывают с политическими мотивами). Без отцовской опеки остались сыновья и дочки у Олега Сенцова, Алексея Бесарабова, Глеба Шаблия, Александра Костенко и других.
Справка. По данным уполномоченной по правам человека Украины Людмилы Денисовой в список на обмен, переданный в марте 2020 года Москву украинской стороной и состоящий из 200 фамилий, внесены 86 крымских татар. По ее словам, речь идет не только об осужденных, но и о тех, кто находится под арестом и ждет суда. Согласно сведениям благотворительного фонда «Бизим балалар», сейчас отцовской опеки лишены 198 крымскотатарских детей, родители которых были арестованы по политическим мотивам, из них 168 несовершеннолетнего возраста, 10 детей родились после арестов.