Шесть лет назад, 3 марта 2014 года 39-летний житель симферопольского микрорайона Марьино, отец троих детей Решат Аметов вышел из дома и больше не вернулся. Видеокамеры зафиксировали, как после одиночного пикета против оккупации Крыма несколько представителей «самообороны» скрутили ему руки и посадили в автомобиль. Через две недели Аметов был найден мертвым со следами пыток и ножевым ранением в область глаза.
Спустя шесть лет российские власти, в частности в лице президента Владимира Путина, продолжают уверять, что незаконная аннексия Крыма была бескровной и прошла без жертв. Тем не менее с началом российской оккупации Крыма на полуострове стали один за одним исчезать проукраинские активисты. По статистике правозащитных организаций, в этот период, по разным подсчетам, пропало от 20 до 40 человек, многие из которых не найдены до сих пор. Об этом сопротивлении оккупации шла речь в эфире Радио Крым.Реалии.
Прокуратура Автономной Республики Крым 10 сентября 2019 года заявила, что дело Решата Аметова раскрыто:
«Во время проведения досудебного расследования было получено достаточно доказательств, свидетельствующих о том, что похищение Решата Аметова было осуществлено двумя участниками не предусмотренного Конституцией и законами Украины вооруженного формирования под названием «Самооборона Крыма». Похищение Аметова участниками «Самообороны Крыма» осуществлялось под руководством бывшего военнослужащего Вооруженных сил России С., который проходил военную службу в 76-й воздушно-десантной дивизии и в 728 отдельном батальоне связи Вооруженных сил России. Военный пенсионер».
По версии прокуратуры, после совершения указанного преступления подозреваемый покинул АР Крым, участвовал в боевых действиях в составе террористической организации «ДНР» и в апреле 2014 года совершил аналогичное преступление, связанное с организацией похищения трех офицеров спецподразделения Службы безопасности Украины «Альфа». В итоге 22 августа 2019 года трем неназванным лицам было сообщено о подозрении по части второй статьи 260 Уголовного кодекса Украины (участие в деятельности не предусмотренного законом вооруженного формирования) и части третьей статьи 146 (незаконное лишение свободы человека, по предварительному сговору группой лиц, повлекшее тяжкие последствия). Следом был объявлен международный розыск подозреваемых.
В марте 2014 на железнодорожном вокзале Симферополя представители «самообороны Крыма» также похитили координаторов движения «Евромайдан – Крым» Андрея Щекуна и Анатолия Ковальского. В Бахчисарае похитили украинского подполковника Владимира Садовика, а в Армянске задержали активисток Елену Максименко, Екатерину Бутко и Шуру Рязанцеву.
Крымский общественный активист, ныне главный редактор газеты «Кримська світлиця» Андрей Щекун рассказал Крым.Реалии, что шесть лет назад, в начале марта проукраински настроенные крымчане провели множество акций против российской агрессии.
В тот день, за два часа до начала мирной акции на меня с Анатолием Ковальским на железнодорожном вокзале набросилась «самооборона» – человек 20-30Андрей Щекун
– После 26 февраля, когда «зеленые человечки» захватили государственные здания Автономной Республики Крым, встал вопрос, что делать дальше. Проводить митинги в поддержку Евромайдана было уже не актуально, но мы, координаторы движения, приняли решение продолжать акции, чтобы мир увидел: есть много крымчан, которые поддерживают территориальную целостность Украины и хотят защищать полуостров от агрессии. Первую акцию мы организовали 2 марта около памятника Тарасу Шевченко и практически каждый день повторяли их. На 7 марта мы подготовили акцию «Женщины за мир» в Симферополе, а 9 марта на улицы вышли, по разным данным, около трех тысяч человек в поддержку территориальной целостности Украины. Как раз в тот день, за два часа до начала мирной акции на меня с Анатолием Ковальским на железнодорожном вокзале набросилась «самооборона» – человек 20-30.
Андрей Щекун подчеркивает, что проукраинские активисты тогда рассчитывали на действия украинских властей по отражению российской агрессии в Крыму.
– Нашей целью была также работа в информационном поле, чтобы телевидение, радио, другие СМИ показывали, что в Крыму очень много проукраинских активистов – мирных жителей, которые цивилизованным, демократическим способом пытаются остановить агрессора. При этом к нам приходило много людей, которые боялись, они говорили: «Зачем вы их провоцируете? Это уже не наша война» – и так далее. Но я считаю, что мы сделали все правильно. Так вот, «самооборона» тогда передала меня и Анатолия милиции, а затем нас забрали некие люди в штатском. Меня ударили, схватили под руки и потащили в машину. Там нам обоим залепили глаза и связали руки, забрав мобильные телефоны и все документы. Потом нас пытали в подвалах, как мы сегодня знаем, симферопольского военкомата. Все это я изложил в свидетельствах для прокуратуры АРК и суда в Гааге против России.
По словам Андрея Щекуна, ему и Анатолию Ковальскому впоследствии удалось идентифицировать «самообороновцев», которые схватили их на вокзале, и эти свидетельства также приобщены к украинскому уголовному делу.
Ранее Крым.Реалии пообщались по телефону с экс-командиром 13-й роты «Самообороны Крыма» Олегом Климчуком. На материковой Украине он обвиняется в посягательстве на территориальную целостность и неприкосновенность страны. Как сообщала в 2018 году прокуратура АРК, Олег Климчук «принимал непосредственное и активное участие в разгоне проукраински настроенных граждан и захвате административного здания Верховной Рады Автономной Республики Крым, повлекшее тяжкие последствия, в виде изменения границ территории Украины». Обвиняемому грозит наказание в виде лишения свободы сроком до 15 лет с конфискацией имущества.
Сам Олег Климчук в комментарии для Крым.Реалии заявил, что шесть лет спустя разочаровался в России, но виновным в каких-либо преступлениях себя не считает.
«То восприятие «русского мира», которое у меня было, это в «розовых очках». Когда мы с ребятами в своей организации выступали в защиту прав русскоязычного населения, Россия выглядела как демократическое государство впереди планеты всей в рамках «русского мира». Сейчас я вижу, что Украина намного опережала Россию в плане гражданского общества. Но то, что мы делали – моя рота, то, за что я отвечаю – никаких сомнений у меня не вызывает. Пусть меня на Украине обвиняют в создании бандформирований – это смешно. С той стороны никто не вышел со мной связь и не спросил, почему и зачем. Я считаю, что мы сделали то, что должны были сделать. Народное ополчение сыграло большую роль в том, что не было никаких преступлений. В этот момент, как бы там ни было, милиция частично самоустранилась, и это легло на наши плечи. Конечно, я хотел бы немного другого «русского мира» – для меня очень важно и правовое государство, и гражданское общество. Наверное, будет постепенная эволюция, чего-то достигнем».
Крымскотатарский активист Исмаил Рамазанов утверждает, что «самооборона Крыма» не поддерживала общественный порядок, а, напротив, нарушала его.
Не раз видел, как «самооборона» устраивала прямо на перроне в Симферополе обыски гражданам, приехавшим с материковой части УкраиныИсмаил Рамазанов
– Я тогда работал проводником в пассажирских вагонах и не раз видел, как «самооборона» устраивала прямо на перроне в Симферополе обыски гражданам, приехавшим с материковой части Украины, а именно из западных областей. У них было предубеждение против проукраинских или просто украиноязычных людей. Я пресекал подобные выходки, не обходилось без рукоприкладства. Был случай, когда я сдал смену, уже начал возвращаться домой через вокзал – и меня остановили «самообороновцы». Я отказался показать им документы, поскольку у них не было никаких полномочий. Меня спасло, что мои знакомые из милиции шли мимо – я попросил, чтобы меня увели. Так что эти «самообороновцы» могли позволить себе среди белого дня остановить людей, которые им не нравятся, не похожи на них и тому подобное. Шесть лет спустя их ничего не пугает, они чувствуют свою безнаказанность.
Им нужно было сеять хаос, чтобы в Крыму не думали о каких-то политических вещах, чтобы люди запаниковалиИсмаил Рамазанов
Исмаил Рамазанов вспоминает, что в ответ на эти действия «самообороны» крымские татары организовывали собственную охрану домов, мечетей и школ, чтобы не допустить различных провокаций. Активист полагает, что за совершенные в Крыму в то время преступления стоит показательно судить организаторов «самообороны» в лице Сергей Аксенова и других представителей российской власти на полуострове.
– Им нужно было сеять хаос, чтобы в Крыму не думали о каких-то политических вещах, чтобы люди запаниковали. Да, мы не можем дотянуться до организаторов, но можно попробовать осудить их заочно. Такого рода преступления в мире не имеют срока давности. Заочно осудим, а когда они почувствуют себя недосягаемыми и расслабятся, мы как раз припомним все их преступления.
Координатор Крымской правозащитной группы Ольга Скрипник указывает на то, что российское следствие по делу Решата Аметова не привлекло к ответственности подозреваемых по этому делу крымчан.
На сегодня никто не понес ответственность за похищения и убийства, которые были совершены в 2014 году и позжеОльга Скрипник
– Есть разная статистика, но все организации сходятся в одном: абсолютно все случаи насильственных исчезновений в Крыму не были расследованы. На сегодня никто не понес ответственность за похищения и убийства, которые были совершены в 2014 году и позже – от Решата Аметова и далее. Россия открыла следствие по делу Аметова и установила двоих людей, которые посадили его в машину – это были местные жители из «самообороны Крыма». В итоге они получили в деле лишь статус свидетелей, их не привлекли к ответственности даже за участие в похищении активиста. В убийстве российские следователи обвинили другого человека, который якобы скрылся на территории Донбасса. Таким образом до сегодняшнего дня Россия не привлекла никого к ответственности – даже из тех, кто остался в зоне ее контроля.
По мнению Ольги Скрипник, ответственность участников «самообороны Крыма» за преступления на полуострове должна четко ранжироваться.
– Если мы говорим о «самообороновцах», которые в целом способствовали совершению преступлений и так далее, то тут речь идет о некоем преступном формировании, и люди могут нести ответственность за участие в нем. За это отдельное наказание, отдельная статья. Если же мы говорим о тяжких преступлениях вроде похищений или убийств, это совершенно другое наказание. В этом и есть сложность для украинских правоохранительных органов: чтобы все это различить, нужно вести эффективное расследование, в то время как они не находятся на территории Крыма. Все это собирается по крупицам силами правозащитников, активистов и неравнодушных людей. Конечно, не все раскрыто, но процессуально наши следователи и прокуроры очень ограничены.
(Текст подготовил Владислав Ленцев)