В аннексированном РФ Крыму российские силовики развернули массовые преследования женщин. Их обвиняют по тяжким уголовным статьям – в «терроризме», «экстремизме», «шпионаже» и «государственной измене». Но украинские правозащитники считают эти дела политически мотивированными и сфабрикованными. Они называют крымских женщин еще одной уязвимой группой, которая подверглась репрессиям РФ во время ее полномасштабного вторжения в Украину.
В местах заключения аннексированного Крыма и России находятся, по данным различных украинских правозащитных организаций, десятки женщин из Крыма и оккупированных Россией частей Херсонской и Запорожской областей Украины. В Крымскотатарском ресурсном центре установили по меньшей мере 52 факта политических преследований женщин, которых удерживают в СИЗО и колониях Крыма и РФ. Неизвестно, сколько еще женщин находятся в местах несвободы в статусе инкомуникадо, отмечают в организации.
Для обвинения крымчанок используются статьи, которые критикуют за размытость формулировок. Всех имен преследуемых женщин правозащитники не могут назвать из соображений безопасности, поскольку их семьи находятся на оккупированной территории. Крым.Реалии решили напомнить о них к Международному Дню борьбы за права женщин.
Галина Довгополая
12-летний срок заключения отбывает пожилая крымчанка Галина Довгополая, осужденная за «шпионаж в пользу Украины». Она находится в колонии Владимирской области почти в двух тысячах километров от Крыма.
Она вину отрицает. Женщина находится в заключении половину своего срока. За это время у нее существенно ухудшилось здоровье, говорит фрилансер Крым.Реалии Владислав Есипенко.
«Ей волонтеры передали палочку, потому что она очень тяжело и медленно ходит. Она нуждается в лекарствах. Я просил волонтеров передать ей, что мы ее обязательно вытащим. Она была этому очень рада. И она ждет этого», – рассказал он Крым.Реалии.
Когда Владислав Есипенко находился в российском заключении в Крыму, Галина Довгополая некоторое время находилась «буквально за стенкой» – в женском блоке СИЗО Симферополя, который также называют «монастырем». Туда отправляют женщин, которых хотят закрыть от общения с внешним миром или от расправы из-за конфликтов с другими заключенными.
«Получилось так, что у нас были камеры через стенку. Мы сначала не общались, а потом все-таки я выяснил, что женщину привезли из «Лефортово» (СИЗО в Москве – КР). И я позвал ее. Летом открывали «кормушки» (окошко в дверях СИЗО – КР), чтобы какая-то вентиляция воздуха была. И через них была возможность пообщаться. Галина рассказала о своей семье, о смерти мужа. Рассказала, что ее в «Лефортово» не били, но морально давили, лишали еды и сна. Она – боевая женщина, когда хотелось курить, «курила» салфетки, но всегда всем говорила, что она – за Украину», – рассказывал Владислав Есипенко в прошлом году.
По его словам, в заключении Галину Довгополую, как правило, принимают с уважением, поскольку она «своим авторитетом может «поставить на место любого уголовника».
В поддержку Галины Довгополой выступил ряд украинских правозащитных организаций.
«Мы считаем, что настоящей причиной задержания Довгополой являются ее политические взгляды. Галина публично выражала свое осуждение оккупации Крыма РФ, а также поддерживала связь с волонтерскими украинскими организациями, действовавшими на подконтрольной правительству Украины территории. Правозащитные организации имеют достаточное количество доказательств, чтобы считать дело против нее политически мотивированным», – говорится в их совместном заявлении.
Ирина Данилович
К 6 годам и 11 месяцам лишения свободы приговорена российским судом крымчанка, гражданская журналистка, медсестра Ирина Данилович.
Российские силовики задержали ее по пути с работы домой в апреле 2022 года и несколько дней скрывали от родственников ее местонахождение. Крымчанку обвинили в хранении взрывчатых веществ. Силовики якобы нашли взрывчатку в футляре для очков Ирины Данилович.
Она вину не признает. Нахождение в условиях заключения сильно ударило по здоровью крымчанки. Но квалифицированной помощи ей в СИЗО не оказывают. Чтобы добиться визита к врачу, Ирине Данилович приходилось голодать. Она перенесла инсульт и теряет слух.
Вопреки всем испытаниям, Ирина Данилович старается поддерживать других песнями.
«Когда-то в СИЗО я услышал, как кто-то поет известную рок-балладу «Я свободен». Уже потом я узнал, что это поет Ирина и еще одна из ее соседок по камере – девушка, которая оказалась в определенных обстоятельствах, но ощущает себя свободной. Они подружились и потом сумели передать мне: «Ты слышишь, как поют? Это мы. Поем и для тебя, и для всех остальных, чтобы они не теряли надежду». И это как раз пример этой поддержки, которой мы пытались друг с другом делиться», – рассказывал Крым.Реалии бывший узник Кремля, а ныне посол Украины в Турции Нариман Джелял.
Украинские правозащитники считают, что крымчанка стала жертвой российских репрессий за то, что освещала правду о российском режиме в Крыму.
В январе 2026 года Ирина Данилович призвала из заключения чаще поднимать вопрос о судьбе политзаключенных, оказавшихся в российских тюрьмах во время полномасштабного вторжения РФ в Украину.
«Я живу с непроходящей головной болью. У меня гул, свист и звон в ушах. Все это не дает ни малейшей возможности сосредоточиться и ответить на те немногочисленные письма, которые мне передают. Но я очень ценю каждое ваше теплое слово и чувство дружеского плеча от десятков незнакомых людей из разных стран», – отметила она.
Надежда Грекова
Во время полномасштабного вторжения РФ в Украину в Крыму появилась новая тенденция – массовые преследования женщин. Самый суровый из известных сегодня приговоров для женщины – 22 года колонии для Надежды Грековой из Севастополя.
Российские силовики обвинили ее в покушении на российского военного высокопоставленного чиновника, совершении теракта и хранении взрывчатки.
По версии следствия, Надежда Грекова в феврале 2024 года устроила взрыв в собственной квартире в Севастополе, которую снимал военнослужащий Черноморского флота РФ. Южный окружной военный суд РФ признал ее виновной. Она находится в колонии Бурятии в семи тысячах километров от Крыма.
Российский правозащитный центр «Мемориал» включил ее в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором «с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьезного нарушения закона».
Людмила Колесникова
К 17 годам лишения свободы приговорена крымчанка Людмила Колесникова из Ялты.
Ее обвинили в «госизмене» за покупку марки в поддержку Вооруженных сил Украины. Крымчанка ранее работала в украинской милиции, а после российской аннексии Крыма в 2014 году несколько лет была дознавательницей в российской полиции, сохранив при этом и украинское, и российское гражданство. Впоследствии она ушла из полиции и стала юристом в частной фирме.
После начала полномасштабного вторжения РФ в Украину Людмила Колесникова выехала в Ирландию, но в 2024 году вернулась в Ялту из-за тяжелой болезни матери. Экс-полицейскую задержали сразу после похорон матери.
«Колесникова была похищена и удерживалась в изоляции на протяжении трех месяцев, затем была лишена возможности на нормальный суд, так как ее процесс прошел в закрытом режиме и с рядом серьезных преград для стороны защиты. В нарушение международного гуманитарного права апелляционная жалоба рассмотрена на территории оккупирующей страны (России – КР), а не в Крыму», – сообщал украинский телеграм-канал «Трибунал. Крымский эпизод».
С лета 2024 года Людмила Колесникова находится в заключении.
Оксана Сенеджук
К 15 годам лишения свободы приговорена подконтрольным России Севастопольским городским судом крымчанка, филолог и украинская активистка Оксана Сенеджук. Она признана виновной в госизмене.
Следствие утверждает, что она якобы передавала сведения о кораблях Черноморского флота РФ украинской разведке. Суд по ее делу был закрытым, материалы засекречены.
Российские силовики ранее неоднократно вызывали Оксану Сенеджук на допросы из-за ее проукраинской позиции.
Защита крымчанки в апелляционной инстанции пытается добиться изменения ей статьи обвинения на более мягкую.
В Представительстве президента Украины в АРК считают, что Оксана Сенеджук была задержана «по сфабрикованным обвинениям».
О политически мотивированном преследовании Оксаны Сенеджук заявила коалиция правозащитных организаций Украины.
«Мы уверены, что настоящей причиной задержания Оксаны Сенеджук являются ее политические взгляды – она публично выражала свое осуждение агрессии РФ против Украины. Страна-агрессор продолжает практику уголовного преследования украинцев и украинок, которые остаются проживать на временно оккупированной территории Крымского полуострова, по сфабрикованным обвинениям в госизмене», – говорится в их совместном заявлении в поддержку крымчанки.
«Крымская женская четверка»
Резонансными стали задержание и арест в конце 2025 года четырех крымчанок Эсмы Ниметулаевой, Насибы Саидовой, Эльвизы Алиевой и Февзие Османовой.
Российские силовики обвиняют их в терроризме (статья 205.5 УК РФ), крымчанкам грозит до 20 лет лишения свободы.
По версии крымского главка ФСБ, крымчанки якобы были участницами «законспирированной женской ячейки запрещенной на территории России международной террористической организации, распространявшей идеологию всемирного халифата».
Арестованные вину отрицают. С октября 2025 года они находятся в СИЗО Симферополя. Их родные жалуются на плохие условия в изоляторе. Насиба Саидова в январе потеряла сознание в камере. Ей вызывали фельдшера, но информации о состоянии девушки семья не получила.
В ноябре 2025 года матери участниц дела встретились с администрацией СИЗО и передали жалобы на холод в камерах.
«Мы говорим – там сыро, холодно. Она (представительница СИЗО – КР) говорит: «А везде так». Мы говорим, что наслышаны, что там и грызуны, и тараканы есть. Она говорит: «Это [в зависимости от того,] как они [девушки] будут содержать свою камеру, в каком состоянии». Мы говорим, постельное белье, одеяло – там уже сколько поколений на этих одеялах высидели, можно ли занести? Нет, ничего нельзя», – рассказала «Крымской солидарности» мать Насибы Саидовой Динара Июпова.
Февзие Османовой удалось отправить письмо семье. В нем она описала момент первой после ареста встречи с родными в зале суда. Силовики тогда запретили им общаться.
«Нас когда выводили, мне сказали ничего не говорить, не кричать, не махать. Я не поняла почему. Мы вышли и я услышала крики, поворачиваю голову и вижу очень много людей в этой толпе. Я сразу нашла тебя, и слышала только тебя. Мы с девочками вас слышали. Но, конечно, нам нельзя было ничего сказать вам в ответ. Потом, когда выезжали, я увидела столько родных. Хоть это и были доли секунды, но самые лучшие! Там сотрудники все были удивлены такой поддержке, как у нас. Думаю, они нам завидовали», – пишет она.
Об остальных фигурантках этого дела пока ничего не известно.
Семейные репрессии
Пока Россия продолжает боевые действия против Украины, российские силовики похищают в Крыму целые семьи. В начале 2025 года в Первомайском районе исчезли мать и дочь Анна и Оксана Соценко. Более девяти месяцев о них ничего не было известно. Впоследствии украинским правозащитникам удалось выяснить, что они находятся в Симферопольском СИЗО №1.
В Крымскотатарском ресурсном центре выяснили, что силовики РФ обвиняют женщин в госизмене» и «запугали их родственников, чтобы они даже не пытались что-то делать и разыскивать их».
Что с задержанным крымчанками на данный момент, точно неизвестно. В Представительстве президента Украины в АРК задержание матери и дочери Соценко назвали «преступлением оккупации».
В похожей ситуации оказались крымчанка Виктория Стрилец и ее дочь Александра Стрилец.
В 2024 году они исчезли со связи. О том, что они были задержаны российскими силовиками, стало известно лишь когда подконтрольный РФ Севастопольский городской суд вынес им приговор – 12 лет заключения по обвинению в госизмене (статья 275 УК РФ).
По версии следствия, крымчанки якобы за вознаграждение украинской военной разведки в сентябре 2023 года выслали в ГУР Минобороны Украины фотографии военных объектов РФ.
Публичной позиции ГУР МОУ по этому поводу нет.
В Представительстве президента Украины в АРК задержание и приговор матери и дочери Стрилец назвали примером «сопротивления в Крыму российской агрессии».
Сколько еще крымских женщин находятся в российском заключении по политически мотивированным делам, достоверно неизвестно. Многие такие факты остаются неизвестными, поскольку российские силовики давят на семьи этих людей, чтобы они не афишировали их преследование.
«Репрессивный конвейер»
В условиях полномасштабного вторжения РФ в Украину российские силовики «отменили негласное «табу» на преследование женщин в Крыму, отмечают украинские правозащитники. Если до 2022 года было известно о пяти уголовных делах в отношении крымчанок с явными признаками политически мотивированных преследований, то в условиях боевых действий РФ против Украины появились десятки таких дел.
Женщины на Крымском полуострове стали «новой группой граждан Украины, которые преследуются целенаправленно», говорится в заявлении коалиции правозащитных организаций.
«С начала войны возбудили в разы больше уголовных дел против крымчанок, чем за предыдущие годы оккупации полуострова. При этом в закрытых судебных процессах судьи издеваются над подсудимыми и стремятся выносить максимально суровые приговоры. Мы видим, что количество таких преследований растет из года в год и пока нет предпосылок ожидать остановки этого конвейера», – говорится в исследовании проекта «Крымский процесс».
Владислав Есипенко уверен: массовые преследования женщин в Крыму являются результатом «указания сверху» в силовых кругах РФ.
«Такие массовые преследования не происходят просто так. Очевидно, кто-то дал такое указание – взяться за крымских женщин. Руководство ФСБ, например, могло посчитать, что они упустили из виду это направление и что это недоработка, которую нужно исправлять. Работы у них на самом деле очень много. Но сейчас, очевидно, они переориентировались на то, чтобы производить такое же давление на женщин в Крыму, как и на мужчин», – говорит он.
Более половины приговоров женщинам в Крыму имеют средний или максимально возможный сроки наказания, а подконтрольные РФ крымские суды часто игнорируют преклонный возраст подсудимых, наличие у них малолетних детей или пожилых родителей, отмечают в «Крымском процессе».
«Оккупированный Крым уже давно превратился в тюрьму под открытым небом, где среди заключенных в местах несвободы уже больше политузников, чем простых рецидивистов. К сожалению, в последние годы мы все чаще встречаем женские имена среди сотен политзаключенных Крыма. Практика уголовного преследования применяется в отношении всех женщин, которые в той или иной форме демонстрируют несогласие с оккупацией Крыма. Это классическая практика криминализации идентичности и инакомыслия. Растущие с каждым годом цифры политузников свидетельствуют о том, что несмотря на 12-й год оккупации Крыма, люди не хотят и не будут мириться с ней. Осознавая угрозу для себя, страна-оккупант проводит такие публичные инквизиции для поддержки атмосферы страха», – заявила Крым.Реалии менеджер Крымскотатарского ресурсного центра Зарема Бариева.
Надежды на освобождение крымских женщин, преследуемых российскими силовиками, их родные и украинские власти связывают с обменами, которые происходили между Украиной и РФ в прежние годы.
В условиях полномасштабного вторжения России в Украину процесс обмена гражданскими лицами между этими странами фактически «заморожен». Редкие случаи возвращения гражданских людей происходят в рамках обменов военнопленными.
