Доступность ссылки

Письма крымчан: Наша Таня громко плачет, от нее продукты прячут


Будь у меня такая возможность, я бы распорядился наклеивать на импортные продукты в магазинах Украины таблички с надписью: «В России запрещен к ввозу». Может быть, тогда у желающих одной рукой класть в рот финский сыр или норвежскую рыбу, а другую протягивать за российским паспортом мозговые извилины стали бы постепенно укладываться на предназначенные им природой места. А тех, кому кажется, что это пустозвонство, прошу обратить внимание на хайп, поднятый россиянами, едва заслышавшими о намерении лишить их права ввозить пять кило санкционки для собственного пропитания из зарубежных поездок. Вроде и день был будничный, когда россиянам запрещено отрываться от рабочего процесса на интернет и соцсети, а они услышали об этом и завелись. Да так, что через пару часов представителям правительства пришлось отбиваться от населения отменой запрета.

А ведь его требовали серьезные люди: отечественные производители мясной и молочной продукции. Но оказалось, очень многие в России жуют испанский хамон с итальянским пармезаном под одеялом, запивая его финским йогуртом, чтобы так запросто дать вырвать какому-то дяде изо рта эту вкуснятину. Национальная мясная ассоциация России, куда входят самые крупные производители: «Мираторг», «Черкизово», «Ремит» и «Велком», кстати, практически не поставляющие в Крым свою продукцию, хотела соотечественникам только добра. Так она выразила свою заботу о возможном попадании в страну и пищу опасных вирусов животных, например, африканской чумы свиней. Эта чума в России как родная: с ее помощью они боролись прежде с украинскими сырами, мясными продуктами и молочкой – аккурат в то время, когда эта зараза полыхала на Кубани.

В ассоциации, конечно, все понимают, что для человека этот вирус не опасен, но они настаивают, что африканская чума свиней способна распространяться через пищевые отходы со свалок, разноситься по воздуху и растаскиваться дикими животными. Прямо наглядно представляешь себе, как по московским помойкам бродят дикие кабаны из правительственного охотничьего хозяйства в Завидово, недострелянные еще Брежневым с Кастро, и поедают заветревшиеся в холодильниках москвичей хамон с пармезаном.

Вместе с рядовыми россиянами, желающими хотя бы изредка, по праздникам, есть нормального качества продукты, на дыбы поднялись и рестораторы, уверенные, что этот запрет – не что иное, как проявление лоббистских интересов производителей мясных и молочных продуктов, выпускающих на своих предприятиях такое непотребство, что лучше дома обойтись куском хлеба с солью, а в ресторане заказать тыквенный суп. Понятно, что многие сейчас в России именно таким меню и обходятся при двадцати-то процентах бедности, поэтому для них продукция целлюлозно-бумажного комбината под видом колбасы, сосиски из розоватой массы и оконная замазка, расфасованная в пачки с названием сыра, сойдет за счастье. Но в стране, а уж в нашем Крыму и подавно, живут и те, кто знает вкус настоящих продуктов.

Российское правительство так быстро смело заградительную инициативу национальной мясной ассоциации, что даже транспортники не успели присоединиться к протесту. Они тоже имеют свою существенную долю во ввозе европейских продуктов. Речь, прежде всего, о питерских автобусниках, которые возят наследников революции в Финляндию за продуктами, и калининградских, помогающих затариваться местным жителям в Польше. Подруга детства моей матери как раз живет в Калининграде. У нее самой загранпаспорта нет, поэтому она даже не может выбраться к нам в гости, а вот ее дочка мотается в Польшу регулярно. Раньше они с подружками ездили тусить в Европу, а после введения продуктовых санкций – еще и за продуктами. Утверждают, что там не только вкуснее, но и дешевле.

Летом у нас гостила отцова двоюродная тетка из Питера. Вот она-то нас удивила, так удивила. Летела до Анапы и в Керчь добиралась по «единому билету», а на автовокзал велела нам прибыть с отцом вдвоем. Когда мы увидели ее сумяры, за которые она еще и авиакомпании доплачивала за перегруз, обомлели. Оказалось, она решила побаловать нас финскими вкусностями. Они с приятельницами раз в месяц ездят на денек в Финляндию, чтобы привезти нормальных продуктов. Живет тетка одна, так что ей как раз на месяц купленного хватает. В средствах она не стеснена, благо дочь с внучкой регулярно подбрасывают денежку. Она отыскала выгодный по цене однодневный «гастрономический тур» за 850 рублей и пользуется только им. Но если нет желания тащиться в заданную точку города, откуда отправляются автобусы в Финляндию, за дополнительную тысячу рублей автобус прикатит к порогу дома.

Она рассказывала, что некоторые питерские пенсионеры превратили поездки в Финляндию за едой в бизнес: берут заказы у соседей или работающих знакомых на молоко, сыры Valio, фрукты, овощи, мясо, детское питание и ездят не раз в месяц, а раз в неделю. Главное – выдержать весовую норму в пять кило и знать ассортимент финских магазинов, где уже сориентировались и лепят наклейки на русском языке.

Расстаться с вкусной и доступной едой сложно. Мы, крымчане, знаем это по себе

Понятно, что расстаться с вкусной и доступной едой сложно. Мы, крымчане, знаем это по себе, стараясь привезти с территории материковой Украины хоть «два кусочка колбаски». Но «российская» таможня стоит намертво, и даже не найдя «вредоносного» сала и сыра, будет сто раз допытываться, не рассовали ли вы запрещенку по карманам. Летом знакомого, переехавшего после оккупации к родителям жены в Житомир, заставили вернуться на автомобиле на украинскую границу, выложить из машины два херсонских арбуза, которыми он решил побаловать мать, и по второму разу семь часов отстоять в очереди на жаре. А ездившая на новогодние праздники коллега рассказывала, как, выйдя в Новоалексеевке из киевского поезда, быстренько прошла границу, прыгнула в автобусик и доехала до Джанкоя в ожидании пригородного до Керчи:

«Сижу на пустом вокзале одна-одинешенька и думаю, куда люди подевались. Уже скоро отправление пригородного, а никого нет. Наконец, открывается дверь, и в зал ожидания вваливается расхристанная женщина, с которой мы ехали в соседних купе. За ней потянулись такие же взопревшие и взъерошенные люди. Оказалось, я успела пройти границу до пересменки, а те, кто заступил утром, досматривали сумки с пристрастием. Вернули на украинскую границу восьмидесятилетнего деда с коробочкой (!) чая, женщину обчистили всухую: забрали конфеты, печенье, бутерброды с сыром заставили сжевать. Какой-то женщине пришлось откупиться пятью тысячами рублей за подаренную родней бутылку импортного коньяка. Я представила, что бы было, если бы таможенники открыли мою сумку и в нос бы им ударил ядреный чесночный запах индюшиной колбасы, и как порадовались бы они импортному кофе, сыру бри и конфетам».

И слону понятно, что никакого вреда национальной биобезопасности России пять килограммов европейских деликатесов в ручной клади не нанесут. Куда опаснее те продукты, которые заменили санкционные, если даже Россельхознадзор признает, что около двадцати пяти процентов производимой в России молочной и мясной продукции выпускается с нарушениями. То и дело население извещают о недобросовестных производителях, которым в Москву, наверное, стремно отправлять свои «деликатесы», а вот в Крым – с дорогой душой.

Знакомая продавщица колбас на Центральном рынке говорит, что солидные московские предприятия сюда свою продукцию не возят, а те же, к примеру, кубанцы, выпускающие колбасу без консервантов со сроком годности в три дня, прекратили поставки – поначалу из-за переправы, а потом, возобновив ее по мосту, прикрыли из-за низкой покупательской способности керчан. «Вот и едим гадость...» – сделала она вывод. Та же история и с молочкой. В Керчи ее полно, срок реализации – больше месяца. Представьте, какое количество консервантов туда напихали за невысокую цену! И никто за биобезопасность не волнуется. Как говорится, жрите – хоть подавитесь!

Андрей Фурдик, крымский блогер, керчанин

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG