Доступность ссылки

The New York Times: «Россия медленно удушает украинский порт»


Как Крым освещали в мировых медиа, что вынесли в заголовки, а чему не уделили внимания – рассказываем в обзоре Крым.Реалии.

«Российско-украинский кризис с точки зрения расширения НАТО и энергетических маршрутов», – обзор под таким заголовком опубликован турецким аналитическим институтом Stratejik Düşünce Estitüsü.

«25 ноября 2018 года между Россией и Украиной в Керченском проливе произошло военное столкновение, являющееся частью более широкого конфликта, который может иметь серьезные последствия для Турции и всего региона. Этот кризис – от расширения энергетических маршрутов до беспокойного наследия Холодной войны – при рассмотрении в связи с Восточным Средиземноморьем и событиями на границе с Сирией, ставит Турцию на стык трех штормов.

С одной стороны, Турция является членом НАТО и официально не признает аннексию Крыма, с другой – тесно сотрудничает с Россией. На севере – угроза уязвимому «Турецкому потоку», на юге – поиски в одностороннем порядке газовых месторождений в водах Кипра, на юго-востоке – наблюдательные пункты, которые установят на нашей границе с Сирией. Чтобы преодолеть этот «идеальный шторм» с наименьшим ущербом, Турции в качестве дипломатического партнера нужна Германия, с которой у нас совпадения по многим параметрам (членство в НАТО, непризнание аннексии Крыма, Nord Stream 2 в сотрудничестве с Россией и взаимный кризис доверия с Соединенными Штатами).

«Путешествие в российскую загадку», – под таким заголовком вышел отчет американской частной разведывательной компании Stratfor.

«Хедлайнером нашего прогноза по Евразии является устойчивое противостояние между Россией и Западом. Со времен Евромайдана в Украине – наряду с аннексией Россией Крыма и оказанием поддержки сепаратистам на востоке Украины – Москва и Запад оказались в условиях конфронтации, охватившей весь спектр: от наращивания вооружений до экономических санкций, кибератак, распространения пропаганды и политического вмешательства. Украинский конфликт является тому примером. Стандартная линия России заключается в том, что восстание на Евромайдане поддержал (если не организовал) Запад, целью которого было ослабить Россию в наиболее стратегическом и чувствительном месте на ее непосредственной периферии. Для многих россиян Москва просто действовала оборонительно, аннексировав Крым и поддерживая пророссийских сепаратистов на востоке Украины. Из-за этого, как мне сказали, Россия не собирается идти на крупные уступки Западу, даже когда она сталкивается со значительным давлением в виде наращивания военной мощи или экономических санкций. И хотя Запад, возможно, ввел санкции только в ответ на действия России в Крыму и на востоке Украины, враги Москвы теперь расширили эти меры, чтобы охватить многие другие аспекты поведения России».

«Россия собирается вторгнуться в Украину?» – спрашивает в своей колонке аналитик американского мозгового центра Atlantic Council.

«Россия Путина вовсе не стабильна. Его власть опирается на шаткую коалицию ситуативных союзных интересов – его внутреннее святилище советников, силовиков, олигархов и организованной преступности. Народные настроения в России не менее непостоянны, как показали недавние протесты по поводу решения Кремля повысить пенсионный возраст. Люди могут хотеть сохранить Крым, но они знают, что держать его на плаву – это долгосрочные расходы, которые российская экономика не сможет выдержать. Первоначальный энтузиазм русских по поводу оккупированного восточного Донбасса также ослаб, поскольку они осознали, что этот регион – бесполезная адская дыра, которая только истощает их кошелек. В результате мы не можем сбрасывать со счетов возможность массированного российского вторжения в Украину – как из-за угрожающе большого количества российских войск и танков, расположенных вдоль границы с Украиной, так и из-за непредсказуемости Путина и его склонности к ошибкам. Вторжение не имеет смысла для России – и поэтому вполне возможно для Путина. Не менее возможны и вторжения меньшего масштаба, такие, как попытки захватить Херсонский канал, который обеспечивает водой Крым, или, что еще более амбициозно, пробить наземный коридор вдоль Азовского моря от России до Крыма. Нельзя исключать и вторжения в контролируемые Украиной части Донецкой и Луганской областей».

«Россия медленно удушает украинский порт», – пишет корреспондент американской газеты The New York Times.

«Мариуполь сейчас находится в центре ожесточенной борьбы между Россией и Западом за будущее Украины – и за правила, которыми управляются моря мира. Некоторые полагают, что Россия в ходе своей конфронтации с военно-морским флотом Украины с 25 ноября и последующих ограничений на судоходство пытается переписать правила в Азовском море, как это сделал Китай в Южно-Китайском море. Трафик увеличился на прошлой неделе перед брифингом российских пограничников в Москве, на котором они отрицали, что блокировали морские перевозки. Ослабление того, что официальные лица в украинской столице Киеве называют периодической морской блокадой, позволило четырем грузовым судам войти в Азовское море и пришвартоваться в Мариуполе, порту с 18 причалами. Один из них, ливанский корабль, ждал в море 12 дней, прежде чем Россия разрешила ему войти в Азовское море из Черного моря через Керченский пролив под новым российским мостом в Крым. Украинская пограничная служба сообщила в понедельник, что после недолгого смягчения ограничений Россия вновь серьезно препятствует морским судам, идущим в Мариуполь и из него, а также в соседний украинский порт Бердянск под мостом в Крым. В сообщении говорилось, что более 100 судов ожидали разрешения России на прохождение через Керченский пролив, ранее малоизвестный водный путь, который теперь встал в один ряд с Ормузским проливом как один из наиболее пристально наблюдаемых перевалочных пунктов в мире».

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG