Доступность ссылки

«Так создается атмосфера страха в Крыму»: три года назад были арестованы Штыбликов, Бессарабов и Дудка


Момент задержания Дмитрия Штыбликова сотрудниками ФСБ России в Севастополе, ноябрь 2016 года. Архивное фото

В ноябре 2019 года исполняется три года с момента ареста фигурантов так называемого «дела «украинских диверсантов» в аннексированном Крыму. Бывшие сотрудники крымского аналитического центра «Номос» Дмитрий Штыбликов и Алексей Бессарабов были задержаны российскими силовиками в Севастополе вместе с их другом Владимиром Дудкой по обвинению в подготовке диверсий, якобы по заказу украинской разведки.

Служба безопасности и Министерство обороны Украины опровергли какую-либо свою причастность к ним. В итоге Штыбликов дал признательные показания и был осужден на 5 лет, а остальные не признали вину. В апреле 2019-го им присудили по 14 лет тюрьмы и крупные штрафы: Дудке – в размере 350 тысяч рублей, Бессарабову – в размере 300 тысяч рублей. Бывшие коллеги и родственники заключенных надеются их освобождение посредством очередного обмена между Украиной и Россией.

Президент украинского Центра глобалистики «Стратегия ХХІ», главный редактор журнала «Черноморская безопасность» Михаил Гончар с 2006 года работал в «Номосе» директором энергетических программ. Он вспоминает, что после аннексии Крыма сотрудники решили принципиально не идти на перерегистрацию по российскому законодательству.

Штыбликов и Бессарабов были мотором и душой этого журнала. Они вовсе не в 2016 году попали в поле зрения российских спецслужб. Они бывшие военные
Михаил Гончар

– Мы свернули деятельность, прекратили выпуск журнала и решили уже в 2017 году в Киеве возобновить его. Штыбликов и Бессарабов, можно сказать, были мотором и душой этого журнала. На самом деле они вовсе не в 2016 году попали в поле зрения российских спецслужб. Они бывшие военные. К сожалению, у них не сложилась военная карьера по здоровью, и они сами нашли себе занятие. Алексей Бессарабов окончил факультет журналистики в Киеве. Почему именно на них обратили внимание? Полное название центра «Номос» звучало так: центр содействия изучению геополитических проблем и евроатлантического сотрудничества Черноморского региона. Все это позволяло подразделениям Черноморского флота идентифицировать их как своеобразное «гнездо НАТО» в Севастополе. Центр проводил ежегодные конференции в Севастополе и Киеве, ежеквартально выпускал журнал.

Михаил Гончар
Михаил Гончар

Михаил Гончар отмечает, что после вторжения России в Грузию в 2008 году Штыбликов и Бессарабов в своих статьях прогнозировали, что следующий подобный сценарий будет связан с Крымом.

– Все это не осталось незамеченным. После оккупации, когда началась поимка разного рода «экстремистов», «террористов», «шпионов», этот перечень логично дополнили «диверсантами». Причем они не были первыми: в августе 2016 года состоялась поимка первой группы так называемых диверсантов во главе с Евгением Пановым

Что до признания вины Штыбликовым, во-первых, он не свидетельствовал против своих друзей. Я думаю, что эту информацию распространяют ради дискредитации. Во-вторых, одновременно с похищением Дмитрия, также забрали его жену. Его шантажировали под пытками, что супруга пойдет как соучастница. Те, кто пытается сделать вывод, что Штыбликов поступил как-то нехорошо, не знает этих деталей. Так что он решил пойти на такое сотрудничество. Я думаю, что если бы в эту ситуацию попал кто-то другой, сложно предположить, что результат был бы иным.

Дмитрия Штыбликова сопровождают на заседание суда в Севастополе, ноябрь 2016 года
Дмитрия Штыбликова сопровождают на заседание суда в Севастополе, ноябрь 2016 года

Руководитель военных программ Центра глобалистики «Стратегия ХХІ» Павел Лакийчук также давно знает всех троих заключенных по «делу «украинских диверсантов».

Три года назад они встретились в последний раз, а на следующий день их выкрали ФСБшники – фактически это было похищение людей. С тех пор три года под пытками
Павел Лакийчук

– В свое время я служил в Военно-морских силах Украины и жил в Севастополе. Дима Штыбликов и Леша Бессарабов – мои друзья, мы с ними вместе служили в одной части, а потом так сложилось, что мы вместе работали в аналитическом центре «Номос». Владимир Дудка также мой друг: я учился в Калининградском морском училище, а он был моим командиром взвода. Три года назад они встретились в последний раз, а на следующий день их выкрали ФСБшники – фактически это было похищение людей. С тех пор три года под пытками, под прессингом – можно считать год за пять. Мне кажется, руководство Украины и гражданское общество должно помнить о них. Все зависит в первую очередь от нас. Тем, о ком забывают, нет спасения. Пока мы будем помнить об этих людях, пока о них будут говорить родственники, друзья, коллеги, правозащитники и журналисты, у нас есть надежда.

Павел Лакийчук
Павел Лакийчук

По словам Павла Лакийчука, родственники осужденных в Крыму сами подвергаются преследованиям: так, жену Алексея Бессарабова Елену уволили под надуманным предлогом.

– Конечно, напрямую так никто не формулирует: «Твой муж террорист, поэтому ты уволена». Но повод всегда можно найти. У самого Алексея язва желудка, причем довольно серьезная. Боюсь, что в условиях СИЗО и тюрьмы это серьезно влияет на его самочувствие… К слову, через две недели после задержания наших ребят в Крыму были арестованы еще двое бывших украинских моряков – Алексей Стогний и Глеб Шаблий. Их тоже обвинили в подготовке диверсий и шпионаже.

Шаблий – зять адмирала Владимира Колпакова, который был начальником Академии военно-морских сил имени Нахимова. Стогний – племянник одного из известных севастопольских историков, который занимается изучением истории Черноморского флота. У меня версия, что были конкретные люди, которым россияне хотели таким образом дать сигнал. Кроме того, так создается атмосфера страха в Крыму.

Владимир Дудка (справа) и Алексей Бессарабов (слева) в суде, апрель 2019 года
Владимир Дудка (справа) и Алексей Бессарабов (слева) в суде, апрель 2019 года

Сын Владимира Дудки Илья Каверников предполагает, что вскорости его отец вместе с Алексеем Бессарабовым вновь окажутся на полуострове после этапирования из Москвы.

Иллюзий мы не испытываем, потому что мы видим, как это все происходит: какое, так сказать, правосудие, какие судьи
Илья Каверников

– Последнее, что известно о его местонахождении – он в Армавире, в Краснодарском крае. Я писал туда электронное письмо, пришел ответ от отца, то есть они с Алексеем сейчас там находятся. По условиям содержания ничего неизвестно, он их не описывал. Отец написал, что сейчас их везут в Симферополь. В Армавире к нему приходил врач, папа попросил у него таблетки, на этом все закончилось. Состояние его здоровья ухудшается, он испытывает постоянные боли. Сейчас мы ждем, когда их обоих с Алексеем доставят в Симферополь, адвокаты пойдут к ним и будут составлять кассационную жалобу на решение апелляционного суда. Иллюзий мы не испытываем, потому что мы видим, как это все происходит: какое, так сказать, правосудие, какие судьи. Но будем бороться до последнего.

Акция в поддержку фигурантов «дела «украинских диверсантов» в Киеве, сентябрь 2019 года
Акция в поддержку фигурантов «дела «украинских диверсантов» в Киеве, сентябрь 2019 года

Михаил Гончар призывает и дальше оказывать на Россию международное давление для освобождения Штыбликова, Бессарабова и Дудки.

– Их фамилии значатся в списке Freedom House, в резолюции Европейского парламента от 18 июля 2019 года. Украинский омбудсмен Людмила Денисова сообщила, что они находятся в списках на возможный обмен с нашей стороны. Но мы прекрасно понимаем, что путь к этому непростой. Поэтому очень важно, что, например, представитель США при ОБСЕ Гэрри Кэмиан недавно сделал особый акцент на необходимости дальнейшего освобождения политзаключенных – граждан Украины, находящихся в российских тюрьмах.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG