Доступность ссылки

«Вместе учились, теперь вместе сидят». О задержанных ФСБ России в Строгановке крымскотатарских активистах


Уголовные дела, которые российские силовики открывают в Крыму по обвинениям в участии в запрещенной в России «Хизб ут-Тахрир», адвокаты и журналисты делят по группам: «ялтинская группа», «первая бахчисарайская группа», «вторая бахчисарайская группа», «севастопольская группа», «красногвардейская группа», «симферопольская». Ровно два месяца назад, 27 марта, в Симферопольском районе российские силовики провели обыски и задержания, после которых появилась новая группа обвиняемых в террористической деятельности – «вторая симферопольская». Среди задержанных 27 марта – жители поселка Строгановка: Ремзи Бекиров, Руслан Сулейманов, Осман Арифмеметов, Владлен Абдулкадыров, Эрфан Османов, Меджит Абдурахманов.

Поселок Строгановка находится в пятнадцати минутах езды от Симферополя. В 2016 году здесь арестовали троих человек по подозрению в участии в организации «Хизб ут-Тахрир», обвинив двух братьев, тренеров по восточным единоборствам Теймура и Узеира Абдуллаевых, а также предпринимателя Айдера Салединова в террористической деятельности. Два месяца назад российские силовики провели обыски в Симферопольском районе, в местах компактного поселения крымских татар: в селе Строгановка, микрорайне Каменка, селе Белом и поселке Айкаван. В результате было задержано 23 крымских татарина. Еще один, Эдем Яячиков, до сих пор находится в розыске.

Практически все задержанные – активисты, волонтеры, общественные защитники или гражданские журналисты, участники общественного объединения «Крымская солидарность». По словам адвокатов, в метариалах следствия сообщается, что слежка за задержанными велась с января 2016 года, уголовное дело возбудил старший следователь ФСБ России, подполковник Сергей Махнев.

Строгановка, май 2019 года
Строгановка, май 2019 года

​Халиде Бекирова, супруга арестованного корреспондента российского оппозиционного издания «Грани.ру» Ремзи Бекирова, теперь работает водителем для всех жен и детей, в чьих семьях арестовали родных. Рассказывает, что Ремзи отправил ее на курсы по вождению год назад.

«Он так мне и сказал: если меня заберут, ты должна сама уметь позаботиться о себе и о детях, ты должна уметь водить машину», – вспоминает Халиде Бекирова.

Халиде Бекирова
Халиде Бекирова
В 2014 году в беде оказался целый народ. Поэтому мой муж бросил все дела, взял мобильный телефон, бежал и снимал беспредел, который происходит вокруг
Халиде Бекирова

Ремзи закончил исторический факультет в Таврическом университете имени Вернадского, там же и познакомился со своей женой. По словам Халиде, супруг готовил ее к своему аресту морально и в бытовых вопросах, каждый день в течение пяти лет.

«Ремзи по своей натуре очень отзывчивый человек, и если у кого-то беда, он бросает все свои дела и бежит на помощь. В 2014 году получилась такая ситуация, что в беде оказался не один, не два человека, а в беде – целый народ. Поэтому мой муж бросил все дела, взял мобильный телефон, каждый раз бежал и снимал весь тот беспредел, который происходит вокруг. А, учитывая, что мы никогда не использовали силовые методы в любой борьбе, то единственное оружие, которое было у мужа – это слово истины», – рассказала она.

Арестованный в тот же день Руслан Сулейманов жил в доме по соседству. Он тоже окончил Таврический университет имени Вернадского, специалист в области физики. Халиде рассказывает, что Ремзи, Руслан и Осман Арифмеметов учились в университете в одно время, только на разных факультетах.

Сначала они учились вместе, потом поселились на соседних участках, после начали вместе заниматься общественной деятельностью, а теперь вместе сидят
Халиде Бекирова

«Так интересно получилось: сначала они учились вместе и жили в одной комнате в общежитии, потом поселились на соседних участках, после этого начали вместе заниматься общественной деятельностью в «Крымской солидарности», а теперь вот вместе сидят», – говорит она.

До ареста, Бекиров, Сулейманов и Арифмеметов планировали построить детскую площадку на улице: выделили место, оборудовали его, поставили часть качелей, но закончить не успели – в домах прошли обыски, а их обвинили в терроризме и распределили по разным СИЗО в Ростовской области России.

«Наших мужей обвиняют в организации террористической ячейки, но и мы, и все соседи, которые сейчас массово пишут положительные характеристики для суда, знают: если эти люди и были организаторами, то организаторами детских праздников в Строгановке и организаторами детской площадки, которая теперь так и стоит не законченная», – говорит Халиде Бекирова.

Дети арестованных крымскотатарских активистов возле незаконченной детской площадки
Дети арестованных крымскотатарских активистов возле незаконченной детской площадки
Он настоящий любимчик детей. Когда мужа задержали, мне звонили родители детей, с которыми он занимался, они были просто в шоке: «Кто? Осман террорист? Бред какой-то!»
Алие Нежмединова

Третий дом по улице – Османа Арифмеметова. Его жена Алие не находилась в помещении в момент обыска, она была у своих родителей. Муж находился в российском Ростове-на-Дону, где его в последствии и задержали.

«Меня разбудила с утра золовка вопросом: «Что у вас там в Строгановке происходит?». Я удивилась, говорю: не знаю. А потом зашла в Фейсбук и все увидела. Когда я вернулась домой, то увидела, что дверь не просто вскрыта, она вырвана вместе с коробкой», – вспоминает Алие.

Осман Арифмеметов, преподаватель математики и информатики, в последнее время преподавал детям информатику на дому. Алие показывает видео на ее телефоне, где Осман с детьми пишут программу для собственной компьютерной игры.

Дети и жена Османа Арифмеметова возле двери, выбитой при обыске
Дети и жена Османа Арифмеметова возле двери, выбитой при обыске

«Он настоящий любимчик детей. Когда мужа задержали, мне звонили родители детей, с которыми он занимался, они были просто в шоке: «Кто? Осман террорист? Бред какой-то!». Так они мне говорили», – рассказала Алие Нежмединова.

На другой улице живет семья Владлена Абдулкадырова, активиста и волонтера «Крымской солидарности». Его жена Гульзар осталась одна с тремя несовершеннолетними дочерьми. Самой младшей на момент ареста отца было 17 дней.

Самое ужасное, что дети в момент ареста отца понимали, куда его забирают. Все разговоры о папе заканчиваются слезами
Гульзар Абдулкадырова

«Самое ужасное, что дети в момент ареста отца понимали, куда его забирают. У их подружек, друзей, ребят, с которыми они играют во дворе, точно так же забрали родителя, просто произошло это раньше. Все разговоры о папе заканчиваются только одним: слезами», – говорит Гульзар Абдулкадырова.

Она отмечает, вместе с дочерьми ждет Владлена каждый день: «Любая ложь обречена на погибель. Потому что то, что навешали на наших мужей – это неправда».

Гульзар Абдулкадырова и двухмесячная Ниаль
Гульзар Абдулкадырова и двухмесячная Ниаль

Супруга Эрфана Османова, Акиме с улыбкой вспоминает момент знакомства с супругом. Рассказывает, что они познакомились на свадьбе: «У мужа музыкальное образование, он играл на свадьбе, а я была там гостьей. На свадьбе познакомились, а потом и сами поженились».

Муж стоял возле окна, смотрел на улицу и понимал, что там никого нет. Мы не знали, что людей, которые обычно первыми приходят на помощь, обыскивают так же, как и нас
Акиме Османова

Сейчас кейсы с двумя музыкальными инструментами Эрфана Османова лежат на верхней полке в шкафу. Акиме говорит, что самыми тяжелыми были первые минуты во время обыска.

«У нас обыск совсем рано начался, около 5 утра, еще темно на улице было. Я хорошо помню, как мой муж стоял вот так возле окна: грустный-грустный, смотрел на улицу и понимал, что там никого нет. Сообщить было невозможно, у нас сразу забрали все телефоны, и к тому же мы не знали, что людей, которые обычно первыми приходят на помощь, обыскивают именно в этот момент, точно так же, как и нас», – рассказала Акиме Османова.

Акиме Османова с сыном у себя дома
Акиме Османова с сыном у себя дома

В этом году, по словам жен задержанных, в Строгановке впервые за много лет не проведут детские мероприятия: «А кому их проводить? Главные организаторы веселья сидят в тюрьме. Даже на пятничную молитву мальчишек, их детей, теперь я вожу. У нас в округе фактически остались теперь одни женщины и дети», – говорит Халиде Бекирова.

Справка: Сотрудники ФСБ, МВД России и Росгвардии 27 марта провели в Крыму обыски в домах крымскотатарских активистов, в том числе активистов общественного объединения «Крымская солидарность». Всего было задержано 24-х активистов.

Обвиняемыми по этому делу проходят 25 крымских татар, 23 из которых вывезены в СИЗО Ростова-на-Дону, Таганрога и Шахты, один – Раим Айвазов – содержится в СИЗО Симферополя, еще один – Эдем Яячиков – исчез, его местонахождение неизвестно с 27 марта.

Правозащитный центр «Мемориал» признал политзаключенными 24 крымскотатарских активистов, задержанных российскими силовиками 27 марта в Крыму.

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG