В начале сентября бывший глава корпорации Google Эрик Шмидт, чьи компании сегодня поставляют украинской армии высокотехнологичные беспилотники, написал в колонке для Washington Post, что вернулся из недавней поездки в Украину "с сильнейшей с начала войны тревогой".
Киев долго опережал Москву в том, как быстро внедрял технологии и реагировал на новые вызовы поля боя, но сейчас этот отрыв быстро сокращается, считает инвестор.
"Когда Украина разработала дроны-перехватчики, способные уничтожать группы российских "Шахедов", Россия адаптировалась, начав применять более быстрые "Шахеды" с реактивными двигателями, которые гораздо труднее перехватить. Россия также развертывает спутниковую группировку, призванную составить конкуренцию Starlink – системе, которую украинские подразделения беспилотников используют для ударов по российским силам на оккупированных территориях Украины. Годами стратегия Кремля заключалась в том, чтобы противопоставлять украинским инновациям масштабы промышленного производства, но теперь он сочетает эти масштабы с собственными инновациями", – пишет Эрик Шмидт.
Американский предприниматель Эрик Шмидт
По его мнению, Россия за последние годы улучшила свои навыки ведения войны и движется к стратегии "тотальной войны", "мобилизуя свои заводы и людские ресурсы для бомбардировки Украины с целью заставить её подчиниться". Предстоящую зиму он назвал решающей для судьбы всей войны.
Немногим ранее экс-министр обороны Украины Михаил Федоров и вовсе заявил, что Киев, "медленно проигрывает" в войне. Он считает, что у украинского руководства "нет общего видения того, как победить" и что у Украины "есть несколько месяцев, чтобы принять ключевые решения, необходимые для перелома ситуации в свою пользу".
Парадоксальным образом тревожные оценки Шмидта и Федорова прозвучали на фоне сообщений о крайне низких темпах продвижения российской армии и Третий армейский корпус ВСУ с мая проводит операцию "Вивальди": по словам командования, за это время ВСУ вернули под контроль 176 квадратных километров украинской территории. На третьем этапе кампании российская армия потеряла две тысячи солдат убитыми и ранеными и еще 250 человек пленными, утверждает руководство корпуса. Независимого подтверждения этой информации нет, но на опубликованных кадрах можно насчитать около 60 российских пленных (неясно, впрочем, за какой промежуток времени они были захвачены). ВСУ на Лиманском направлении (север Донецкой области).
Радио Свобода попыталось разобраться, почему "работа над ошибками" внутри российской армии не приводит к существенным результатам на фронте, и может ли это измениться в ближайшее время.
От "Рубикона" до "Гераней". Успехи ВС и ВПК РФ
Российская армия действительно нарастила производство и применение реактивных беспилотников, против которых неэффективно большинство средств, которые ВСУ обычно применяют против российских БПЛА типа "Герань"/"Шахед".
Согласно документам украинских военных, с которыми ознакомилось агентство Reuters, за три летних месяца количество применяемых ВС РФ реактивных беспилотников выросло в шесть раз. Украинское издание "Милитарный" со ссылкой на информацию от Главного управления разведки в августе написало, что Россия в месяц производит около 3 тысяч реактивных БПЛА "Герань-4" и "Герань-5".
Разобранный беспилотник "Герань-4"
Россия применяет и другие дальнобойные средства поражения в виде "Бандероль" и "Дань-Т" также называют "дронами-ракетами" "Бандероль" и "Дань-Т". По данным ГУР, Россия способна производить до 80 "Бандеролей" ежемесячно. По отдельным оценкам, российские власти рассчитывают произвести до двух тысяч ракет "Дань-Т" до конца 2026 года и до 14 тысяч в следующем году.
Украинская армия разрабатывает и уже применяет дроны-перехватчики, способные сбивать реактивные беспилотники, но этих средств пока недостаточно, чтобы комплексно решить проблему. За неполных 27 дней сентября военный аналитик Клеман Молен насчитал 155 верифицированных ударов по Киеву – это значительно больше, чем в любой из других месяцев этого года.
"Ракетных ударов стало меньше, чем в августе и июле, что можно объяснить тем, что до города долетают и недорогие "Герань-4/5" и "Бандероли". Вероятно, Россия накапливает ракеты для зимних ударов", – отмечает он.
Центр стратегических и международных исследований в своем докладе обращает внимание на то, что России удалось превратить "Герань" в систему, которая непрерывно и быстро дорабатывается: разработчики создают, тестируют, внедряют и масштабируют удачные решения не годы или месяцы, а за недели. К похожим выводам приходят и журналисты издания Financial Times.
Последствия удара российского беспилотника по зданию Национальной академии наук Украины. Киев, 28 сентября 2026 года
Украинский военный аналитик Tatarigami и его группа Frontelligence Insight приходят к выводу, что российский военно-промышленный комплекс не только догнал украинский сразу в нескольких областях производства беспилотников, зачастую просто копируя существующие продукты, но и продвинулся вперед в том, как масштабирует производство оборудования для изготовления компонентов БПЛА и как развивает системы связи и управления, позволяющие применять дроны на средней и большой дальности без Starlink.
"Технологическое преимущество Украины, которым она обладала весной и летом 2026 года, быстро сокращается. Если Украина не сможет его сохранить, в течение следующего года Россия может выйти вперёд как по масштабам производства, так и по уровню технологий. Это не обязательно изменит общий ход войны, но украинскому военному руководству явно придётся заняться этой проблемой уже в ближайшее время", – отмечает Tatarigami.
Джон Хелин, сооснователь OSINT-проекта Black Bird Group и приглашённый научный сотрудник Атлантического совета, соглашается с тем, что российский ВПК стал лучше адаптироваться к реалиям войны. Он отмечает, что Россия значительно увеличила производство беспилотников, продолжила разработку новых более дешевых крылатых ракет, а также новых вариантов реактивных дронов и планирующих авиабомб большей дальности.
"Есть и разработки, которые пока не дали результата. Например, Россия пытается избавиться от зависимости от Starlink с помощью спутниковой системы "Рассвет". Проект развивается, однако сталкивается с серьезными техническими проблемами", – говорит специалист.
По словам Хелина, Россия также построила масштабную систему изучения боевого опыта с участием гражданских исследовательских учреждений и представителей оборонной промышленности.
Лучше адаптироваться к современной войне удалось не только ВПК, но и российской армии, говорит специалист, хотя этих изменений недостаточно для того, чтобы судить по ним о положении на фронте.
Одним из наиболее ярких примеров качественных изменений он называет развитие Центра беспилотных систем "Рубикон" – передового подразделения БПЛА в российской армии, которое расширило возможности ударов по украинской логистике и операторам дронов за линией фронта. По словам эксперта, такие подразделения теперь есть практически во всех российских соединениях, а специализированные центры распространяют накопленный опыт по всей армии.
Россия также адаптирует свою наземную тактику к насыщенному беспилотниками полю боя. В прошлом году российская тактика просачивания сквозь украинские позиции стала одним из важнейших факторов российского продвижения, а сейчас, отмечает аналитик, российские силы пытаются вернуться к механизированным маневрам, сочетая мотоциклы и другую лёгкую технику с танками и БМП: бронетехника принимает на себя огонь, позволяя более лёгким силам маневрировать.
Уничтоженный на войне в Украине багги
Одновременно Россия ищет способы защиты бронетехники от дронов. В качестве примера Хелин приводит комплекс активной защиты "Арена-М" против FPV-дронов, который российская армия испытывала на Добропольском направлении этим летом.
Королевский объединённый институт оборонных исследований в своем докладе приходит к еще одному выводу: российская армия учится быстрее восстанавливать управление и снабжение после украинских ударов. Уничтоженный штаб или склад не обязательно надолго парализует работу войск: командование может перейти на запасной пункт управления, а поставки могут осуществить по обходным маршрутам. Такая система может работать хуже прежней, но оставаться достаточной для того, чтобы продолжать боевые действия, отмечают исследователи.
Подводя итог, Джон Хелин подчеркивает, что способность российских военных выявлять и решать проблемы действительно заметно выросла и часто недооценивается в публичной дискуссии, но разработка решения ещё не означает его успешное распространение на всю армию.
БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:
Битва за «пояс крепостей»: что происходит на подступах к Славянску и КраматорскуЛожь и плохая слаженность. Почему Россия медленно продвигается
Тем временем украинская армия проводит наступательную операцию "Вивальди" на севере Донецкой области. По данным командования Третьего армейского корпуса, с мая по сентябрь ВСУ удалось вернуть под свой контроль 176 квадратных километров. В 2026 году украинская армия также наступала на стыке Днепропетровской, Запорожской и Донецкой областей – там с января по август ей удалось освободить 627 квадратных километров территории.
В целом российские войска продолжают продвигаться, но медленно и с большими потерями: в августе ВС РФ, по подсчетам OSINT-проекта Black Bird Group, продвинулись на 133 квадратных километра – это примерно на 300 квадратных километров меньше, чем годом и двумя годами ранее. Летом Радио Свобода подсчитало, что на каждом квадратном километре украинской территории российская армия теряет 290 военнослужащих убитыми и ранеными.
Одной из проблем российской армии Джон Хелин считает плохую слаженность соединений: многие из них уже долго находятся на передовой и понесли значительные потери.
"Штурмовые подразделения также сталкиваются с проблемой качества пополнения. России приходится предлагать всё более высокие выплаты для привлечения новобранцев. При этом возраст военнослужащих на передовой, по-видимому, растёт, а армия вынуждена принимать всё больше людей, мало подходящих для военной службы", – продолжает он.
Следующей проблемой специалист называет ложные донесения командиров о захвате украинских позиций и населённых пунктов. Как объясняет Хелин, такие доклады могут мешать ударам по украинским позициям, которые российская армия уже якобы захватила; иногда ложные доклады влияют на распределение подкреплений.
В результате недостоверная информация оказывается на картах военного начальства, а после – и высшего руководства, говорит специалист. В качестве примера он приводит заявление президента России Владимира Путина о захвате Святогорска на севере Донецкой области. Спустя некоторое время видео из центра города записал командир Третьего армейского корпуса ВСУ, генерал Андрей Билецкий, опровергнув тем самым слова Путина.
"Командиры на местах пытаются привести реальность в соответствие со своими докладами, нередко тратя значительные материальные и людские ресурсы на захват позиций, о взятии которых они уже отчитались. Всё это накладывается на существующие проблемы управления войсками", – говорит аналитик.
К современной войне адаптируется и Украина, подчёркивает эксперт. ВСУ, по его словам, научились противодействовать российской тактике просачивания, которая способствовала продвижению российской армии в прошлом году, и повысили эффективность дронов на фронте, параллельно стараясь снизить результативность беспилотных подразделений противника.
"Россия создала масштабную систему изучения боевого опыта и действительно пытается разными способами адаптироваться к нынешним условиям войны, но её постоянно сдерживают устройство самой армии и культура командования, а непрерывные бои мешают подразделениям на передовой внедрять наиболее удачные практики", — говорит Хелин.
Чтобы по-настоящему извлечь уроки из этой войны, может понадобиться надолго вывести подразделения с фронта, но и тогда эти процессы могут быть ограничены все теми же системными факторами, предупреждает он.
БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:
Поле боя на планшете. Как ВСУ используют ИИ и цифровизацию в войне против РФТяжелая зима. Может ли ситуация измениться в ближайшем будущем
Джон Хелин считает маловероятным, что более глубокая адаптация России к реалиям войны в ближайшее время повлияет на состояние линии фронта.
Специалист ожидает, что осень ограничит российские операции. С одной стороны, с исчезновением листвы станет сложнее "просачиваться" через украинские позиции. С другой стороны, плохая погода снизит и возможности украинских беспилотников. Зимой же российская наступательная активность за годы войны нередко снижалась, напоминает эксперт.
Даже новая мобилизация, слухи о которой последнее время ходят в СМИ и соцсетях, по оценке Хелина, вряд ли существенно повлияет на поле боя в этом году: она позволила бы пополнить существующие подразделения, но подготовка новых частей для более масштабных операций потребует времени.
"Если же российскому командованию удастся мобилизовать значительные силы и, например, новым соединением создать угрозу для Украины с северо-востока, ВСУ придется реагировать и задействовать свои немногочисленные резервы. Это могло бы открыть новые возможности для российской армии в Донбассе", – размышляет эксперт.
Тем не менее после мобилизации 2022 года главной проблемой российской армии была не численность личного состава, а его использование, напоминает Хелин, поэтому потенциальный рост ВС РФ вряд ли бы обеспечил им быстрый успех.
Большей угрозой он называет российскую стратегическую ударную кампанию надвигающейся зимой. Глава программы развития ООН Александр Де Кроо отметил в комментарии Би-би-си, что Украину ждет "самая тяжелая зима с 2022 года", и предупредил о риске гуманитарной катастрофы, если российские удары оставят население без электричества и воды. О том, что страна готовится к трудной зиме, заявил и министр экономики Украины Александр Камышин.
По оценке Хелина, украинская энергетика ещё не восстановилась после прошлогодних ударов, и новая суровая зима может привести к серьёзным перебоям с отоплением и электричеством. Он напоминает, что прошлой зимой Виталий Кличко призывал киевлян по возможности покинуть город, и допускает, что предстоящая зима окажется еще тяжелее.
Генератор у ресторана в Киеве в часы без электричества, 18 января 2026 года
Возможный гуманитарный кризис потребует значительных ресурсов и может иметь долгосрочные последствия, но сам по себе вряд ли приведёт к резкому ухудшению положения или коллапсу на фронте, считает эксперт.
"Многое, впрочем, будет зависеть от масштабов возможного кризиса. Если украинскому государству придется направить больше ресурсов на решение проблем в тылу, это может дать россиянам возможность развить свои территориальные успехи", – оговаривается он.
БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:
Дипстрайки по тылу РФ: как украинские дроны меняют географию войны и бьют по российской экономикеМногозадачный союз. Готова ли Европа к "тотальной войне"
Экс-директор Google Эрик Шмидт считает, что Россия движется к стратегии "тотальной войны", и Украине для победы понадобится, чтобы Запад мобилизовал для Киева ресурсы в объёме, достаточном, чтобы превзойти Москвву и в производстве, и в готовности воевать дольше.
"Восхищаться стойкостью Украины – ещё не стратегия, а одной храбрости недостаточно, чтобы защитить её города или выиграть войну. Украина выиграла для Запада четыре года ценой крови своих солдат и благодаря изобретательности своих инженеров. Мы не можем позволить ей ещё одну зиму в одиночку противостоять российским бомбардировкам", – пишет он.
Европе приходится нести всё большую долю расходов на поддержку Украины. Общий объём финансовой помощи Украине со стороны Евросоюза, включая кредит на 2026–2027 годы, составляет около 300 млрд евро, из которых примерно 141 млрд приходится на военные нужды.
Флаги Европейского союза и Украины перед зданием Европейского парламента в Страсбурге, 7 марта 2022 года
Ряд политиков и экспертов считает европейскую помощь Украине недостаточной. Джон Хелин при этом отмечает, что за последние несколько лет европейский подход к поддержке Украины существенно изменился.
В качестве примера можно привести немецкий Специальный штаб по Украине (Sonderstab Ukraine) – работающее с июля 2022 года подразделение, специализирующееся на оперативных закупках вооружения для ВСУ. Оно работает быстрее обычной системы закупок для немецкой армии: отдельные сделки удаётся заключать всего за две недели.
Другой пример – чешская "снарядная инициатива", по которой правительство Чехии за деньги партнеров закупает по всему миру боеприпасы для Украины: к февралю 2026 года объем поставленных крупнокалиберных артиллерийских боеприпасов приблизился к четырем с половиной миллионам единиц.
Джон Хелин отдельно отмечает датскую модель финансирования закупок оружия у украинских производителей, а также говорит о важности нового европейского кредита для Украины на сумму 90 миллиардов евро.
Специалист, однако, подчёркивает, что финансирование украинского производства не означает возможность обеспечить все военные потребности Киева: в поставках некоторых вооружений, например ракет для зенитно-ракетных комплексов Patriot, Европа и Украина по-прежнему зависят от США. Финансирование также не равнозначно поставкам, продолжает Хелин: европейцам приходится одновременно расширять производство, комплектовать собственные армии и помогать ВСУ.
Владимир Зеленский на фоне ЗРК Patriot в Германии, 2024 год
"Все это требует времени, а потребности ВСУ быстро меняются", – говорит он.
Долгосрочная поддержка зависит и от политических решений, которые трудно предсказать, – от земельных выборов в Германии до выборов в Конгресс США, – поэтому Хелин не уверен, что нынешних европейских усилий обязательно хватит для поддержки Украины ещё на несколько лет интенсивной войны, особенно если Россия нарастит свои усилия.
"Украине нужны не только оружие и боеприпасы. Ей необходима финансовая помощь, чтобы поддерживать работу экономики и государства в целом, особенно на фоне усиления российской кампании стратегических ударов. Сохранять такие обязательства на протяжении нескольких лет, одновременно восстанавливая собственные вооруженные силы и решая внутренние проблемы европейских стран, – это уже совершенно отдельная задача", – говорит собеседник.
БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:
От обороны к контратакам. Продвижение ВСУ на фоне проблем в армии РоссииПобедитель не получает ничего. Кто проигрывает в войне
Джон Хелин лишь отчасти соглашается с заявлением Михаила Федорова о том, что Украина медленно проигрывает войну, но признается, что год назад, когда российская армия добивалась более значительных территориальных успехов, он разделил бы эту оценку гораздо увереннее. Сейчас, по его мнению, ситуация выглядит динамичнее.
"Российское продвижение существенно замедлилось, а украинским силам даже удалось вернуть под контроль значительные территории. Однако Украина по-прежнему находится в менее выгодном положении и остаётся уязвимой перед изменениями политики Европы и США", — говорит эксперт.
Российские удары по украинской энергетике, промышленности и логистике усиливают давление на экономику страны, отмечает Хелин. У России тоже серьёзные экономические трудности, но её предприятия и инфраструктура не подвергаются разрушениям сопоставимого масштаба, поясняет он.
"Очевидно, что Россия не добивается существенного прогресса в достижении своих целей в этой войне. В то же время она оказалась устойчивее, чем предполагали многие комментаторы. Разумеется, то же самое можно сказать и об Украине", — подчёркивает аналитик.
Впрочем, замедление российского наступления и локальные успехи ВСУ ещё не означают, что экономическое и стратегическое соотношение сил между Россией и Украиной стало устойчивым или что война близится к завершению, заключает Хелин.
Украинские военнослужащие 93-й бригады ВСУ в районе Дружковки Донецкой области, 22 августа 2026 года
Военный аналитик Tatarigami отметил в комментарии Радио Свобода, что согласен с оценкой Федорова лишь в более широком смысле: стороны дошли до той стадии войны, где они обе проигрывают.
"Масштаб разрушений, а также долгосрочные экономические и демографические последствия для обеих стран уже настолько велики, что становится все труднее представить, какая возможная "победа" могла бы перевесить уже нанесенный ущерб. В этом смысле каждый дополнительный день войны означает дальнейшие потери для обеих стран", – говорит он.
Если же говорить строго о военной динамике, эксперт не считает, что общий тренд за последний год существенно изменился. Он по-прежнему описывает ситуацию скорее как "близкую к тупиковой", чем как ту, в которой одна из сторон явно проигрывает.