Доступность ссылки

Британский министр иностранных дел Борис Джонсон променял свой визит в Россию на переговоры в рамках Группы семи. В Москву он должен был прибыть в понедельник. Эта поездка должна была стать первым официальным визитом главы МИД Соединенного Королевства в Россию за последние пять лет. Однако на фоне сообщений в Сирии, где режим президента Башара Асада подозревают в применении химического оружия, британский министр решил обсудить сирийский вопрос с ближайшими партнерами, а не с руководством России, которое поддерживает сирийского президента.

Об этом в программе «Ваша Свобода» говорят корреспондент Радіо Свобода в Лондоне Богдан Цюпин, директор Центра ближневосточных исследований Игорь Семиволос и российский политолог Андрей Окара.

– Богдан, как в Лондоне оценили решение Бориса Джонсона не ехать в Москву?

Цюпин: Решение Джонсона не ехать в Москву было неожиданным, но, с другой стороны, было трудно понять, как он мог быть и в Москве, и в то же время участвовать во встрече министров иностранных дел стран «Большой семерки» в Италии. Представители оппозиционной Лейбористской партии ставят под сомнение правильность такого шага. Великобритания и Россия уже более десяти лет не могут наладить отношения. Возможно, надо искать причину в 2006 году, когда в Лондоне был убит радиоактивным ядом бывший сотрудник ФСБ Александр Литвиненко.

‒ В Москве сказали, что, мол, Великобритания не имеет реального влияния на международной арене, поэтому «не считаем, что диалог с Лондоном нам нужен больше, чем ему самому». Насколько корректным является такое заявление?

Цюпин: Великобритания ‒ член пятерки Совбеза ООН, ведущий член НАТО, одна из ведущих стран мира, когда речь идет об экономическом, финансовом весе. Это какие-то эмоциональные вещи, возможно, даже несерьезные. Есть очень серьезные проблемы, серьезные разногласия и критика того, что Москва делает в Сирии и в Украине.

Богдан Цюпин

Богдан Цюпин

‒ Господин Семиволос, можно ли говорить, что есть коренные изменения ситуации в Сирии после вероятной химической атаки и ракетных ударов американской авиации по сирийской базе, как об этом сказал Джонсон после отмены своего визита в Москву?

Мы видим демонстрацию силы США, готовности действовать самостоятельно

Семиволос: Я не стал бы утверждать, что состоялась точка невозврата. Мы видим демонстрацию силы США, готовности действовать самостоятельно, готовности действовать вопреки всей предыдущей политике. И это такой «задел» на будущее. Но говорить о том, что США смогли предложить новую стратегию в отношении Сирии, пока рано. Ракетные удары ‒ это, несомненно, очень сильный аргумент. Очень надеюсь, что это не является эмоциональным, хотя так выглядит. Скорее, если бы предложение к диалогу. США, с одной стороны, реализуют предвыборные обещания, что с Россией будут говорить с позиции силы.

‒ Чего стоит ожидать Путину как союзнику Асада в условиях, когда такие жесткие заявления звучат в адрес того, что происходит в Сирии?

Теперь США играют в ту игру, в которую играл Путин

Семиволос: Обвинения абсолютно справедливы ‒ Россия нарушила соглашение, заключенное в 2013-м между США и Россией о вывозе всего химического оружия с территории Сирии. Эта химическая атака наглядно демонстрирует, что Россия не выполнила соглашения. Это дает козыри Трампу, его администрации еще раз обвинить своих предшественников: мол, ваша политика привела к тому, что вы даже не были способны проконтролировать процесс вывоза оружия. Россия попадает в довольно сложную ситуацию. США на этом не остановились, начали расследование о возможной причастности России к этим химическим атакам. Это, скорее, выглядит, как предупреждение. Оно может вылиться во что-то более конкретное, оно может остаться ничем. Мы видим здесь политику повышения ставок. Теперь США играют в ту игру, в которую играл Путин, который в свое время повышал ставки и надеялся, что Запад испугается и пойдет на уступки.

Игорь Семиволос

Игорь Семиволос

‒ США вновь вернулись к тому, что будут настаивать на смещении президента Сирии Башара Асада. Насколько реально, что Запад может уговорить Путина отказаться быть союзником Асада?

Для Путина есть решение плохое и очень плохое. Хорошего решения здесь нет

Семиволос: Для Путина есть решение плохое и очень плохое. То есть хорошего решения здесь нет. Путин больше всего боялся глубоко войти в этот конфликт. С головой влезли в конфликт. Трудно сказать, что можно уговорить Путина в этой ситуации отказаться от Асада. Разве что предложить ему что-то такое, от чего он не может отказаться, как говорят в мафии. И мы слышали предложение из уст иорданского президента: давайте Сирию обменяем на Крым. Что-то подобное. Это нереально воплотить. Эти две истории развиваются параллельно, имеют определенную причастность, но не такую уж и большую. Поэтому убедить Путина отказаться от Асада будет довольно сложно. Это можно сделать только под очень серьезным давлением и под тем, что Путин окончательно проигрывает в этой войне. Ключевой вопрос: насколько далеко готова идти Америка для того, чтобы Путин проиграл в этой войне?

‒ Господин Окара, стоит ли ожидать изменения российской позиции в сирийском вопросе?

Один из главных месседжей российской пропаганды – что необходим «крестовый поход» против терроризма

Окара: Путин относится к политикам такого типа, которые под внешним давлением своих решений не меняют. Любой компромисс они рассматривают как трусость, проявление слабости. Поэтому пока Путин является президентом России, он не откажется от Крыма, и очень сомнительно, чтобы он отказался от поддержки Асада. Путин Асада не бросит, даже если тот будет тянуть самого Путина в историческое и политическое небытие, что сейчас и происходит.

‒ Господин Окара, россияне сейчас это поддерживают? И гарантирует ли это соответственно поддержку политики Путина?

Окара: Пропагандистская машина как работала, так и работает. Даже набирает обороты. Пропаганда повторяет, что Россия «встает с колен», «русские своих в беде не бросают». Более того, один из главных месседжей современной российской информмашины – что необходим «крестовый поход» вместе с Америкой против терроризма.

Андрей Окара

Андрей Окара

‒ Господин Семиволос, как Вы считаете, подобный удар может повториться?

Семиволос: Заявление, которое прозвучало на Совбезе ООН из уст американского представителя, – что США оставляют за собой право наносить удары по инфраструктуре и в дальнейшем – очень красноречиво. Это не означает, что США будут наносить удары. Но это означает, что если окончательно хотите не потерять ситуацию в Сирии, чтобы она не пошла к худшему, то стоит прислушаться. Не секрет, что Асад сидит на иранских штыках и российской авиации. Если удары по инфраструктуре продолжатся, то в ближайшее время увидим, что сирийская армия и иранцы просто начнут разбегаться в разные стороны ‒ режим очень хрупкий, спаянный только доминированием в воздухе.

‒ Выглядит тогда, что переговоры с позиции силы могут быть достаточно эффективными. А в ситуации с урегулированием конфликта в Донбассе постоянно слышим: решение конфликта силой невозможно. Нет ли здесь двойных стандартов в позиции западных партнеров?

Семиволос: Двойные стандарты ‒ это довольно распространенный в политике подход. Мы напрямую имеем столкновения с россиянами. Запад и США считают, что в этих условиях у нас нет шансов выиграть. Как только появятся шансы выиграть при их поддержке, увидите другую риторику.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG