Доступность ссылки

Вначале нас пытались штурмовать местные, потом прибыли «засланные казачки» – военный моряк из Крыма


Виктор Шмыгановский

Бывший заместитель начальника Южной военно-морской базы Виктор Шмыгановский прослужил в Крыму 19 лет. После аннексии, загрузив в «легковушку» личные вещи, телевизор, холодильник и аквариум, он вышел в Очаков. А сейчас Шмыгановский руководит Военно-морским лицеем, который передислоцировался в Одессу из Севастополя.

В марте 2014 года в поселке Новоозерное близ Евпатории оставленных практически без связи с командованием и родными украинских моряков в течение нескольких недель блокировали в воинской части. С третьей попытки – под прикрытием «зеленых человечков» – взяли штурмом: ворота возле контрольно-пропускного пункта снесли бульдозером. вспоминает капитан 1 ранга ​Виктор Шмыгановский​. ​

– С началом блокады в конце февраля военная связь между всеми воинскими частями сразу же была прервана, – вспоминает он. – Ее повредили российские диверсанты. Потом была заблокирована мобильная связь, а то, что работало, прослушивалось.

– Где находилась Ваша семья? Общаться получалось?

– Дети, которым тогда было 10 и 18 лет, были дома. За несколько дней до так называемого «референдума» о статусе Крыма родственники предусмотрительно вывезли их на материк. Жена у меня – тоже военнослужащая, она также была заблокирована на территории своей воинской части. Так и сидели, не общаясь – я у себя в части, она у себя. Их техническое подразделение, где находились безоружные четыре женщины и военнослужащий-мужчина, было захвачено двенадцатью вооруженными российскими военными.

Украинские военные в осаде. Фото из личного архива Виктора Шмыгановского
Украинские военные в осаде. Фото из личного архива Виктора Шмыгановского

– В Вашей части, в штабе Южной военно-морской базы, были готовы к боевым действиям?

– Морально – да, готовы. Но формально не было боевого приказа. Вышестоящее командование рекомендовало руководствоваться Уставом караульной службы, который к условиям «гибридной войны» никак не применим. Сложно оценить, к чему бы привело в перспективе, примени мы тогда оружие без соответствующего на то приказа. Особенно с учетом того, что на восточных границах стояла почти 100-тысячная российская армия и Украину могли обвинить в начале военного конфликта.

На заблокированной территории воинской части военнослужащие выстроились в виде тризуба. Фото из личного архива Виктора Шмыгановского
На заблокированной территории воинской части военнослужащие выстроились в виде тризуба. Фото из личного архива Виктора Шмыгановского

– Люди, которые под триколорами осаждали штаб Южной военно-морской базы в Новоозерном, были местными?

– Дважды нас были готовы штурмовать подстрекаемые провокаторами местные жители. Оба раза путем переговоров мы их сдержали.

Для людей, с которыми ходили в гости друг к другу, мы вмиг стали «врагами», «бандеровцами»

Для людей, с которыми мы ходили в гости друг к другу, вместе отмечали праздники, мы, украинские военные, вмиг стали «врагами», «бандеровцами». Это при том, что примерно каждый третий житель Новоозерного имел гражданскую работу в украинских воинских частях, а бюджет населенного пункта на 70% состоял из налогов военнослужащих. В поселке распространялись слухи, что нашим командирам платят за то, чтобы не сдавали часть – патриотизм, мол, купленный. Сейчас понимаю, что распространение слухов, дискредитация командования тоже элементы войны, называемой «гибридной». Позже под видом «самообороны» были привезены жители других населенных пунктов. Впереди «зеленых человечков» встали женщины.

После почти трехнедельной блокады наша воинская часть (штаб Южной военно-морской базы в Новоозерном – КР) перешла под контроль России. Это произошло 19 марта. Крым покинули около 35% личного состава. Сопротивление продолжали базировавшиеся в озере Донузлав большой десантный корабль «Константин Ольшанский», тральщики «Черкассы», «Геническ» (эти корабли были захвачены 24-25 марта – КР)

В результате штурма 19 марта 2014 года Южная военно-морская база ВМС Украины перешла под контроль России. Фото из личного архива Виктора Шмыгановского
В результате штурма 19 марта 2014 года Южная военно-морская база ВМС Украины перешла под контроль России. Фото из личного архива Виктора Шмыгановского

– Почему заблокированные в Донузлаве корабли ВМС Украины не смогли выйти из бухты?

– Во-первых, озеро имеет сложный рельеф. Чтобы набрать достаточную скорость, кораблю необходимо пройти четыре поворота («колена», как говорят военные моряки). Во-вторых, поступил приказ исполняющего обязанности командующего ВМС Украины контр-адмирала Дениса Березовского вернуть корабли к причалам. (Вскоре Денис Березовский перешел на сторону России – КР).

Затопив на выходе из озера Донузлав несколько своих буксиров и противолодочный корабль, российские оккупанты тем самым создали преграду для выхода наших кораблей к «большой» воде.

Тральщик «Черкассы» на стоянке в Донузлаве
Тральщик «Черкассы» на стоянке в Донузлаве

– Какие чувства испытываете сейчас, спустя три года, по отношению к сослуживцам – штабистам и экипажам военных кораблей, перешедшим на сторону России?

– Раньше была злость. А теперь, знаете, просто отвращение. У предателей нет ни человеческого достоинства, ни воинской чести. Предавший однажды, сделает это снова. Им воздастся «по заслугам».

Как стало известно Крым.Реалии, история сопротивления экипажа морского тральщика «Черкассы», который российские военные штурмовали с быстроходных катеров и боевых вертолетов, но который так и не спустил украинский флаг, ляжет в основу сюжета кинофильма. Съемки полнометражной художественной ленты режиссера Тимура Ященко начинаются в апреле. Консультантом в фильме выступает командир корабля Юрий Федаш. Сейчас он служит в Одессе. Украине тральщик «Черкассы» не был возвращен.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG