Доступность ссылки

«В Украине мало специалистов, понимающих процессы деоккупации» ‒ Юсуф Куркчи


Юсуф Куркчи

Как украинские власти планируют выстраивать отношения с крымчанами после деоккупации полуострова? Над какими инициативами работают в Министерстве по оккупированным территориям? Почему в Крыму, вопреки санкциям, продолжают работать представительства европейского бизнеса?

Об этом в рамках марафона Радио Крым.Реалии «Сто дней эфира в Крыму» говорим с первым замминистра по оккупированным территориям Юсуфом Куркчи.

Громенко: Чем сегодня занимается Министерство по оккупированным территориям? Все ли программы запущены, достаточно ли денег на следующий год?

Нельзя сказать, что в Украине есть много специалистов, которые понимают процессы деоккупации
Юсуф Куркчи

Куркчи: Мало иметь хорошую идею и материальный ресурс ‒ необходим еще профессиональный ресурс. К сожалению, нельзя сказать, что в Украине есть много специалистов, которые понимают процессы деоккупации или вынужденных переселенцев в том объеме, который у нас есть ‒ полтора миллиона человек, что сравнимо с некоторыми странами в Европе.

Большую часть запланированного мы смогли (реализовать ‒ КР). Но мы не можем быть довольны результатом, поскольку процесс обучения персонала, доказывания нашим коллегам актуальности и приоритетности этих проблем до конца еще не решен. И, как следствие, ‒ сумма в бюджете, заложенная на развитие министерства в следующем году, нас совершенно не устраивает.

Некречая: С другой стороны, это возможность построить что-то новое с нуля, имея опыт других ведомств. Есть ли такая возможность?

В каждом министерстве должен быть замминистра с полномочиями касательно вопросов Крыма и оккупированных территорий
Юсуф Куркчи

Куркчи: Министр предложил модель, когда над одной проблемой работает определенная команда, не связанная забетонированной структурой. То, что касается работы с другими министерствами и Кабинетом министров, то здесь есть четко регламентированные вещи, которые ты не можешь обойти. Наши идеи, что для министерства должен быть создан другой механизм принятия решений, не были приняты. Как и то, что в каждом министерстве должен быть замминистра с полномочиями касательно вопросов Крыма и оккупированных территорий. Это помогло бы нам решать вопросы, но, к сожалению, пока нас не понимают.

Громенко: Буквально недавно выяснилось, что в Крыму, несмотря на санкции, работают некоторые европейские бренды, например, Puma и Adidas. Чем должна закончиться эта история?

Куркчи: Ситуация с европейскими товарами похожа на ситуацию с транспортом. Люди ездят не потому, что есть рейсовый автобус, а потому, что им нужно добраться из точки А в точку Б. Если есть спрос, то, естественно, бизнес будет откликаться. Другой вопрос, насколько правомерны действия собственников бренда. Возможно, они не контролируют полностью, в каких точках открывается их магазин.

Но мало говорить о контрафактной продукции и незаконном использовании лейблов. Ведь там были и магазины, которые брендированы как правильные. Мы за этим следим, передаем документы в соответствующие органы, где осуществляются проверки. То же было со строительной техникой на Керченском мосту, то же будет и со всеми другими проявлениями.

Громенко: Один из самых болезненных вопросов, который входит в компетенцию вашего министерства, ‒ определение того, кто на неподконтрольной территории является коллаборантом, а кто ‒ заложником. Где грань? Когда выйдет документ о том, как их отличить?

Закон, который будет определять степень вовлеченности гражданина в работу оккупационной власти и степень его вины, обсуждается
Юсуф Куркчи

Куркчи: Мы считаем, что такой документ должен появиться накануне входа Украины на территорию Крыма. Потому что это даст возможность в тот момент вести диалог с определенными группами людей. Если же мы сегодня объявим этих людей виновными, то сами себе создадим проблемы. Во-первых, их вину нужно доказать, во-вторых, достичь того, чтобы виновный понес наказание. Я не думаю, что сегодня мы можем это сделать. Закон, который будет определять степень вовлеченности гражданина в работу оккупационной власти и степень его вины, на повестке дня и обсуждается.

Но это не единственный закон, который должен появиться. Очень много моментов связаны с тем, кто будет в судебной власти. Также идет дискуссия о том, сколько будет продолжаться переходный период. Но пока у нас нет уверенности в том, что наши предложения будут приняты. Скорее всего, нам придется быть очень мобильными и оперативными в плане реагирования на ситуацию. Сегодня, например, только служащих в органах полиции оккупационной власти около 19 тысяч. Это в два раза больше, чем было, когда Украина потеряла свою юрисдикцию над полуостровом. То есть с восстановлением юрисдикции нам нужно будет найти порядка 8-10 тысяч полицейских, которые смогут выполнять функции охраны правопорядка. А что говорить об учителях? Будем менять всех или только истории и русского языка?

Громенко: Это я, как представитель общественности, и спрашиваю у вас.

Если мы говорим о справедливости, то это не должен быть один шаблон для всех
Юсуф Куркчи

Куркчи: Нет ни одного человека, который бы свою профессиональную или общественную деятельность обозначил бы только одной идентичностью. Если это учитель физики, но он участвовал в какой-нибудь избирательной комиссии… Нужен индивидуальный подход. Если мы говорим о справедливости, то это не должен быть один шаблон для всех. Я думаю, должна быть комиссия, которая будет определять, есть ли состав преступлений, которые будут рассматриваться судом.

Громенко: Для того, о чем вы говорите, нужно три-четыре закона. Базовый закон о коллаборационизме или примирении, закон об организации квалификационных комиссий, а также закон об амнистии. Вы хотя бы приступили к их разработке?

Юсуф Куркчи
Юсуф Куркчи

Куркчи: На нашей площадке есть уже группы, работающие над законами такого уровня. С момента оккупации российскими властями на разных уровнях принято около 2,5 тысяч нормативных документов. Если говорить о количестве законодательных актов, принятых Украиной, то это сравнение будет не в нашу пользу.

Некречая: Какая роль президента и премьер-министра страны в этих вопросах?

Куркчи: Нужно разделять уровни. Министерство определено как орган государственной власти, центральный орган, который формирует эту политику. И эту политику должен реализовать Кабмин. Если вы увидите риторику президента, то поймете, что никто от населения и от территории не отказывается.

Некречая: Это и риторика западных партнеров. Но этой фразы не хватает, скоро будет уже четыре года оккупации. От кого должна исходить инициатива? От президента или экспертного сообщества, как в случае с автономией крымских татар?

Есть политические силы, которым выгодно спекулировать на том, чтобы вопрос не решался
Юсуф Куркчи

Куркчи: По разделу десятому (Конституции Украины ‒ КР) и автономии работает рабочая группа конституционной комиссии. Инициатива президента, которую он несколько раз озвучивал, начала иметь форму практической реализации. Но эта инициатива еще должна пройти законодательную легитимизацию через голосование в Верховной Раде Украины.

Что касается инициатив нашего министерства, мы их все прорабатываем с экспертным сообществом. Последний пример ‒ законопроект, который был внесен Мустафой Джемилевым, о политических узниках, преследуемых Российской Федерацией в Крыму, еще в июле. Но он до сих пор не рассмотрен. Потому что есть политические силы, которым выгодно спекулировать на том, чтобы вопрос не решался.

(Над текстовой версией материала работала Катерина Коваленко)

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG