Доступность ссылки

Жизнь и подвиги летчика Амет-Хан Султана на фоне истории страны и ее авиации


«Судьба сталинского сокола» – большая книжка, в ней 730 страниц, список подготовительной литературы составляет 64 наименования, не считая других источников. Ее автор, в то время ответственный секретарь Крымской организации и член Президиума Национального союза писателей Украины Самадин Шукурджи, проделал титаническую подготовительную работу. Книга издана в Симферополе, в 2012 году издательством «Оджакъ».

Книга необычна, во-первых, тем, что содержит фактически всю биографию и многие неизвестные до этого подробности жизни Амет-Хан Султана. Ведь как в Крыму многие привыкли говорить об Амет-Хан Султане – дважды Герой, летчик-ас, патриот страны, своего крымскотатарского народа. Ура! Ура!

Все верно. Но за этим патриотическим портретом часто не видно живого человека, не видно жизненных и политических коллизий, в которых жил и действовал конкретный человек. Самадин Шукурджи показывает Амет-Хана не только как героя конкретной исторической эпохи, но и в связи со многими деталями – в любви, в семье, среди коллег-летчиков, во время встреч с крымчанами, жителями Алупки, командирами и подчиненными, с конструкторами авиационной и космической техники, с Климентом Ворошиловым, с активистами крымскими татарами, с сотрудниками Особых отделов, с жителями страны. В принципе этого было бы более чем достаточно для биографического романа, чтобы восстановить действительную историю жизни дважды Героя, но автор идет дальше.

Книга особенна тем, что жизнь Амет-Хан Султана показана на широком фоне истории советской авиации и космонавтики со всеми ее достижениями и упущениями, сложностями. Автор подчас вдается в далеко не всем известные технические детали, как например, в сравнение советских, американских и английских самолетов, поставленных по ленд-лизу, с немецкими, приводит множество цифр и характеристик, названия самолетов и других летательных аппаратов, подробные биографии героев, описывает технику разработанных Амет-Ханом приемов пилотирования, и от этого повествование становится выпуклым и зримым, от чего книгу хочется читать внимательно и подробно.

Памятник Амет-Хан Султану в Киеве
Памятник Амет-Хан Султану в Киеве

Особенность довоенного и военного периода жизни страны и биографии Амет-Хан Султана состоит в двойственности психологии советских людей. Когда на собрании летчиков замполит прочитал бессодержательные, но полные пафоса статьи об Амет-Хан Султане из газеты «Красный Крым» за 24 сентября 1943 года, в которых Амет-Хан сравнивался с Чора-батыром, с джигитом Алимом Азаматом, а передовая статья которой заканчивалась словами «Отважный джигит, выросший в гор. Алупке под лучами южно-бережного (так в оригинале – авт.) солнца, Амет-Хан Султан достойный преемник своих предков-героев, боровшихся за счастье татарского народа рука об руку с великим русским народом. Слава Сталинскому соколу!», то летчики его поздравляли, по сигналу «Качать его!» схватили и подбрасывали вверх. Он искренне благодарил коллег, но чрезмерный пафос статьи оставил горький осадок. Он думал: «Замполит делает свою работу. Но при чем здесь «сталинский сокол»? (в отличие от газеты, в книге слово «сталинский» автор пишет с маленькой буквы – авт.) Я не сталинский сокол, я сокол своего крымскотатарского народа. Там, в статье, об этом сказано: какого народа я сокол. У этих коммунистов собственнические замашки, как у обезьян-бабуинов: любят все присваивать, даже людей. Рабовладельцы и работорговцы...» (стр. 227).

Двоякое чувство вызвало у него и поздравление, подписанное Секретарем Крымского обкома ВКП (б) В. Булатовым, Председателем президиума Верховного Совета Крымской АССР А. Менбариевым, Председателем Совнаркома И. Сейфуллаевым. Амет-Хан думал: «Час от часу не легче... Когда закончится эта нелюбовь к другим народам?.. Народ лишь заложник фашиствующих молодчиков. Вот и все. А эти тоже туда же: говорят о «немецкой нечисти», словно весь немецкий народ пришел и захватил Крым, а не его отщепенцы и недалекие отпрыски. О том, что, как и в Германии, в так и в СССР, многие их удерживали и боролись за то, чтобы предотвратить войну, об этом не говорят. И чем порядки в СССР лучше, чем в Германии? Два сапога пара. Что там, так и здесь, одни и те же реакционные силы управляют страной».

Мог ли Амет-Хан Султан так думать в 1943 году? Мог, безусловно, ибо видел и знал все, что происходит вокруг. А «просвещенная Европа», как и постсоветские аналитики, пришли к этому выводу только спустя 70 лет после победы.

В одном бою, уже над Берлином, Амет-Хан Султан, используя свою методику пилотирования против атак новейших и превосходящих по боевым возможностям «Мессершмидтов», сбил, как он думал, фашистского летчика. Когда сбитого пилота пленили, он захотел встретиться в Амет-Ханом и отдал ему честь как победителю. Этот летчик оказался особенным, в некотором смысле даже крымчанином.

Бывший замкомандующего Туркестанским округом полковник ВВС СССР Виктор Мальцев, арестованный в 1938 году по ложному обвинению и прошедший через сталинские репрессии, но оправданный спецслужбами, работал перед войной директором санатория Аэрофлота в Ялте. При оккупации стал бургомистром Ялты, поступил в РОА генерала Власова, создал в Крыму успешные вербовочные пункты, и со временем стал генералом Вермахта. Возмездие настигло его 1 августа 1946 года, когда в Бутырской тюрьме он был казнен вместе с генералом Власовым и другими руководителями РОА. Однако в советском плену на всех допросах в Особых отделах он смело рассказывал о том, что причиной его измены Родине стали неправомерные сталинские репрессии, которые перед самой войной погубили цвет Красной Армии, цвет интеллигенции, лучших из лучших специалистов всех отраслей экономики, медицины, образования, культуры. И особисты слушали это, знали это, но продолжали прежнюю сталинскую линию репрессий. Поистине, адское время – убеждается читатель.

Таких подробностей книга содержит огромное множество. Автор, например, подробно пишет о ленд-лизе – объемах и ассортименте поставок материалов, оружия, боевых машин, и всего, что стало неотъемлемым фактором той победы, о том, как зарубежное оружие оценивали советские пилоты, другие специалисты. Разложенные по полочкам, эти сведения становятся убедительными аргументами против того, чтобы умалять и подвиг воинов советского народа, но и против того, чтобы умалять значение всемирной помощи советскому народу, оказанной по ленд-лизу, как это делает сейчас российская власть. И читателю ясно – без союзных республик, как и без международной помощи сталинский режим не смог бы победить во Второй мировой войне.

Эта книга расставляет все точки в мифах и легендах о жизни Амет-Хана Султана. Многие из них связаны с его семьей, проживавшей в Алупке. Я помню, еще в Крыму рассказывали, что известный летчик спас от депортации отца и мать, хотя на самом деле он в это время не мог быть в Крыму и о депортации узнал только из писем односельчан. Его семья также была депортирована вместе со всем народом. Но впоследствии он добился возвращения родных из депортации, как и оправдания незаконно осужденного брата.

После депортации крымских татар из Крыма Амет-Хан Султан прошел через тернии остракизма со стороны особистов, недоверия, опалы. Он был представлен к третьей награде звездой Героя за испытания нового вида оружия, но звание не было ему присвоено. Он много ходатайствовал за возвращение и оправдание своего народа, но бюрократия была непробиваема. Патриотизм, человечность и мастерство летчика испытателя, его верность в дружбе, победили все невзгоды, но не смогли победить советскую бюрократию, что и привело его к трагедии.

Немногие знают, как именно погиб Амет-Хан Султан, просто говорят, что при испытании нового вида оружия. Это правда, но не вся.

В своей работе летчики испытатели столкнулись с неоправданной спешкой, с риском, которого следовало избегать, с безответственным отношением к жизни испытателей, ценнейших специалистов своего дела. Самадин Шукурджи называет это явление «выпихизм», когда руководители института пытались во что бы то ни стало выпихнуть летчика на испытания, несмотря на смертельный риск, на почти верную гибель.

В Летном испытательном институте в Жуковском создавался и проверялся реактивный двигатель для новых типов самолетов. Для испытания двигателей использовался старый, списанный в воинских частях, изношенный до трещин фюзеляжа самолет-лаборатория Ту-16 ЛЛ. Трагедия случилась 1 февраля 1971 года. На летающую лабораторию поставили для испытания реактивный двигатель в несколько раз более мощный, чем двигатели самого самолета. Пилотировать самолет отказались многие другие летчики-испытатели, но Амет-Хана уговорили руководители испытаний – лететь, мол, больше некому! Когда во время испытательного полета реактивному двигателю дали полную нагрузку, фюзеляж ТУ-16 развалился в воздухе, порвал трубопроводы, по которым в подавалось топливо и окислитель, а вслед за развалом корпуса произошел взрыв, который и погубил всех находившихся в самолете летчиков и инженеров. Останки двигателя и самолета нашли на заснеженном поле, но… там не было кабины Ту-16.

Кабина летающей лаборатории была защищена титановой стенкой и в случае взрыва она отделялась от самолета автоматически, и должна была спускаться на парашютах. Взрывом кабину отбросило настолько далеко, что ее в условиях обильного снегопада искали три дня. И когда кабину нашли, пишет Самадин Шукурджи, «в кабине находились члены экипажа: левый и правый летчики, штурман, инженер... они были мертвы. В этот раз парашютная система кабины не сработала».

Все внимание было обращено на испытуемый двигатель, спускаемую систему кабины просто не проверили. И это стоило жизни лучшим летчикам-испытателям Летного института. Не в первый, и не в последний раз...

Николай Семена, крымский журналист, обозреватель Крым.Реалии

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG