Доступность ссылки

Абляким Эбуталыпов: «Местные люди нас окружили и боялись подойти»


18-20 мая 1944 года в ходе спецоперации НКВД-НКГБ из Крыма в Среднюю Азию, Сибирь и Урал были депортированы все крымские татары (по официальным данным – 194 111 человек). В 2004-2011 годах Специальная комиссия Курултая проводила общенародную акцию «Унутма» («Помни»), во время которой собрала около 950 воспоминаний очевидцев депортации. Крым.Реалии публикуют свидетельства из этих архивов.

Я, Эбуталыпов Абляким, крымский татарин, родился 13 июля 1936 года, уроженец села Айсерез (с 1945 года Междуречье – КР) Судакского района Крымской АССР. Я являюсь свидетелем и очевидцем того, как нас выселяли.

Наша семья была в количестве 11 человек, но отца Бекира Эбуталыпова (1891 г.р.) забрали раньше, в апреле 1944 года. 18 мая 1944 года выслали весь крымскотатарский народ, поэтому на момент выселения в семье было уже 10 душ: мать Аджер Эбуталыпова (1905 г.р.), брат Амет Эбуталыпов (1927 г.р.), брат Бекир Эбуталыпов (1928 г.р.), сестра Эмине Эбуталыпова (1930 г.р.), сестра Айше Эбуталыпова (1934 г.р.), я, Эбуталыпов Абляким (1936 г.р.), брат Абдуджемиль Эбуталыпов (1938 г.р.), сестры Эсма Эбуталыпова (1940 г.р.), Хатидже Эбуталыпова (1942 г.р.) и Зейнеб Эбуталыпова (1944 г.р.).

На момент депортации семья проживала в селе Айсерез. В 1943 году я пошел в 1-й класс Айсерезской сельской школы.

А в 18 мая 1944 года, рано утром в 4 часа, пришли к нам домой солдаты. Мама нас будила, «вставайте», мол, «поедем к отцу», а сама плачет. Я выбежал на улицу по своим делам и увидел солдат с ружьем, он мне махнул, чтобы я зашел домой. Мама одела маленьких. Когда мы собирались, мама открыла чемодан и складывала туда продукты, займы, ложки, вилки, серебро, 1 банку с 5 литрами масла, 1 банку меда.

У нас была пасека, 34 улья, отец смотрел за ними. Мы имели 1 корову, 1 бычка, 10 баранов, 2 лошади и бричку. Это все осталось, мы в чем были одеты, так и вышли. Мама взяла одно одеяло шерстяное, и мы все пошли вниз, где была кухня.

Место, где мы жили, называлось Арманлар. Наших родственников и соседей – всего 7 семей – всех загрузили на одну машину студебеккер как селедок. Когда старики начали возмущаться, солдат ответил, что машины больше нет. Вот и представьте себе, что могли мы с собой взять. На все это ушло 6 часов времени – с 4 до 10 часов.

В этой суматохе наш чемодан со всеми продуктами и документами украли солдаты

Машина поехала из села в сторону Феодосии. По пути нам не оказывали медпомощь, не обеспечивали питьевой водой, даже не пускали по нужде. Когда приехали в Старый Крым, наша машина остановилась и очень долго стояла. Мы не понимали, почему не едем. А потом узнали, что у машины нет масла, а дождь лил проливной. Мы все промокли, тогда и простудилась годовалая Зейнеб. Когда стемнело, мы поехали. Приехали в Феодосию на товарную станцию, машина подала задом к вагону (телячьему). Мы начали выходить из машины, а было очень темно, ни одной лампочки нигде нет. В это время солдат взял меня за руку и быстро закинул в вагон, я начал плакать, а мама с грудным ребенком ищет меня, «Абляким ёхтур», мол Аблякима нет. В этой суматохе наш чемодан со всеми продуктами и документами украли солдаты. После брат Бекир крикнул мое имя, я откликнулся. Потом начали забрасывать остатки вещей в вагон, закрыли двери и окна, только утром открыли окна. Стояла жуткая вонь, плач детей, рыдание больных. Потом я не помню, наверное, уснул, когда проснулся, мы уже ехали.

На пути, я не знаю где, но старший брат Амет пошел за водой к паровозу и отстал от поезда. Эшелон останавливался только на пустыре или в степи. Люди – мужчины и женщины отдельно – брали с собой одеяло или матрацы для укрытия друг от друга в то время как оправлялись.

Когда поезд остановился в степи, в песках, у машиниста попросили лопату и похоронили сестренку Зейнеб

Когда мы доехали до Сталинграда, наш эшелон остановился, стояли двое или трое суток. Мы обрадовались, что повезут назад домой, но не тут-то было. За это время первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана Усман Юсупов поехал в Москву к Сталину с просьбой, мол «этот народ – мусульмане, мне нужны рабочие руки для орошения новых земель для хлопчатника» (это утверждение не является историческим фактом – КР).

Таким образом, мы попали в Узбекистан. По пути в Узбекистан, в районе г. Китаб умерла сестренка Зейнеб, самая маленькая. Когда поезд остановился в степи, в песках, у машиниста попросили лопату и похоронили, а машинист хоть и был русский, но очень добрый и воду давал, а если давали команду на отправление, то он затягивал время, чтобы люди не отстали от поезда. Так нас привезли в г. Беговат, станция Хилково, потом погрузили в маленькие вагоны, так называемый мотовоз.

Весной 1945 года мы ходили в пекарню, искали кусочки горелого хлеба. И тогда умер братишка Абдуджемиль

Местные люди нас окружили и боялись к нам подойти, потому что им сказали, что приедут одноглазые людоеды. Они были одеты в белые шаровары и белые кафтаны как арабы. Все в белом, и мы их боялись. Нас погрузили на брички и привезли в совхоз ДВЗ (сокращенное от Дальверзин – КР), в отделение №3. Поселили в барак без окон и без дверей, мама повесила какой-то материал, который ночью украли. Утром встали, а из-под настила (это камыш плетеный) вылезли белые большие черви. Мы очень боялись, а мама плакала. Потом узнали, что это была конюшня, где держали лошадей.

Зимой 1944 года было очень холодно, еды не было и одежды. Я, Эсма, Абдуджемиль и Хатидже четверо лежали под одним одеялом 18 дней. Весной 1945 года мы ходили в пекарню, и в том месте, где высыпают золу, искали кусочки горелого хлеба. И тогда умер братишка Абдуджемиль.

В 1947 году отец нашел нас. Он был в г. Тула, работал в шахте. Когда он приехал, нас заедали вши. Он смастерил большое корыто и в нем кипятили всю одежду и одеяла, таким способом мы спаслись от вшей-паразитов.

До 1953 года мы ходили в комендатуру, подписывались через каждые 10 дней. И только в апреле 1953 года, после смерти Сталина, отменили подписку. Тогда мы начали общаться с родными и близкими, проживавшими на расстоянии до 50 км.

Первый призыв в советскую армию был в 1955 году, меня призвали в армию, служил я 3 года – один год в Казахстане, в г. Атбасар, и два года в Украине, Днепропетровская область, г. Пятихатка, в/часть 18050. Демобилизовался 22 декабря 1958 года. Окончил курсы шоферов и поступил на работу в Беговатский таксомоторный парк (АТП), с марта 1961 до мая 1992 года работал водителем автобуса ПАЗ-672. В 1992 году, 13 июня, вышел на пенсию.

В 1964 году женился, у меня две девочки и два внука. В 2007 году я переехал в Крым на родную землю. В настоящее время живу с женой, но очень трудно, никакой помощи мне не оказали, все приходилось делать своими силами, купили дом. Поэтому я требую от власти, чтобы все то, что отняли у меня, вернули и компенсировали. Я проживаю в поселке Октябрьское Красногвардейского района.

(Воспоминание от 18 января 2010 года)

К публикации подготовил Эльведин Чубаров, крымский историк, заместитель председателя Специальной комиссии Курултая по изучению геноцида крымскотатарского народа и преодолению его последствий

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG