Доступность ссылки

100 лет без примирения: Крым и революция. Дорошенковцы


Плакат «Да здравствует революция!», весна 1917 года

Что и почему происходило в Крыму после крушения Российской империи

Революция в Крыму закончилась на переломе 1920 и 1921 годов. Но и 100 лет спустя те события продолжают оставаться камнем преткновения в отношениях различных этнических и социальных групп внутри полуострова и вокруг него. Как Крым пережил 1917-1921 годы? Почему история этого периода не до конца осмыслена? И есть ли шанс примирение наследников противоборствующих сторон?

(Продолжение, предыдущая часть здесь )

О бое под Крутами в 1918 году слышал, наверное, каждый житель современной Украины. Но гораздо менее известен не менее славный бой за станцию Лозовая в декабре 1917 года. Это был первый бой первой советско-украинской войны, в котором первую победу одержал 1-й Симферопольский полк имени гетмана Петра Дорошенко!

Формирование полка

Своим появлением полк во многом Юрию Тютюннику - тогда прапорщику, а двумя годами позже - генералу Украинской Народной Республики. С ноября 1916 года он служил в 32-м запасном полку в Симферополе, сразу же после падения царизма включился в национально-революционное движение. Уже к середине марта 1917 года 25-летний Тютюнник стал адъютантом нового командующего симферопольским гарнизоном и одновременно - заместителем председателя гарнизонного совета.

Юрий Тютюнник, 1920 год
Юрий Тютюнник, 1920 год

Благодаря своему положительному сопротивлению Тютюнник сумел провести через совет, препятствие на пути сопротивления русских, идею создания украинской секции в гарнизоне - Украинского войскового клуба имени Петра Дорошенко. На первое национальное вече собралось до семи тысяч солдат и офицеров из более чем одиннадцати тысяч украинцев.

« Открыв собрание, я
поднимите руку : - Кто среди вас украинцы, поднимите руку вверх!
Взмыло не более трехсот рук.
- Малороссы! Поднимите руки!
Подняли руки около половины присутствующих.
- Хохлы! Поднимите руки!
Опять подняла руки добрая третье.
- Украинцы, малороссы и хохлы! Все вместе поднимите руки!
Над головами многотысячной толпы поднялся лес рук…

Речи интеллигентов «мужицким» языком произвели огромное впечатление на присутствовавших. Будто не дыша, слушали «дядьки в шинелях», а когда выступающий заканчивал, буря аплодисментов срывалась над головами и смешанные «слава» и «ура» неслись по улицам Симферополя».

Преодолевая и враждебность российского командования, и несознательность большинства земляков, Тютюнник и его соратники организовывали просветительские лекции и добились сведения всех украинцев в отдельные взводы в каждой роте.

Однако к следующему этапу – формированию полностью самостоятельной украинской части – сразу перейти не удалось. На выборах в гарнизонный совет победили противники украинизации, а начальник гарнизона был сменен. В ответ 24 мая 1917 года украинская громада Симферополя и дорошенковский клуб провели в честь Тараса Шевченко манифестацию, в которой приняли участие от 10 до 15 тысяч человек. Харитина Пекарчук, первая женщина, удостоенная военной награды УНР, вспоминала тот день:

«Маршировали они стройно главными улицами в направлении центра города, видимо, сами удивляясь количеству своих рядов. В их руках трепетали украинские флаги. Вслед за ними ехали арбы, на которых сидела молодежь, как местная, так прибывшая на работу из Херсонщины, Киевщины и Полтавщины. Их лица были полны благородного энтузиазма, потому что это впервые они осознали свою народную принадлежность и силу. На них была прекрасная народная одежда, девушки в венках. Удивленно и растроганно смотрела народная масса на наш поход, и радостными восклицаниями приветствовала участников. Юрий Воротов-Хвилинский вел шествие, а Юрий Тютюнник принимал парад (обоих их позже уничтожили большевики!), произнесено речи. «Просвите», – организации, которая в то время бесспорно была сердцем украинской громады, торжественно вручили прекрасный вышитый флаг. Лилось пение. Участие приняли и представители других городов, в том числе Алушты и Мелитополя, с которыми у нас с тех пор установилась близкая связь».

Юрий Тютюнник, генерал-хорунжий Армии УНР, руководитель Партизанского повстанческого штаба и командующий Украинской повстанческой армии во Втором зимнем походе 1921 года. Фото из уголовного дела 1929 года
Юрий Тютюнник, генерал-хорунжий Армии УНР, руководитель Партизанского повстанческого штаба и командующий Украинской повстанческой армии во Втором зимнем походе 1921 года. Фото из уголовного дела 1929 года

В конце митинга было объявлено о создании 1-го Симферопольского полка имени гетмана Петра Дорошенко. Вечером украинские солдаты собрались в одной казарме, над которой развевалось сине-желтой знамя, а у дверей выставлена вооруженная пулеметами стража.

На бурном заседании гарнизонного совета инициативу осудили и вынесли решение украинский полк разогнать, если потребуется – оружием. Но сил для этого явно не хватало. У Тютюнника же появились союзники:

«В президиум клуба прибыл поручик Ибрагимов, председатель татарской военной организации. Это был человек энергичный, решительный. Имел университетское образование. Все время татары поддерживали нас. Теперь поручик Ибрагимов просил у нас советы и поддержки. Мы посоветовали ему делать то, что мы уже сделали, и обещали свою поддержку. Через два дня на мусульманском кладбище прошел татарский праздник. Мне случилось быть в составе нашей делегации, которую выслала президиум клуба для поздравления татар. Праздник закончился маршем через город к казармам нашего полка, где татарам салютовали наши части».

О сотрудничестве с Мусисполкомом вспоминала и Пекарчук:

«Со временем мы даже начали издавать свою газету. Делали мы это сообща с татарами, которые только тоже начали было национально активизироваться и согласились покрывать средства издания. Кстати, здесь хочу вспомнить о наших взаимоотношениях с татарами, в частности во время после революции, когда каждый должен был думать о деле своего народа. Татары отнеслись в то время к нам безупречно. Их крымский комитет обнаружил в отношении к нам дружественность и солидарность».


Еще как минимум дважды – 28 мая и 13 июня – украинские солдаты с музыкой маршировали по городу. Сами же дорошенковцы закрепили решение о создании своей части на специальном собрании 29 мая:

«ПРОТОКОЛ

Общего чрезвычайного собрания совета и организационной комиссии Симферопольского украинского военного клуба имени гетмана П. Дорошенко, которое состоялось 29 мая 1917 года.

На собрание прибыли члены совета гг. Мацко, Титаренко, Тютюнник, Шиманский, Марков, Чутенко, Стадниченко, Богдан, Тищенко, Борт и из организационной комиссии более 50 членов, как солдат, так и офицеров.

По открытию собрания председателем совета прапорщиком Мацко, при писаре совета Богдане, председателем на это собрание единогласно из своей ячейки был избран прапорщик Титаренко и писарь Богдан.

Повестка дня:
1) О формировании Украинского запасного полка.
2) О посылку представителей в Феодосию к 35-му п.з.п., чтобы там начать организацию солдат украинцев.

При разборе первого пункта – о формировании Украинского полка, споров о существовании в г. Симферополе Украинского запасного полка никаких не было. Были споры, как это лучше сделать, чтобы не внести дезорганизацию в гарнизоне между солдатами. После различных речей, порой очень жарких, собрание поручило гг. подполковнику Белявскому, прапорщику Тютюннику, подпоручику Мартиничу и солдату Драхову выработать резолюцию этого собрания. После выработки и внесения некоторых поправок, была принята единогласно такая резолюция:

1) Организационная комиссия из выборных от всех рот 32, 33 и 38 п.з.п. РЕШИЛА: из всех солдат украинцев Симферопольского гарнизона в Симферополе объявить отдельный Украинский запасной полк.

2) Для этого роты, в которых большинство украинцы, объявляют себя украинским сотнями, выбирают себе сотников из офицеров украинцев.

3) Назначить общее собрание организационной комиссии и совета клуба, на которое пригласить начальника местного гарнизона и ознакомить его с делом формирования Украинского полка и просить принять участие в дальнейшей организации.

4) Украинские сотни на муштру (занятия) выходят под управлением сотников офицеров из украинцев, на отдельные места выбранных по согласию начальника гарнизона с советом клуба.

На второй вопрос о посылке представителей в 35-й полк РЕШИЛИ (большинством голосов) вовсе не посылать пока, опираясь на то, что надо сначала у себя закончить формирование Украинского полка, а потом начинать организацию и пропаганду в других местах.

Собрание закончилось в 2:00 ночи».

На следующий день собрание клуба решило «Уполномочить выбранную вчера делегацию просить начальника гарнизона немедленно телеграфировать военному министру о том, что организовался Украинский запасной полк из гарнизона г. Симферополя в количестве 5811 солдат и 36 офицеров, который просит утверждения».

Но в ответ того же 30 мая военный министр Александр Керенский велел перевести Тютюнника в 228-й запасной полк в Екатеринославе (ныне – Днепр). Впрочем, там он не задержался, отбыв в Киев на Второй всеукраинский войсковой съезд, но пути его с дорошенковцами разошлись. На обратном пути со съезда Тютюнник на три дня заглянул в Симферополь, и это был его последний визит на полуостров.

Александр Керенский
Александр Керенский

Кроме того, приказом командира 34-го запасного полка были сформированы 4 маршевые сотни, которые в начале июля отправлялись на фронт. Большинство из 600 солдат в них были украинцы, в том числе и Пекарчук.

Однако дорошенковский полк продолжать жить. 15 июня из Одессы в Симферополь для прохождения службы в 33-м запасном полку прибыл 19-летний прапорщик А[ндрей?] Орел:

«На окраине города на одной казарме я увидел огромный желто-голубой флаг с надписью: «3-я сотня украинского полка имени гетмана Петра Дорошенко». Тут, а не в 33-м полку должна проходить моя служба, – сложилось сразу мое решение… Факт, что я стал старшиной в этом полку. Полк был многочисленный, но еще продолжал пополняться из резерва трех полков царской армии: 32-го, 33-го, 34-го, – которые составляли бригаду, чей штаб тоже был в Симферополе. Большинство воинов этих полков были украинцы. Я получил назначение заместителя сотенного командира 7 сотни украинского полка. Больше старшин в этой сотне не было. То же и в других сотнях: по два-три старшины. К тому же все это были младшего ранга офицеры, молодого возраста».

Орел оставил короткое, но емкое описание своей части летом-осенью 1917 года:

«Во главе полка стоял атаман, двадцатипятилетний поручик Гордиев-Хвилинский. Численно полк быстро рос. В штаб каждого российского полка были высланы от нашего полка представители-старшины – вербовать украинцев. Российские штабы оказывали упорное сопротивление этой нашей работе. В качестве такого представителя в 33-м полку был я. Воины резерва массово переходили в наш полк. Переходили также унтер-офицеры, фельдфебели, писцы. Не переходили только офицеры, отделываясь от нас распространенным тогда: «я тоже малоросс, но против отделения». В августе 1917-го полк насчитывал тысяч 5-6 воинства. Опущу здесь жизнь полка, его борьбу за свое утверждение, за вооружение и снабжение. Все это было добыто в тяжелой борьбе с московской администрацией, до вооруженной демонстрации включительно. Тогда российское командование пыталось обескровить украинские полки, раз за разом требуя высылать маршевые сотни на фронт. Особенно когда Керенскому удалось добыть для лозунга «война до победного конца» некоторую популярность. Украинцы вынуждены идти, потому что их и без того травили, обвиняя в дезертирстве и т.п. Более тысячи отборных воинов пошли тогда на непопулярный немецкий фронт. К тому же с ними промаршировали лучшие старшины, как-то Тютюнник, Тищенко, Титаренко, Кошевой и т.д., тогда как русские полки уже разлагались и ни единой сотни не послали ».

Украинское военное движение на полуострове набирало силу.

Продолжение следует.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG