Доступность ссылки

«Украина решает за страну-оккупанта ее проблемы»: Павел Казарин о поставках воды в Крым и других темах недели


Готово ли новое правительство Украины дать воду аннексированному Крыму? Ожидать ли массовых протестов в случае такого решения? Что будет показывать новый украинский телеканал для временно оккупированных территорий? Эти и другие актуальные темы недели в эфире Радио Крым.Реалии обсуждают ведущий Андрей Гевко и обозреватель Крым.Реалии, журналист из Крыма Павел Казарин.

– Итак, премьер-министр Денис Шмыгаль во время ток-шоу «Право на власть» заявил, что его правительство «не перекроет воду для украинцев в Крыму» и что неподача воды «приведет к гуманитарной катастрофе». Позднее он написал в Фейсбуке, что украинская власть все же не будет подавать воду в Крым до деоккупации полуострова. Павел, почему снова возникла ситуация, когда украинскому политику приходится постфактум разъяснять свои слова про воду для Крыма?

Когда новоназначенный премьер начинает свое первое ток-шоу с подобной реплики, мне уже крайне сложно искать какие-то оправдания для украинских властей
Павел Казарин

– Когда украинская власть на протяжении нескольких месяцев неоднократно говорит о том, что Украина должна помочь России, условно говоря, содержать аннексированный Крым, возобновив поставки воды по Северо-Крымскому каналу, я всякий раз готов списывать это и не объяснять злым умыслом то, что может быть объяснено глупостью. Когда депутат Давид Арахамия говорил об этом, а потом оправдывался, что его слова были вырваны из контекста, я думал: ну хорошо, может, это действительно так. Он человек неопытный, в политике никогда не был, а тут сразу стал главой фракции – может, ляпнул, не разобравшись, как его слова звучат со стороны. Но когда новоназначенный премьер начинает свое первое ток-шоу с подобной реплики, мне уже крайне сложно искать какие-то оправдания для украинских властей.

– Чем это чревато, по-вашему?

Это история о том, что Украина решает за страну-оккупанта ее проблемы – это сдача позиций
Павел Казарин

– Напомню: воды для санитарно-гигиенических нужд крымчан более чем хватает. Воды не хватает, чтобы сделать из Крыма туристическую здравницу, где будут отдыхать несколько миллионов граждан России, и для того чтобы развивать там промышленность и усиливать военное присутствие в Крыму. Поставлять воду в Крым – значит лишить Россию головной боли, сопряженной с попытками превратить оккупированный украинский полуостров в свою здравницу. Поэтому, когда на материке кто-то из общественных деятелей или госслужащих начинает вести разговоры о возобновлении поставок воды в Крым, речь идет не о гуманитарном сострадании и не о заботе о наших согражданах. Это история о том, что Украина решает за страну-оккупанта ее проблемы – это сдача позиций. Как официальный Киев будет адвокатировать перед европейскими партнерами необходимость сохранения санкций в отношении России за аннексию Крыма, если сам идет на максимально сотрудничество со страной-оккупантом?

– Между тем российский глава Крыма Сергей Аксенов высказал мнение, что «дальше разговоров дело, как обычно, не пойдет, и никакой воды они Крыму не дадут» – имеются в виду украинские власти. Так можем ли мы по словам Дениса Шмыгаля делать вывод об истинной позиции Киева и лично Владимира Зеленского? И если да, о чем это говорит?

– Никакого Дениса Шмыгаля и его правительства не существует – в Украине есть только правительство Зеленского и парламент Зеленского. Все эти люди не могли бы попасть во власть, если бы их не затянуло в его кадровый водоворот. Если Шмыгаль начинает продавливать подобную позицию, это означает, что мы видим позицию шестого президента Украины. Давайте не пытаться делать вид, что хвост крысы существует отдельно от нее. Если украинская власть на самом высоком уровне готова возобновить поставки воды в Крым, это означает, что у Банковой и Кремля существует пространство кулуарных договоренностей, о которых мы ничего не знаем. Что Москва либо шантажирует Киев, либо Киев просто сдает ей государственные интересы за деньги или в обмен на что-то. Сейчас мы находимся в подвешенном ожидании ответа на вопрос: у нас в правительстве идиоты или предатели? Благонамеренные глупцы или просто те, кто пытается повторить подвиг Виктора Януковича? Это краеугольный вопрос. И один из ответов на него может привести к политическому кризису неизвестных масштабов. Мы, безусловно, увидим протестующих против решения подавать воду в Крым до деоккупации – причем протестующих, готовых на акции гражданского неповиновения не только в Киеве, а, скажем, на насосных станциях в Херсонской области, без которых вода на полуостров просто не потечет.

Опрос: Есть ли у Крыма проблемы с водой? (видео)
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:02:15 0:00

– В начале первой мартовской недели в Киеве презентовали телеканал «Дом», который предназначен для вещания на временно оккупированные территории Крыма и Донбасса. Его основали на базе закрытого телеканала иновещания UATV. Исполняющая обязанность генерального директора Юлия Островская подчеркнула, что «Дом» будет прежде всего показывать развлекательный контент и должен составить конкуренцию российским телеканалам на неподконтрольных Украине территориях в целях «деоккупации сознания». Что вы думаете об этой затее, Павел? И как вам название?

Ассоциативная связка должна работать так: «Дом» – это то, что мы смотрим по этому каналу, а по этому каналу мы смотрим украинский контент
Павел Казарин

– У меня нет претензий к названию «Дом», или «Дім» по-украински. Это апелляция к ностальгии крымчан, которые помнят, как выглядел полуостров и их быт до 2014 года. Ассоциативная связка, видимо, должна работать так: «Дом» – это то, что мы смотрим по этому каналу, а по этому каналу мы смотрим украинский контент. Те, кто сравнивает это с «Домом-2», наверное, слишком погружены в российский телевизионный контекст. По поводу самой идеи мы со многими коллегами расходимся во мнениях. На постсоветском пространстве есть такая особенность, что телевидение – это развлечение для бедных. Люди, которые зарабатывают мало, вынуждены приходить домой с работы после утомительного дня и включать телевизор, чтобы немного отдохнуть. Так что любой телеканал с развлекательным контентом имеет намного более высокие рейтинги, чем телеканал со специализацией, скажем, на политике. В Украине каналы первого эшелона – именно те, которые делают упор на развлекательный контент. Мы, конечно, можем подсунуть нашим согражданам на оккупированной территории какое-нибудь украинское политическое ток-шоу, но оно будет сосредоточено на вопросах, которые не будут иметь прямого отношения ни к жителям Симферополя и Севастополя, ни к жителям Донецка и Луганска. Так что здесь ставка на развлекательный контент далеко не такая проигрышная, как многим кажется. Ведь у жителей оккупированных территорий выбор невелик: они будут смотреть либо российские сериалы, талант-шоу и прочее, либо украинские. А в последних все равно зашифрованы какие-то украинские паттерны, смыслы, темы, там звучат названия украинских городов. В этом смысле я вовсе не принадлежу к тем, кто готов этот канал априори воспринимать в штыки. Мне кажется, такая идея имеет право на существование.

– Насколько появление такого телеканала, по-вашему, своевременно?

– С учетом того, что другие украинские каналы, которые поставляли развлекательный контент, начали кодировать спутниковые сигналы, появление «Дома» очень своевременно, поскольку он приходит на их место. Хотя я считаю, что украинские каналы должны разблокировать себя на спутнике – пусть это будет бить по их доходам, но это социальная ответственность.

– Многие медиаэксперты и общественные деятели, журналисты, критиковали украинские власти за закрытие иновещания для создания телеканала «Дом». Как вы на это смотрите?

Если государство нацелено на полноценное иновещание, оно должно быть готово создать не один канал
Павел Казарин

– Да, многие критиковали закрытие UATV, но я хочу сказать честно: для того чтобы у страны было полноценное иновещание, оно не должно выглядеть так, как выглядел канал UATV. Мне кажется, это была имитация. Если у вас канал вещает 24 часа в сутки, по несколько часов на нескольких языках, то его никто не будет смотреть. Никто в Великобритании не будет ждать промежутка с часа до трех, для того чтобы посмотреть канал UATV на английском, так же и в других странах. Когда Russia Today запускалась во всем мире, она в каждой стране открывала отдельный канал, и это обходилось в сотни миллионов долларов в год. А когда мы на коленке собираем из палок телеканал для всех – он ни для кого. Я не хочу обесценивать то, что делали мои коллеги – они делали максимум из возможного. Я просто хочу сказать, что если государство нацелено на полноценное иновещание, оно должно быть готово создать не один канал. Это гигантские штаты из профессионалов, в том числе в странах вещания, это сотни миллионов дотаций. Так что я не готов согласиться с фразой, что власти «убили иновещание» ради телеканала для оккупированных территорий. Здесь государство просто не смогло правильно подойти к решению этой задачи.

– Так или иначе, начиная с этой весны, Украина будет рассказывать о себе в том числе в Крыму. Но какие мифы остались в самой Украине о крымчанах, обо всем произошедшем в 2014 году? Что ушло, а что осталось или появилось?

После травмы 2014 года Украина в значительной степени открыла для себя крымских татар
Павел Казарин

– Думаю, прежде всего сильно сошел на нет или ослаб враждебный миф о крымских татарах. Раньше полуостров присутствовал в сознании украинцев как две недели пляжного отдыха, чебуреки, непонятная восточная кухня, дороговизна, непритязательный советский сервис в большинстве пансионатов, а там еще горы, море, климат, красоты и так далее. После травмы 2014 года Украина в значительной степени открыла для себя крымских татар. Мне кажется, у большей части украинских граждан сегодня исчезли все те страхи и опасения, которыми их кормили раньше. Оказалось, что у украинцев и крымских татар есть очень много общего, начиная от совместных врагов и заканчивая совместными друзьями и целями. Также в значительной степени Крым оказался вписан в ментальную карту Украины. То есть его не было, и он внезапно на ней появился после аннексии – в виде кровоточащей раны, фантомной боли по утраченному. В этом смысле Крым оказался вмонтирован в украинское самосознание, но процесс развенчивания мифов, создания правильной картинки реальности все еще продолжается. Я думаю, что он займет какое-то время.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG