Доступность ссылки

«Мы не делаем этот выбор»: как заставляют голосовать российских бюджетников


До начала всероссийского голосования по поправкам к Конституции России осталось чуть меньше недели. И чем ближе к этой дате, тем чаще появляются сообщения о том, что сотрудников бюджетных организаций настойчиво склоняют принять участие в голосовании определенным образом: в столице это электронное голосование, в регионах – голосование на конкретном избирательном участке.

Голосовать на нужном участке

С 8 по 14 июня на "Карту нарушений" движения "Голос" поступило 66 сообщений о давлении начальства на участников предстоящего голосования. Люди подкрепляют свои рассказы скриншотами переписки с руководством.

В Санкт-Петербурге и. о. начальника метрополитена Евгений Козин официально требует отчета о месте голосования сотрудников в период с 25 по 29 июня. К сообщению прикреплен подписанный Козиным документ с распоряжением до 18 июня предоставить информацию о месте голосования. А в дни голосования нужно предоставить информацию о проголосовавших досрочно сотрудниках. Отмечается, что это необходимо сделать во исполнение поручений Комитета по транспорту об оказании содействия избирательным комиссиям.

Администрация города Березники Пермского края разослала по муниципальным учреждениям городского округа письмо, подписанное заместителем главы администрации Андреем Лебедевым. В нем говорится, что все работники учреждений в обязательном порядке должны заполнить заявление о голосовании по месту нахождения.

С аналогичным указанием со стороны руководства столкнулась преподаватель среднего профессионального учебного заведения в Смоленске Наталья. Сотрудников попросили открепиться от избирательных участков, где они обычно голосуют, и прикрепиться к своему учебному заведению. Кроме того, они должны проголосовать не 1 июля, а 25-26 июня.

– Когда я позвонила своей начальнице напрямую и задала вопрос: "Насколько это законно?" – она сказала: "Конечно, это не очень хорошо, и мы, конечно, все понимаем, но нас попросили, и нас контролируют сверху, у нас будут неприятности, поэтому, пожалуйста, по возможности…" В результате я, в общем, этого делать не стала, мне пошли навстречу.

Члены семьи Натальи работают в высших учебных заведениях, и они пока не получали никаких указаний или просьб насчет голосования. Наталья предполагает, что ее начальство дальше должно будет отчитаться о количестве проголосовавших перед Департаментом образования.

– И я думаю, будет легко проследить, как мы голосуем, если мы голосуем на местах. Я знаю, что школы делают то же самое, поскольку я сотрудничаю со школами тоже. В школах те же требования, причем, я так понимаю, строгость требований зависит от руководителя заведения. Чем лучше хотят отчитаться перед департаментом, наверное, тем более строго требуют со своих сотрудников. Вроде как это не обязательное требование, но подается оно как обязательное. То есть вроде как даже не скажешь, что нарушение закона есть: человек делает выбор, в конечном счете, сам – в этом все дело. Но подавляющее большинство не умеет в этой ситуации делать выбор, а просто подчиняется рекомендациям.

Наталья отказалась открепляться от своего избирательного участка, но отмечает, что страх в таких ситуациях у людей все равно есть: а вдруг возникнут проблемы потом? Раньше на выборах федерального масштаба к Наталье не было подобных требований: только просили отчитаться о том, что она была на участке и проголосовала. И никого не волновало, на какой именно избирательный участок она сходила.

– Мы перед этим голосовали в обязательном порядке за то, чтобы у нас сделали рынок в одном из районов города. Нам тоже позвонили и сказали: "У вас два часа, вы должны зайти на сайт "Госуслуги" и проголосовать". На мой взгляд, этот рынок – явно не экологичное решение, но нам сказали: "Конечно, это ваше дело, как голосовать, но в целом вы же понимаете, что результат должен быть положительным". Мне кажется, в этот раз даже не нужно никому намекать, все уже все знают. Я не знаю ни одного человека в моем окружении, который поддерживал бы поправки к Конституции. Понятно, что мое окружение диктуется моими взглядами тоже. Вот когда Крым присоединяли к России, мы спорили и ругались, это было неоднозначное решение, и я знала людей, которые думают не так, как я. Сейчас я таких людей не знаю. Я уверена, что моя начальница не сумасшедшая, она не делает этого по собственному почину, она вынуждена это делать, потому что ее ставят в такие условия. Но одно дело – голосовать за какую-то муниципальную ерунду, хотя это тоже важно и тоже часть свободы, а другое дело – вся эта ситуация с Конституцией, когда нам явно навязывают закон, который мало кому нравится, и когда результат уже, в общем, известен.

Сейчас Наталья больше переживает за судьбу своей начальницы. Она отмечает, что если будет явная угроза для кого-либо из ее коллег, она будет вынуждена поступить в ущерб правильному, на ее взгляд, решению, чтобы защитить коллег.

Я хочу, чтобы это знали – мы не делаем этот выбор. Нас ставят в условия, когда мы не можем проявить свою волю

– Я понимаю, что нельзя поддерживать эти поправки, но если мне скажут, что, если в моем учебном заведении будет не стопроцентная явка, то директора снимут, я пойду голосовать. Потому что ко мне много лет хорошо относились, и я никогда не сделаю плохо человеку… просто это бесчеловечно. Сейчас мы в бешенстве. Мы были очень возмущены. Это был редкий случай, когда мы были единодушны. И некоторые отказались идти на другой участок регистрироваться. Люди сказали: надо, чтобы мы явились, и мы явимся, но будем голосовать там, где мы голосуем. Но мне кажется, что все равно нас заставят проголосовать 25-26 июня, а это, конечно, дает возможность подправить результаты голосования. Я беспокоюсь о том, что люди, которые не живут в России, будут думать, что подавляющее большинство российских граждан сделало этот выбор, и теперь сами виноваты в том, как они живут. Но мы не виноваты, я хочу, чтобы это знали – мы не делаем этот выбор. Мы голосуем против, но нашего мнения никто не спрашивает. Нас ставят в условия, когда мы не можем проявить свою волю. Я решила рассказать эту историю, чтобы было хотя бы слышно, что это есть, и хотя бы где-то озвучить, что мы не идиоты. Я не хочу, чтобы из нас делали мерзавцев, дураков. Нет, мы нормальные, адекватные люди. А с другой стороны, я хочу, чтобы люди знали, что, если ты говоришь "нет", это не всегда приводит к трагическим последствиям. Я сказала "нет", и мне разрешили. Значит, надо говорить "нет", не надо торопиться соглашаться. Мне кажется, сейчас это максимум, что я могу сделать.

Голосовать электронно

Согласно данным движения "Голос", бюджетников Москвы в большинстве описанных случаев нарушений просят зарегистрироваться на портале mos.ru и записаться на дистанционное электронное голосование. Кроме этого, нужно предоставить информацию о троих друзьях, зарегистрированных на данном ресурсе. Сотрудников без московской регистрации отправляют прикрепляться к определенным УИК. Во всех случаях начальство требует фотоотчет. Если руководство видит, что подчиненные игнорируют "инструкции" или открыто отказываются их выполнять, то начальство ссылается на распоряжение сверху и жалуется, что их из-за этого ругают. В ряде случаев людям просто угрожают увольнением.

Сотрудники Московского метрополитена рассказали "Открытым медиа", что москвичей обязали зарегистрироваться на mos.ru и проголосовать дистанционно, а работников из Московской области обязали прикрепиться к московским избирательным участкам. Собеседники издания говорят, что руководство устно угрожало лишением премий, а это значительная сумма, которая достигает половины заработной платы. Есть ещё один вид штрафных санкций – это внеочередные экзамены на профпригодность. На этих экзаменах неугодного сотрудника могут "завалить", а это грозит увольнением.

Глава муниципального округа "Гагаринский" Елена Русакова публиковала у себя на странице в фейсбуке просьбу писать ей о случаях принуждения к голосованию. Она отмечает, что масштаб проблемы очень велик.

– Ко мне обратилось много людей, и продолжают обращаться. Когда обращается один человек, он рассказывает, что это принуждение пытаются применять ко всем сотрудникам не только его учреждения, но и всей отрасли: он знает о том, что аналогичные ситуации есть в других учреждениях и организациях такого рода. То есть практически все организации, которые или относятся к бюджетной сфере, или имеют какие-то связи с бюджетной сферой (то есть подрядчики, допустим, государственных организаций), они все подвергаются этому давлению.

Как отмечает депутат, есть люди, которым угрожают увольнением за отказ выполнить требование руководства. На данный момент Русаковой известно два случая, когда работник получил такую угрозу и решил активно бороться за свои права.

Нередко в историях с принуждением к голосованию руководство организаций подчеркивало, что сотрудник может сам выбрать, голосовать за или против, но он должен сделать это определенным способом: либо путем электронного голосования, либо на конкретном участке. Но параллельно все же идет агитация людей голосовать за.

– Юридически здесь никакой явки не нужно – нет нижнего предела явки, – говорит Елена Русакова. – И даже если примет участие мало людей, все равно голосование будет считаться действительным. Просто имеются данные социологии о том, что люди, которые, условно говоря, не против поправок, которые не имеют мнения по этому поводу, сами, по своей воле не будут участвовать в голосовании – им все равно. Здесь нужно не просто провести голосование, а нужно получить некоторое заметное число голосов за. Поэтому, как правило, не говорят просто "зарегистрируйтесь и примите участие", а именно агитируют за. Или агитируют за по домам: еще много свидетельств, что мобилизуют всех, кто зависит от управ районов, каких-то работников коммунальной сферы, чтобы ходить по квартирам и пропагандировать эти самые поправки с некоторыми передергиваниями: что там какие-то социально значимые поправки, умалчивая о главной поправке по поводу пожизненного правления Путина.

Требуется именно показать какую-то большую цифру голосования за. Но, естественно, ожидаются на эту тему фальсификации. Общее мнение всех наблюдателей, которые профессионально много лет занимаются контролем выборов, что наиболее простой способ фальсификации – это фальсификация электронного голосования. Потому что там абсолютно вся система в руках власти, она полностью закрыта для общественного контроля, и там возможно всякое. И уже есть какие-то следы махинаций, которые объясняют техническими сбоями. Там, видимо, плодятся какие-то фиктивные аккаунты граждан, которые на самом деле не зарегистрированы или же регистрируются за какие-то деньги, и на эту тему сообщения есть. Мне, например, поступали сообщения от разных людей, и не только мне, но и в ассоциацию "Голос", что, когда человек пытается регистрироваться в систему, он получает несколько регистраций. То есть приходят несколько раз сообщения под разными номерами, что за ним есть несколько заявок: то ли за ним, то ли за кем-то. То есть делаются какие-то дубли заявок на регистрацию, и, возможно, потом их используют для фиктивного голосования. Поэтому важно, я думаю, зарегистрироваться самому, если человек не планирует идти на участок, занять свой аккаунт и проголосовать против. Я убеждена, что голосовать нужно против этих поправок.

Расследование о готовящихся фальсификациях на электронном голосовании опубликовал телеканал "Дождь". Журналист телеканала выяснил, что в Москве предлагают за деньги регистрироваться на голосование по Конституции с подставных сим-карт и голосовать в поддержку поправок. За каждую регистрацию участникам обещают платить по 75 рублей, за голос в поддержку – по 50 рублей. После того, как журналист получил 25 сим-карт, ему прислали базу данных для создания аккаунтов на mos.ru с персональными данными десятков московских пенсионеров.

Экс-кандидат в депутаты Мосгордумы Роман Юнеман, который проиграл выборы в 30-м округе, продолжает бороться с электронным голосованием в суде. Для победы на выборах Юнеману не хватило 84 голоса. Как он утверждает, треть времени система не работала, и многие его сторонники не смогли проголосовать. 18 июня Мосгорсуд отказал политику в удовлетворении апелляционной жалобы. Юнеман пытался добиться, чтобы суды запросили и затем изучили материалы Департамента информационных технологий о том, как проходил процесс электронного голосования на выборах в Мосгордуму. Оба раза политик требовал, чтобы суд принял к рассмотрению технические данные с серверов мэрии Москвы – только они позволят выяснить, были ли махинации в день голосования 8 сентября 2019 года, и повлиял ли технический сбой на результаты волеизъявления. Но суды отказались запрашивать и изучать эти материалы.

Роман Юнеман считает, что система электронного голосования работает так, что даже если не будет явных фальсификаций, нужный результат возможно будет получить. Бюджетники будут голосовать, опасаясь, что руководство сможет узнать, какой именно выбор они сделали.

– Электронное голосование – это новый инструмент мобилизации админресурса. Последнее время бюджетники все меньше голосуют "как надо". Из-за того, что бюджетники начали выходить из-под контроля, и была придумана система электронного голосования. Не только для того, чтобы что-то фальсифицировать. С ее помощью можно фальсифицировать, но даже без фальсификаций электронное голосование выгоднее. Потому что можно проследить, что люди проголосовали. Не нужно строить систему с фотографией на участке – достаточно, чтобы люди просто зарегистрировались, и это видно онлайн.

Хотя сами разработчики системы заявляют, что невозможно отследить, как отдан голос, но сами посудите: обычному учителю руководство говорит о том, что этот учитель не зарегистрировался в системе, и требует зарегистрироваться. Как он после этого будет относиться к тайне голосования? Будет он в нее верить или нет? И даже не нужно у всех отбирать телефоны и голосовать за них – хотя это тоже возможно. Но даже без всех этих явно незаконных способов можно получить нужный результат: человек предполагает, что работодатель знает, как он проголосовал, и голосует в соответствии с этим страхом, – рассказывает Юнеман.

Собеседница Радио Свобода подтверждала, что руководство знает, зарегистрировался человек на голосование или нет. Недавно политик Алексей Навальный опубликовал документы, которые, по его утверждению, прислали из Департамента информационных технологий Москвы. Это таблицы с информацией по сотрудникам различных ведомств и привлеченным к голосованию гражданам, которые имеют постоянную регистрацию в Москве.

"Собственно, именно поэтому такой прессинг. Руководитель каждого крупного предприятия знает: надо не просто отчитаться "все выполнили". За ним смотрит Большой Брат. И точно знает списочный и поименный состав твоих сотрудников, и прошли ли они регистрацию", – пишет Алексей Навальный.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG