Крымские татары после аннексии: частные истории одного народа

Из 186 обысков, проведенных в Крыму, 140 приходится на частные дома, бизнес, или место собрания крымских татар, таковы данные свежего отчета ООН о правах человека в оккупированном Крыму. Украина еще в марте 2014 года признала крымских татар коренным народом Крыма и выступила с гарантией сохранения их самобытности. Но в это время полуостров уже находился под фактическим контролем России. Жизнь крымских татар в аннексии Крыма изменилась: давление и арест, награда и кресло в думе.

Собрал «тревожный чемодан»

Известный крымскотатарский активист Заир Смедля ждет гостей, готовит плов и вспоминает весну 2014 года. Он бойкотировал референдум, проведенный в Крыму под контролем России.

​«По-моему, чебуреки кушал, ходили друг к другу в гости (игнорируя не признанный международным сообществом референдум в день 16 марта 2014 года, крымские татары массово готовили чебуреки и навещали друзей – КР). Но все равно информацию отслеживали. Нам, конечно, сообщали, где там есть движения какие. И эти автобусы с казаками, которые от одного участка к другому ездили», – делится воспоминаниями Заир Смедля.

В том году на Курултае крымские татары не признали результаты референдума. Активист и по сей день считает соседнюю Россию страной-агрессором.

«Это шоу, которое провели и назвали «референдумом». Не было референдума, был «лохорендум». Кого-то «держали за лохов», какие-то лохи там что-то тягали в мешках, говорили, что это бюллетени, что кто-то там проголосовал», – поясняет свою позицию Смедля.

Он замечает, что большинство крымских татар – против аннексии, и считает, что именно это стало причиной для преследования целого народа.

«Сплошное напряжение, ожидание какой-нибудь пакости. Каждый день, с утра и до самой ночи. Проснулся, не приехали – нет. Открыл Facebook: никого не обыскивают, никого не арестовали. Как правило, если такой день происходит – без обыска, без ареста – считается, что сегодня день нормальный», – рассказывает активист о реалиях сегодняшнего Крыма для крымских татар.

Сам Заир Смедля говорит, что готов к аресту в любую минуту, под кроватью держит «тревожный чемоданчик».

«От тюрьмы и от сумы не зарекайся. Тем более, зная эту страну, зная ее, как говорится, привычки… Есть и смена белья в сумочке, и щеточки, станочки… В армии это называли «тревожный чемодан». Если вдруг утром придут, постучат, и могут не дать время собрать вещи, чтобы оно было под рукой», – демонстрирует он аккуратно сложенное содержимое сумки.

К дому уже подходят гости – Мерьем с детьми – крымские татары и мусульмане.

Приветствуют друг друга на крымскотатарском языке, улыбки и шутки – для детей, цветы – хозяину, сладости – к столу.

Быстро разочаровался в России

В 2014 году Мерьем Куку и ее муж на российский референдум тоже не ходили, но в семье была и другая позиция.

«Покойный свекор Мерьем, Кемал-ага Куку – достаточно известный человек. Он находился в оппозиции к Меджлису, был сторонником того, что крымскотатарская автономия должна быть в составе Российской Федерации, как было до 1944 года», – рассказывает Смедля.

В 2014 году Кемал Куку получил российскую награду – медаль Министерства обороны России «За возвращение Крыма».

«Дай Бог, чтобы мы дожили до настоящей реабилитации, и тогда всем народом мы можем встать на колени перед Путиным, если он сделает, действительно, реабилитацию», – произнес на торжественном вручении награды Кемал Куку.

Свекр Мерьем быстро разочаровался в России, после обыска российских силовиков в доме его сына.

«Он швырнул эту медаль на стол оперуполномоченному, который проводил накануне у нас обыск. Отец все это так свел, что это опять-таки виток сделала история, и что опять крымские татары под ударом – как поступили с его сыном», – вспоминает Мерьем.

Через год после референдума Эмир-Усеина Куку – сына Кемала Куку и супруга Мерьем – задерживают силовики.

«Весь двор был в автоматчиках. Это как будто сцена из кино, даже не какого-то заграничного кино, как будто берут какого-то очень страшного преступника», – помнит тот день Мерьем.

Обсуждал как жить в российских реалиях

Меньше, чем через год, – новый обыск и на этот раз арест Эмир-Усеина Куку.

«Моего мужа обвиняют так же, как остальных, в участии в террористической организации и в попытке подготовки захвата власти в России», – рассказывает Мерьем.

Одним из доказательств в деле становится запись разговора за чашкой кофе. Эмир-Усеин обсуждал со знакомыми, как крымским мусульманам жить в российских реалиях.

«Мой муж – экономист, кто-то там – тракторист, третий – предприниматель-реализатор на рынке, четвертый – торговый представитель, пятый – кочегар, шестой – сторож в школе. Их обвиняют в том, что они, возможно, о чем-то там помыслили, помечтали, и это называется захватом власти», – с иронией в голосе замечает Мерьем.

Ее муж – Эмир-Усеин – человек с двумя высшими образованиями: менеджер и бухгалтер. Работал в администрации Ялты.

Теперь с родными видится крайне редко, свиданий почти не дают, а детей не пускают и в суд.

«Говорят же, что в суд нельзя детям – психику ломать. А это психику детям не ломает?!» – комментирует разговор взрослых сын Эмир-Усеина, Бекир Куку.

Отец очень спешил достроить дом с видом на гору Ай-Петри, исполнить семейную мечту. Ради нее Мерьем с мужем шесть лет жили в строительном вагончике.

«Как он часто мне говорил: «я исполняю твою самую большую прихоть, я строю дом твоей мечты». Торопился, чтобы к первому классу Бекира у него была своя комната, свой письменный стол, побольше места», – вспоминает супруга.

Уже три года она живет в доме мечты без его хозяина. Эмир-Усеин Куку за решеткой, его вина не доказана. Генассамблея ООН признала его политзаключенным.

Воспользовался предложением

Он произносит фразу на крымскотатарском, гордится знанием языка своего народа. Руслан Бальбек – тоже крымский татарин, но для него 2014 – год «исторического воссоединения Крыма с Россией».

​«Принималось судьбоносное решение, определялось будущее крымчан, и, конечно же, я как крымский татарин, как крымчанин принимал участие в референдуме»,– говорит Бальбек.

До 2013 года Руслан был помощником украинского депутата от «Партии Регионов», после аннексии вступил в партию «Единая Россия», а через два месяца уже стал вице-премьером российского правительства Крыма.

«Это уникальный исторический случай, когда можно, действительно, что-то изменить, что-то сделать хорошее. Можно войти в историю как человек, который сумел сделать что-то доброе, и я, конечно же, воспользовался этим предложением и вошел в правительство республики Крым», – оценивает свое решение Бальбек.

Еще при Украине он ссорится с Меджлисом – органом самоуправления крымских татар. Инициировал митинг на котором сожгли чучело национального лидера.

«Меджлис имел монополию на крымских татар от Киева, что связано было с тем, что, если крымский татарин входил в органы власти, не получая одобрения со стороны руководителей Меджлиса, тут же подвергался травле, обвинялся врагом народа», – поясняет Руслан.

Представительные органы крымских татар, действительно, рекомендовали властям, кого из их народа назначить на вакантную должность, поскольку несли за человека политическую ответственность – объясняет глава Меджлиса Рефат Чубаров. За Руслана Бальбека поручиться не могли.

«Когда мы узнали про сделки Руслана Бальбека, за которые на него было возбуждено уголовное дело, мы его отодвинули подальше от национального крымскотатарского движения. И он на это был очень обижен. Он проходил за мошенничество по уголовным делам и вытащил большие средства у своих турецких партнеров (В 2001-2006 годах Руслан Бальбек работал директором турецко-украинской туристической компании «Тез Тур», в 2006 году был арестован по обвинению в хищении, однако дело против него было закрыто – КР)», – рассказывает глава Меджлиса крымскотатарского народа Рефат Чубаров.

В 2016 году Россия запретила деятельность Меджлиса крымских татар, Руслан такому решению рад. Бальбек считает, что его народ никто не преследует, а Меджлис жалуется, чтобы получить финансирование.

В 2016 году Руслан становится депутатом российского парламента и переезжает в Москву. Он гордится, что теперь крымские татары не выходят на митинги.

​«Нам удалось за 30 лет убрать крымскотатарский фактор в качестве раздражителя в межнациональных отношениях. Когда крымские татары до 2014 года представлялись в качестве некоего общественного пугала. Нам удалось уйти от митингов и перекрытия дорог. Язык агрессии остался в прошлом», – считает Бальбек.

Подводя итоги своих пяти лет при России, Руслан Бальбек говорит, что счастлив, что приложил усилия к таким изменениям на полуострове.

«Чувство причастности, гордости за страну, за свою республику, за свой родной край, за то, что живешь вот в эту эпоху кардинальных изменений», – делится Бальбек.

По состоянию на август 2019 года Россия отправила за решетку 66 крымских татар-мусульман. Их обвинили в участии в экстремистских организациях. После аннексии Крыма Россией, правозащитники и международные организации не раз указывали на факты преследования крымскотатарского населения. Кремль и подконтрольные России власти Крыма отрицают это.