Доступность ссылки

«Россия блокирует проведение саммита «нормандской четверки». Что делать Украине?


Что означают противоречивые заявления России относительно саммита «нормандской четверки»? Почему Россия оттягивает встречу в «нормандском формате» и есть ли шансы, что она состоится вообще? Чего хочет Россия от Украины? Как Украине отстаивать свои интересы? Растет ли риск широкомасштабной агрессии, поскольку Россия блокирует переговоры? Об этом ‒ в интервью Радіо Свобода с содиректором программ внешней политики и международной безопасности Центра Разумкова Михаилом Пашковым.

Михаил Пашков
Михаил Пашков

‒ Что означают противоречивые заявления официального Кремля относительно переговоров в «нормандском формате»?

‒ По последним шагам и заявлениям Путина и его окружения можно сделать вывод, что Россия не готова к прямым и предметным переговорам по урегулированию ситуации на Донбассе.

Россия сейчас различными способами отдаляет проведение переговоров «нормандского формата», придумывая всевозможные условия

Россия сейчас различными способами отдаляет проведение переговоров «нормандского формата», придумывая всевозможные условия. То они говорили, что «надо тщательно подготовить эту встречу», теперь ‒ что не идет подготовка, тат как «постоянно меняется запросная позиция одной из сторон», а все время при этом они твердят, что «Украина должна выполнить домашнее задание».

Но Украина свою часть уже выполнила, причем, по очень проблемным, болезненным требованиям «формулы Штайнмайера» и разведению войск.

Украина все, что зависело от нее, сделала, а Россия фактически вновь придумывает новые условия и блокирует проведение саммита «нормандской четверки».

К таким «трюкам» Россия уже прибегала неоднократно ранее. Украину уже обвиняли и в терроризме, и в других абсурдных вещах. Это постоянный стиль политики Российской Федерации.

‒ А каковы шансы, что Россия вообще пойдет на переговоры в «нормандском формате»? Можно ли вообще надеяться, что с Путиным можно договориться о Донбассе и Крыме?

‒ Конечно, Россия всегда выступает с позиции силы и может вообще не пойти на эти переговоры. Ей невыгодно сейчас полномасштабное урегулирование на Донбассе, а о Крыме она вообще говорить не хочет. Россия скорее может пойти на какие-то небольшие шаги ‒ вроде разведения сил в отдельных точках.

В этой ситуации новая украинская власть все больше и больше убеждается, что российские власти «недоговороспособны».

‒ А почему именно Россия, по вашему мнению, не хочет, чтобы переговоры в «нормандском формате» состоялись?

‒ Россия все время выставляет Украине два условия для урегулирования ситуации на Донбассе.

России не нужно полное урегулирование ситуации на Донбассе, поэтому она не собирается выводить свои вооруженные силы

Первое ‒ это прямые переговоры украинской власти с «ДНР/ЛНР», а второе ‒ это особый статус Донбасса, официально встроенный в украинское законодательство.

Россия всегда настаивает на этом, а также, возможно, Кремль будет выдвигать и другие условия, чтобы поставить Украину в неудобное положение и навязывать свои условия игры.

Эту политику Россия проводит все эти годы, к ней уже давно надо привыкнуть и быть готовым к таким «маневрам» Российской Федерации.

Главное тут ‒ то, что России не нужно полное урегулирование ситуации на Донбассе, поэтому она не собирается выводить свои вооруженные силы.

Напротив, в последнее время, по данным украинской разведки, там идет переформатирование сил, идет набор в новые подразделения, происходит ротация. То есть, пока даже мелких примет нет, которые бы свидетельствовали, что Россия собирается эту ситуацию каким-то образом урегулировать.

Более того, посмотрите на шаги, предпринимавшиеся официальным Кремлем раньше:

  • апрельский указ Путина о «паспортизации» ОРДЛО;
  • ограничение поставок нефтепродуктов;
  • созыв Совета безопасности ООН из-за украинского закона о языке;
  • предупреждение ‒ не трогать пророссийскую оппозицию в Украине.

Все это ясно показывает, что Москва готова вести переговоры только с позиции силы и диктовать свои условия.

Все шаги России укладываются в четкую картину: никакое урегулирование и прекращение боевых действий России не нужно.

И здесь вряд ли стоит Украине надеяться на добрую волю России и ее готовность к компромиссу.

Вряд ли стоит Украине надеяться на добрую волю России и ее готовность к компромиссу

Такие «маневры» будут продолжаться долго, будут выдвигаться новые требования...

Вместе с этим будут исчезать и иллюзии у новой украинской власти о возможности оперативного, быстрого ‒ в формате турборежима ‒ урегулирования ситуации на Донбассе.

Неслучайно глава МИД Пристайко говорил о трех вариантах:

  • полномасштабное урегулирование ситуации через «нормандский формат»;
  • введение миротворческих сил;
  • кипрский вариант.

‒ Что же делать Украине в ситуации, когда Россия только использует возможность переговоров для усиления давления?

‒ Что делать ‒ известно.

Этот план давно существует:

  • проводить реальные реформы;
  • укреплять обороноспособность путем укрепления вооруженных сил и правоохранительных органов;
  • удерживать хотя бы на нынешнем уровне поддержку Украины и солидарность других стран (финансовую, экономическую, военную и техническую);
  • удержать санкционный фронт против России;
  • идти по пути евроинтеграции.

Все эти направления жизненно важны для Украины, это то, что наиболее эффективно защитит Украину от агрессии.

Центр Разумкова представил исследование «Украина после выборов: общественные ожидания, политические приоритеты и перспективы развития». Там есть большой комплекс предложений относительно внутренних реформ и внешней политики.

Но если коротко, то я бы выделил следующие направления:

  • разработка и внедрение четкой сбалансированной комплексной государственной политики на российском направлении, которая включала бы план деоккупации и реинтеграции Донбасса и Крыма;
  • разработка в целом стратегии внешней политики Украины, чего до сих пор не было сделано;
  • модернизация или принятие нового закона об основах внешней и внутренней политики (есть закон, который действует со времен Януковича. Необходимо четко определить государственные приоритеты и их институализировать в соответствующих документах);
  • обеспечение условий для осуществления в целом внешней политики (речь идет о разграничении функций и полномочий государственных органов в сфере внешней политики);
  • необходимо модернизировать Министерство иностранных дел.

Это то, что необходимо для эффективного противостояния российской агрессии дипломатическими методами.

И главное ‒ нам очень важна международная помощь и поддержка, а фронтменом этой поддержки выступают США.

Только посмотрите, что сделали США в прошлом году: и «Крымская декларация», и джавелины, и поддержка томоса, и запуск комиссии по стратегическому партнерству, и финансовая помощь.

‒ А как может повлиять на поддержку Украины со стороны США все, что происходит в связи с обнародованием стенограммы июльского телефонного разговора президентов Трампа и Зеленского и расследование в рамках процедуры импичмента?

‒ Есть Дональд Трамп, есть Конгресс. Есть документы Сената, есть документы, которыми обладает американская разведка.

Чтобы сохранить поддержку США, Украине нужно занять и последовательно удерживать позицию принципиального невмешательства во внутренние американские дела

И главное ‒ для того, чтобы сохранить поддержку США, и демократов, и республиканцев, Украине нужно занять и последовательно удерживать позицию принципиального невмешательства во внутренние американские дела.

Президент Зеленский уже неоднократно в этом духе высказывался.

Это позиция, которая поможет сохранить поддержку и демократов, и республиканцев.

По мере приближения к президентским выборам в США ситуация будет обостряться еще больше.

Украине не нужно быть разменной картой в этой игре. Надо четко и жестко стоять на позиции невмешательства.

‒ Эти испытания по силе новой украинской власти?

‒ Пока Зеленскому удалось не попасть в большие неприятности. Надо спокойно идти дальше, сохранять и поощрять поддержку США и ЕС и все делать для укрепления страны.

‒ Есть ли риск широкомасштабной агрессии, поскольку Россия блокирует переговоры? Выше ли этот риск сейчас, чем в 2014 году?

‒ Около 30 тысяч вооруженных боевиков «ДНР/ЛНР» сейчас на линии соприкосновения, примерно такая же картина в Крыму. Белорусскую границу тоже нельзя считать полностью безопасной для Украины. Очень мощные контингенты стоят на границе с Украиной в Ростовской, Белгородской, Воронежской, Смоленской областях России.

Риск вторжения есть, но я не думаю, что он критический. Однако наши военные должны все отслеживать и быть готовыми к отражению агрессии.

  • Изображение 16x9

    Ирина Штогрин

    Редактор информационных программ Радіо Свобода с октября 2007 года. Редактор спецпроектов «Из архивов КГБ», «Сандармох», «Донецкий аэропорт», «Украинская Хельсинская группа», «Голодомор», «Те, кто знает» и других. Ведущая и редактор телевизионного проекта «Мы вместе». Автор идеи и составитель документальной книги «АД 242». Автор идеи, режиссер и продюсер документального фильма «СІЧ». Работала комментатором редакции культуры Всемирной службы Радио Украина Национальной телерадиокомпании, главным редактором службы новостей радиостанции «Наше радио», редактором проекта Международной организации по миграции по противодействию торговле людьми. Окончила философский факультет Ростовского университета. Прошла бимедиальний курс по теле- и радиожурналистики Интерньюз-Украина и несколько учебных курсов «IREX ПроМедиа».

  • Изображение 16x9

    Радіо Свобода

    Оригинал публикации – на сайте Радіо Свобода

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG