Доступность ссылки

Симферопольский офицерский полк: зеркало «белого» фиаско. Окончание


Обложки первого и второго изданий книги «Симферопольский офицерский полк»

Окончание. Начало читайте здесь.

Победа большевиков в России 100 лет назад вовсе не была предопределена. И в 1918-м, и в 1919 году они оказывались на грани катастрофы, однако сумели не просто удержать позиции, но и в конечном итоге восторжествовать. И все эти 100 лет ученые и политики задаются вопросом – почему именно «красные», а не их противники взяли верх в почти четырехлетней войне? Что ж, возможно, история Симферопольского офицерского полка поможет наглядно проиллюстрировать ответ.

Выученный урок

В ноябре 1918 года Германия проиграла Первую мировую войну, и немецкие части в Крыму засобирались домой. Однако оставить полуостров было не на кого: собственную армию Краевому правительству не дали создать сами немцы, а Украине тоже после поражения Берлина стало не до Крыма. И в этих условиях российские офицеры незадолго до капитуляции Германии начали самостоятельно организовываться. По воспоминаниям Владимира Альмендингера:

«У инициативной группы явилась мысль официально организовать местное и пришлое офицерство, чтобы оно не было раздробленным к моменту ухода германских войск и возможного возвращения большевиков. Прежде всего, под председательством штабс-капитана Орлова, было организовано так называемое «Общество взаимопомощи офицеров», служившее главным образом для учета, связи, информации, приискания работы и т.п… В сравнительно короткий срок к августу 1918 года был сформирован дивизион почти исключительно из офицеров, главным образом рекомендованных Обществом взаимопомощи. Офицеры несли службу рядовых… Видя нерешительность со стороны руководства пограничной стражи, капитан Орлов принял на себя руководство сформированными эскадронами и объявил о наборе добровольцев. К началу ноября в казармах (Крымского конного полка) было уже две полных роты (более 200 человек – офицеров и молодых людей – добровольцев). Не хватало оружия; обратились к немецкому командованию, и оно немедленно выдало из складов совершенно новые русские винтовки и патроны».

Так 18 ноября 1918 года, ровно через неделю после окончания мировой войны, в составе Добровольческой армии Антона Деникина возник Симферопольский офицерский батальон, двумя месяцами позднее выросший до полка из трех батальонов с пулеметами, гаубичной батареей и бронеавтомобилями.

Формировались на полуострове и другие части, например, был возрожден Крымский конный полк. В общем, когда в апреле 1919 года сюда вновь пожаловали большевики, они наткнулись на организованное сопротивление.

Офицеры продемонстрировали, что прошлогодний урок был ими выучен.

Война всех против всех

Однако выучить второй – куда более важный – урок они не смогли, но обвинять в этом именно крымских офицеров было бы неправильно. Опьяненные успехами лета 1919 года, высшие руководители Белого движения постоянно умножали число своих врагов, вместо того чтобы сокращать его, и распыляли свои силы, вместо того чтобы концентрировать их на главном направлении. Пример Симферопольского офицерского полка (дальше буду называть его просто Полк) тут особенно показателен.

На протяжении февраля-июня 1919 года Полк сражался со своим главным противником – с «красными» отрядами, сначала обороняя Крым, а затем перейдя в контрнаступление. Это было не просто логично – это было жизненно необходимо. Без установления контроля над всем полуостровом, а особенно Севастополем, нельзя было наладить бесперебойное снабжение армии по морю из Британии и Франции. Довольно логичным в этом свете представляется выход Полка к позициям по Днепру и изгнание большевиков из Северной Таврии. Но затем начинаются странности.

Так с середины июля целый месяц Полк удерживал левый берег Днепра в его нижнем течении, не допуская «красных» даже в плавни – и этого было целиком достаточно для прикрытия главных сил, наступающих в Центральной России. Зачем же было отдавать приказ Полку переправляться через Днепр и Южный Буг? Продвижение на северо-запад в Украине не только не улучшило, но даже ухудшило положение Добровольческой армии, потому что в числе ее врагов оказался повстанческий атаман Нестор Махно. В сентябре Полк сражался с махновцами в районе станций Помощная и селения Торговицы и понес катастрофические потери. Сам Махно в своей газете «Путь к свободе» от 30 октября 1919 года в статье «Разгром Деникинцев» писал:

«Понимая всю важность и опасность армии революционных повстанцев, деникинцы группировали против нее на линии Елисаветград-Вознесенск крупные силы численностью до 12-15 полков, среди которых был 1-й Офицерский Симферопольский полк, отличавшийся крайним упорством и стойкостью… [Полк] несмотря на свою организованность и упорство, был настигнут на реке Синюхе и полностью изрублен кавалерией».

​По общему мнению историков, опустошающий «белые» тылы Махно сыграл в разгроме Добровольческой армии не меньшую роль, чем регулярные «красные» части на фронте. А всего лишь стоило оставить «батьку» в покое!

Но еще худшие проблемы ждали Белое дело впереди. В конце лета 1919 года большевики на Правобережной Украине подвергались атакам не только с востока – со стороны деникинцев, но и с запада – со стороны объединенных Действующей армии Украинской Народной Республики и Украинской Галицкой армии. 31 августа все они сошлись в Киеве. Казалось бы, развернувшим генеральное наступление на Москву «белым» достаточно укрепиться по Днепру, чтобы обезопасить свой левый фланг, а Правобережье предоставить судьбе – пусть украинцы воюют с «красными» и махновцами. К тому моменту, как там определится победитель, Москва падет, и можно будет вернуться к решению украинского вопроса.

Но нет. Необычайная узость мышления «белых» генералов привела к чрезмерному расширению театра военных действий. Захват, больше из символизма, чем из военных соображений, «матери городов русских» привел к конфликту Добровольческой армии с галичанами, а затем – и к полномасштабной войне с УНР. Деникин не просто потерял возможность приобрести антибольшевистского союзника на украинских землях, он нажил там еще одного врага.

В ноябре 1919 года Полк начал наступление против украинских сил на Правобережье и захватил Жмеринку и Проскуров (ныне Хмельницкий). Да, Симон Петлюра потерпел серьезное поражение, но и победа «белых» оказалась пирровой. В тот самый момент, когда под Орлом и Курском Красная и Белая армии сошлись в смертельной схватке, когда каждый штык был на вес золота, «добровольцы» воевали с Махно, Петлюрой, угрожали Грузии и Азербайджану, но не сосредоточились на выполнении главной задачи. Уже 17 ноября «белые» потеряли Курск, что означало провал и похода на Москву, и поражение в гражданской войне в целом – дальше деникинцы только отступали.

Для Полка это проявилось в сражении в середине декабря за Бердичев – обороняемый «красными» город так и не удалось взять. А тут еще армия УНР 6 декабря пошла в Первый Зимний поход по «белым» тылам. В итоге симферопольцы с боями непрерывно отступали, пока в феврале следующего, 1920 года не оказались в Тирасполе. Затем уцелевшие отступили в лагеря для интернированных в Польше, а оттуда через Румынию в августе перебрались в Крым, в Русскую армию Петра Врангеля. Но сохранить отдельную единицу им не удалось, и 5 сентября солдаты и офицеры Полка были влиты в состав 49-го и 52-го пехотных полков. В сентябре-октябре симферопольцы понесли тяжелые потери под Каховкой.

Дальнейшее хорошо известно. «Белым» не удалось удержать полуостров, и 16 ноября 1920 года Крым в третий и последний раз оказался в руках большевиков. За два дня до этого остатки личного состава бывшего Полка эвакуировались на теплоходе «Сарыч» в Константинополь, где присоединились к Алексеевскому пехотному полку. Симферопольцев оказалось так мало, что они составили лишь один взвод 7-й роты. Если кто-то из офицеров и остался в Крыму, то, скорее всего, пал жертвой красного террора 1920-1921 года, унесшего жизни 50-70 тысяч человек, преимущественно «белых» воинов.

Вместо эпилога

Итак, в истории Симферопольского офицерского полка, как в зеркале, отразилась вся история взлета и падения Белого движения в России. В ноябре-декабре 1917 года «белые» не поддержали либеральные и национальные движения, вступившие в безнадежную борьбу с большевиками, потому что и те, и другие представлялись им лишь различными сортами социалистов. Итог – поражение демократов и волна красного террора по всей бывшей империи, унесшая тысячи жизней, в том числе и офицерских. Половина из двух тысяч убитых в Крыму в январе-феврале 1918 года – военные.

Год спустя офицеры были гораздо сплоченнее и решительней, что позволило им не только остановить «красных», но и перейти в контрнаступление. Однако вместо того, чтобы стать точкой притяжения и кристаллизации всех антибольшевистских сил Великороссии и соседних стран, Добровольческая армия подняла на щит лозунг «Единой и неделимой России», последовательно вступая в конфликты со всеми, кого встречала на пути к Москве. Так симферопольцы не остались просто оборонять Крым, а отправились на материковую Украину воевать сначала с махновцами, а затем – с петлюровцами. В конечном итоге ослабленные и распылением сил, и восстаниями в тылу деникинцы проиграли свою главную битву «красным» и отступили в Крым. Благодаря воле и искусству новых вождей Белое движение продержалось еще год, но шанс на победу был окончательно потерян.

Неумение правильно ранжировать цели и превращать врагов хотя бы в нейтралов, а нейтралов – в союзников, привели Добровольческую армию к краху, а вместе с ней – и украинскую, и крымскотатарскую революцию. Большевикам оставалось лишь удержаться и наблюдать, как их враги истребляют друг друга.

Победа над противником – в его руках, но поражение от него – только в твоих.

Это и есть главный урок Гражданской войны в России и «белого» фиаско в ней.

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG