Доступность ссылки

Письма из неволи: Цена свободы. Приговор


Вадим Сирук на судебном заседании в Ростове-на-Дону. Россия, январь 2018 года

(Продолжение, начало читайте здесь и здесь)

2019 год – второе судебное следствие, другой состав суда. Этих основательно подготовили, не дают заявлять ходатайства, указывать на нарушения, в прямом смысле закрывают рот! Еще и троих военных прокуроров добавили, смешно аж – такую «гвардию» против подсудимых подготовили!

Конвоиры смеются, говорят: «Такого не помним, обычно в этих клетках молчат, чтобы не злить судей, надеясь получить меньшие сроки, а тут каждый суд как баттл – уффф, конец рабочего дня – раунд!»

Когда увидели на нас футболки с надписями: «Крымские татары под прицелом Кремля», попрятали камеры

Судьи уже откровенно придумывают причины для перерывов: видимо, перекурить или перекусить. Мы тоже перекусили галетным печеньем из сухпайка, совершили молитву и вперед – доказывать свою невиновность. А судьи все ограничивают нас, говорят: «Подсудимые, не политизируйте процесс!»

И кто б это говорил? Сами пригласили на предварительное слушание кучу провластных СМИ – «Россия-24», Рен-ТВ, «Звезда». То же – на приговор. А когда увидели на нас футболки с надписями: «Заказ выполнен», «Крымские татары под прицелом Кремля», попрятали камеры, не захотели снимать!

Рефат Алимов, Арсен Джеппаров, Вадим Сирук, Эмир-Усеин Куку, Муслим Алиев и Инвер Бекиров (слева направо) во время оглашения приговора в Южном окружном военном суде, Ростов-на-Дону, Россия, ноябрь 2019 года
Рефат Алимов, Арсен Джеппаров, Вадим Сирук, Эмир-Усеин Куку, Муслим Алиев и Инвер Бекиров (слева направо) во время оглашения приговора в Южном окружном военном суде, Ростов-на-Дону, Россия, ноябрь 2019 года

Ближе к приговору жена начала привозить дочек. На тот момент старшей было пять лет, младшей три года. Далеко, тяжело до Ростова с детками, но того стоит – дети должны видеть отца вживую и не по телевизору или в ютубе, – так решили. Ну и что, что через решетку? Они уже привыкли, все знают, понимают, быстро взрослеют, хотя очевидно, что младшей тяжело сидеть часами на месте, слушать нудные прокурорские воззрения... Оживляется, когда папа что-то говорит из клетки, или другие для нее незнакомые мужчины рядом со мной.

Супруга Вадима Сирука Анна Богачева с дочерьми – трехлетней Амирой и полугодовалой Ханифой у себя дома, декабрь 2016 года
Супруга Вадима Сирука Анна Богачева с дочерьми – трехлетней Амирой и полугодовалой Ханифой у себя дома, декабрь 2016 года

В перерыве подходят ближе, запускают мне воздушные поцелуи, машут ручкой, ловлю условно поцелуи, им тоже отвечаю, такое вот общение у нас с детками, слава Богу и на этом!

День приговора – приехало очень много поддерживающих из Крыма, человек 100. Пустили в зал только 40 человек. Судьи быстро, декларативно зачитывают сроки, Джеппаров (Арсен Джеппаров – КР) – 7 лет строгого режима, Алимов (Рефат Алимов – КР)– 8 лет строго режима, Куку (Эмир-Усеин Куку – КР) – 12 лет строго режима, Сирук – 12 лет строго режима, Бекиров (Инвер Бекиров – КР)– 18 лет строго режима, Алиев (Муслим Алиев – КР) – 19 лет строго режима! Смотрю в зал: мать не выдержала, плачет, сестра рыдает, жена улыбается, все понимает – умничка, готовил ее. Это лишь цифры на бумаге, они ничего не решают, решает только Господь!

После приговора развезли всю нашу группу по разным СИЗО: меня, Муслима и Эмир-Усеина в Новочеркасск. Там пробыли три месяца в одиночных камерах, читали, писали, готовились к апелляции (там, кстати, и родились мои стихи к песне «Палаючi серця») (в декабре 2020 года Вадим Сирук стал лауреатом литературной премии «Крымский инжир/Qırım İnciri» за стихотворение «Палаючi серця» («Горящие сердца») в специальной номинации «Слова свободы» – ред.).

Потом вернули нас в СИЗО-1 Ростова-на-Дону для вторичного ознакомления с уголовным делом и протоколами суда. Ознакамливались с электронными и печатными изданиями, изъятыми при обыске у подсудимых. Эмир-Усеин достает из пачки газет «Возрождение», издаваемых в Крыму до 2014 года, один экземпляр за 2008 год и говорит с удивлением: «Смотри!» На заголовке крупным шрифтом: «Придет время, и президент России изменит и реформирует Конституцию как ему угодно под себя!» Эмир с улыбкой говорит: «Вот видишь, наши татары какой точный анализ сделали, прагматичный, еще в 2008 году».

Рефат Алимов, Арсен Джеппаров, Вадим Сирук и Эмир-Усеин Куку во время оглашения приговора в Южном окружном военном суде. Ростов-на-Дону, Россия, 12 ноября 2019 года
Рефат Алимов, Арсен Джеппаров, Вадим Сирук и Эмир-Усеин Куку во время оглашения приговора в Южном окружном военном суде. Ростов-на-Дону, Россия, 12 ноября 2019 года

Удивлению не было предела еще потому, что именно в этом году, феврале 2020 года, начали разговор об изменении конституции, а впоследствии провели голосование и конституцию изменили!

Я, помню, долго смеялся и громко, когда услышал в Новочеркасске по радио, как Терешкова, обращаясь к президенту России говорила: мол, Владимир Владимирович, от имени и желания народа обращаюсь с просьбой о внесении поправки в Конституцию России об обнулении вашего срока. В этот момент слышу, как в коридоре после этой новости женщина-конвоир говорит мужчине: «Слышал? А царь-то наш вообще уходить не хочет?» – а тот отвечает: «Да, походу на троне умереть хочет». Я разразился смехом...

(Продолжение следует)

Вадим Сирук, гражданский журналист, активист, правозащитными организациями признан политическим заключенным

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

Крымчане в российском заключении

После аннексии Крыма Россией весной 2014 года на полуострове начались аресты российскими силовиками независимых журналистов, гражданских активистов, активистов крымскотатарского национального движения, членов Меджлиса крымскотатарского народа, а также крымских мусульман, подозреваемых в связях с запрещенными в России организациями «Хизб ут-Тахрир» и «Таблиги Джемаат».

В Секретариате Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека Людмилы Денисовой сообщили, что по состоянию на ноябрь 2020 года число граждан Украины, которые преследуются Россией по политическим мотивам, составляет 130 человек.

По данным Крымской правозащитной группы, по состоянию на конец октября 2020 года не менее 110 человек лишены свободы в рамках политически мотивированных или религиозных уголовных преследований в Крыму.

Руководитель программы поддержки политзаключенных, член Совета правозащитного центра «Мемориал» Сергей Давидис сообщал, что всего в списке их центра находится 315 человек, 59 из которых – крымчане.​

Правозащитники и адвокаты называют эти уголовные дела преследованием по политическому, национальному или религиозному признаку. Власти России отрицают эти причины преследований.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




Recommended

XS
SM
MD
LG