Доступность ссылки

Из Крыма с репрессиями: за что преследуют жителей полуострова?


Иллюстрационное фото

26 февраля 2014 года под стенами крымского парламента прошел митинг в поддержку территориальной целостности Украины. Митингующим противостояли пророссийские активисты, среди которых находились и представители партии «Русское единство». Спустя год после аннексии полуострова за участие в том самом митинге задержали одного из лидеров крымских татар Ахтема Чийгоза, обвинив его в организации массовых беспорядков.

По «делу 26 февраля» в Крыму также судят Али Асанова, Мустафу Дегерменджи и других. Кроме того, на полуострове преследуют активиста крымскотатарского национального движения Ильми Умерова, а также журналиста, автора Радіо Свобода и Крым.Реалии Николая Семену.

В судах аннексированного полуострова и соседней России также длятся процессы над крымчанами-представителями международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир», которая в России признана террористической. Адвокаты и правозащитники считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. В свою очередь, члены «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но отвергают террористические методы достижения этого.

Подконтрольный Кремлю глава правительства Крыма Сергей Аксенов ранее опровергал факты преследования крымских татар на полуострове и заявлял, что иностранные журналисты, приезжающие в Крым, имеют возможность лично убедиться в этом:

Сергей Аксенов
Сергей Аксенов

«Могу вам сказать, что все иностранные журналисты, приезжая сюда, имеют возможность пообщаться самостоятельно, без выстраивания программы нами как органами власти. Вот приезжал господин Жерар Штудман, у него одна проблема: крымскотатарский народ подвергается репрессиям и так далее. Мы говорим: хорошо, проезжайте сами по Крыму, но останавливайтесь сами, где хотите, а не там, где запланировано. Выходите и спрашивайте, без заготовок, без подготовок».

О политических репрессиях в Крыму в эфире Радио Крым.Реалии ведущий Сергей Мокрушин говорит с корреспондентом Радио Свобода Антоном Наумлюком, который регулярно освещает судебные процессы на полуострове.

– Антон, похожа ли крымская система правосудия на российскую?

Все политические процессы похожи. Результат в них давно известен, обвинительное заключение готово заранее и не зависит от усилий адвокатов

​– Все политические процессы похожи. Результат в них давно известен, обвинительное заключение готово заранее и не зависит от усилий адвокатов. Это понимают и фигуранты, и защитники. В России все происходит точно так же. «Дело 26 февраля», например, очень напоминает суд над участниками митингов на Болотной площади. Там звучали нелепые обвинения: «кинул лимон в сотрудника полиции» или «уцепился в него зубами» – и люди получают условные или даже реальные сроки. Россия просто перенесла свои наработки в Крым, а здесь еще и судьи, которые плохо знают законодательство РФ.

Антон Наумлюк
Антон Наумлюк

​– Речь идет о местных судьях, работавших еще при Украине?

Сергей Аксенов давал показания по «делу 26 февраля». По его словам выходило, что в давке в тот день виноваты исключительно крымскотатарские активисты, а пророссийские вообще ни при чем

– Да. К ним иногда для усиления прикрепляют коллег из России. Видимо, очень важно замазать в этой системе всех фигурантов: и судей, и приставов, и охранников в СИЗО, и бывших следователей из СБУ. Очевидно, что они знают местную конъюнктуру лучше, чем любой приехавший из России специалист. Кстати, видно, что бывшие украинские судьи с меньшей степенью агрессии обращаются с тем же Ахтемом Чийгозом, чем россияне.

– Демонстрирует ли Сергей Аксенов открытость, о которой заявляет?

​– Мне он прекрасно все продемонстрировал. Сергей Аксенов выступал свидетелем обвинения и давал показания по «делу 26 февраля» – по его словам выходило, что в давке в тот день виноваты исключительно крымскотатарские активисты, а пророссийские вообще ни при чем. По поводу открытости для СМИ – российская правоохранительная система не предполагает живого общения с журналистами. Так что прокурору или судье нельзя задать вопросы о неправосудности процесса напрямую.

​– Есть ли тогда смысл для журналистов освещать судебные процессы, проходящие на полуострове?

Я думаю, что к осени у нас на руках останутся только дела по участникам «Хизб ут-Тахрир» и по так называемым «украинским диверсантам», а все остальные уже завершатся

​– Я всегда говорил, что журналистам в Крыму можно и нужно работать. Да, это связано с определенными рисками, но если вы хотите работать без них, пишите про котиков. В Крым можно ехать и украинским журналистам в том числе, тем более зарубежным. Аккредитацию в МИД получить сложно, но это необходимо.

– Когда можно будет ожидать окончания основных политических дел в Крыму?

– Я думаю, что к осени у нас на руках останутся только дела по участникам «Хизб ут-Тахрир» и по так называемым «украинским диверсантам», а все остальные уже завершатся. Примечательно, что за участие в запрещенном (в России и аннексированном Крыму –​ КР) Меджлисе крымскотатарского народа никого не судят, даже Ильми Умерова обвиняют в сепаратизме. Россия оказалась не способна внедрить этот запрет на деле, но когда крымским силовикам понадобятся новые звездочки на погонах, они найдут повод арестовать любого нелояльного власти жителя Крыма.

(Над текстовой версией материала работал Владислав Ленцев)

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG