Доступность ссылки

Нефтяной кризис: сможет ли Россия содержать Крым?


Такого не было более 30 лет: фьючерсы бренда WTI (West Texas Intermediate) упали до минус 37 долларов за баррель, нефть бренда Brent опустилась до 16 долларов, а за российский Urals дают 8 долларов за баррель. Обвал рынка, отрицательная стоимость, цены на топливо, нефтяные войны, пандемия COVID–19 – чем все это обернется для Крыма?

Тут следует сразу пояснить, что отрицательная стоимость, о которой так часто слышно, – это не цена нефти, а стоимость контрактов, то есть – фьючерсов на поставку нефти.

Сергей Фурса
Сергей Фурса

«Вот сегодня должна была быть поставка в конкретную точку Х, но в этой конкретной точке Х больше нет места для нефти, соответственно, осуществить эту поставку просто физически невозможно. Получается, что люди которые ставили на этот контракт, чтобы сделать эту поставку, не могут выполнить обязательства. В таком случае они вынуждены какое-то время где-то хранить эту нефть, физический объем. То есть где-то хранить и только потом поставлять ее в точку Х», – поясняет инвестиционный банкир, эксперт инвестиционной компании Dragon Capital Сергей Фурса.

Крах фьючерсного контракта 20 апреля стал первым в цепной реакции обвала цен во всей отрасли. К примеру, цена на нефть марки Brent упала до 16 долларов за баррель (1 баррель – почти 159 литров), такого не было с 1999 года. А причин несколько: нефтяные войны и коронавирус. Ситуация такова, что нефти больше, чем спрос на нее, нефтяные хранилища переполнены.

«Половина мирового спроса уже выпала на апрель, посмотрим что будет с маем. Сокращение на 10 миллионов ОПЕК+ (международное соглашение о сокращении добычи нефти – КР), а надо 50 миллионов, – это бесполезно», – говорит эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович.

Нефтедобывающие страны, среди которых и Россия, договорились сократить добычу на 10 процентов. Для России эта ситуация крайне сложная, так как хранилищ – нет, а консервирование скважин почти равноценно их закрытию.

Михаил Крутихин
Михаил Крутихин

«Когда предлагали в Среднем Поволжье создать базу резервного хранения нефти, то аргумент против был очень весомый – у нас полным полно нефти в земле, если нам потребуется – мы оттуда ее возьмем, пусть импортеры создают такую базу. Никто не мог себе даже в страшном сне представить, что России потребуется гибкость в манипулировании объемами нефти как участнику каких-то международных усилий по стабилизации рынка. Таких формул тогда не слышали и не могли слышать», – отмечает партнер информационно-консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин.

«Больше чем на два месяца этих запасов не хватит», – оценивает президент Ассоциации финансовых рынков Сергей Романчук.

«По тем данным, которые у нас есть, где-то порядка месяца осталось. Потом в этих хранилищах место закончится», – добавляет эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович.

Рабочий прикрепляет плакат Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), в их штаб-квартире в Вене, ноябрь 2017 год
Рабочий прикрепляет плакат Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), в их штаб-квартире в Вене, ноябрь 2017 год

Но что делать, если девать нефть некуда, а в ближайшее время спрос на сырье не вырастет?

«Придется все равно сокращать добычу. А сокращать добычу – это оставлять без работы не только часть персонала нефтяных компаний, это – оставлять без работы сервисные компании, транспортные и еще много-много других. Сотни тысяч людей останутся без средств существования», – отвечает партнер информационно-консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин.

Бюджетообразующий ресурс

Нефтегазовые поступления – это 40 процентов федерального бюджета России. При формировании главного финансового документа страны на 2020 год, была заложена цена 42 доллара и 40 центов за баррель. Но российская нефть марки Urals сейчас стоит около 8 долларов. Если отрасль недополучает, значит и бюджет уходит в минус.

Включение по Skype Станислав Митрахович
Включение по Skype Станислав Митрахович

«Что делать? Во-первых, если в стране есть плавающий валютный курс, как правило, нефтеэкспортирующая страна отвечает на уменьшение стоимости своего экспортного товара девальвацией национальной валюты. Соответственно, происходит ослабление курса рубля по отношению к доллару», – указывает эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович.

В России есть своеобразная подушка безопасности – «Фонд национального благосостояния», в нем накоплено 165 миллиардов долларов. Эксперты подсчитали, что этих денег хватит минимум на два года.

«Сейчас центральный банк продает в текущем режиме при таких низких ценах на нефть около 6–7 миллиардов долларов в месяц. Если это 6 миллиардов, то умножим на 12, равно 72 миллиарда. А резервный фонд в два раза больше», – подсчитывает президент Ассоциации финансовых рынков Сергей Романчук.

«Министерство финансов признало, что оно в течении года собирается 45 процентов этого фонда израсходовать, так запаса больше чем на два года не хватит. Из этого становится понятно в каком состоянии российская экономика... Возможно ей придется залезать в золотовалютные резервы, а там, по мудрому руководству российских чиновников, вместо долларов много юаней накопилось которые сами теряют в цене», – напоминает партнер информационно-консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин.

Виталий Мартынюк
Виталий Мартынюк

«Фонд благосостояния не будет использован на социальные какие-то выплаты. Я подозреваю, что большая часть пойдет на поддержку нефтедобывающих компаний и фактически уже так оно и есть», – говорит исполняющий обязанности исполнительного директора Центра глобалистики «Стратегия ХХI» Виталий Мартынюк.

Недофинансированный Крым

Вместе с ценами на нефть во всем мире снизились цены и на топливо, но не в России.

«В Российской Федерации не будут снижать цены на бензин по всей территории, потому что им нужны дотации, дотации для нефтедобывающей отрасли России», – считает Виталий Мартынюк.

Включение по Skype Сергей Романчук
Включение по Skype Сергей Романчук

«В России, цены на бензин регулируемые, они не устанавливаются рыночно, там есть специальные правила по которым они индексируют цены, называются демпфер», – указывает президент Ассоциации финансовых рынков Сергей Романчук.

Обстановка на крымских заправках, которые подконтрольны российскому экономическому полю, за месяц почти не изменилась. Несмотря на падение рынка нефти, топливо здесь не дешевеет. Цена за литр бензина А–95 колеблется в пределах 48 рублей (примерно 0,63 доллара). Крымчане ждут изменений.

«Нефтяной кризис отразится на всех, я так думаю. На мне тоже, хотя я не летаю самолетами и не езжу на машине. Поднимутся цены на все, на продукты питания, в том числе», – делится жительница Крыма.

«Надеюсь, упадут цены на продукты, потому что, как говорят наши производители в Крыму, высокие цены на продукты связаны с тем, что у нас дорогой бензин», – делятся в Крыму противоположным мнением.

Аннексированный Крым входит в десятку наиболее дотационных регионов для России. Если российская власть пойдет по сценарию сокращения бюджета, в первую очередь пострадают пенсионеры, учителя и врачи, аннексированный Россией Крым может недополучить финансирование, прогнозируют эксперты.

«Наверное, дотации будут резко сокращаться. Для Российской Федерации, на мой взгляд, важнее дать денег, к примеру, Чечне, чтобы там удерживать ситуацию так, как нужно Москве, нежели Крыму... Они, в первую очередь, поддерживают госаппарат и силовиков, это значит, что экономить будут на социальных выплатах», – считает Виталий Мартынюк.

Дальнейшее развитие мировой экономики зависит от того, когда отступит пандемия, страны снимут карантины, самолеты начнут летать, заводы работать, а нефтедобывающая отрасль – качать сырье. Пока, по оценкам экспертов, запас прочности у стран еще есть.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG